Двое на одного

      Темнота, стоящая вокруг угрожала раздавить хрупкое детское тело, а холод каменного пола пробирал до костей, заставляя дрожать. Запах сырости, который стоял вокруг, смешивался с зловонием фекалий, пота и разложения, забивая ноздри, не давая возможности сделать глубокий вдох. Но Кейл уже привык к этому, то ли от того, что провёл здесь последнюю неделю, то ли от того, что несло уже от него самого. Он особо об этом не задумавался.       Кейл сидел, обняв руками колени, уставившись в одну точку под ногами, стараясь не обращать внимания на цепи, приковывающие его к месту. Там, где оковы обвивалсь вокруг конечностей и шеи, засохшая кровь неприятно стягивала кожу.       Со стороны послышался звук шагов и мимо его места заключения прошёл человек, который с ног до головы был в чёрном, принеся с собой немного света факела. Дверь соседней камеры открылась и Кейл услышал тихие мольбы заключенного: — Н-нет, пож - пожалуйста... Не надо..       Раздался звон цепей и несчастного силой выволокли наружу. Человек изо всех сил упирался ногами в землю, продолжая умолять неизвестного в чёрном о пощаде, но тот оставался все таким же безмолвным. От громкого звука столкновения тела с каменной поверхностью у Кейла зазвенело в ушах и ребёнок сильнее сжался на своём месте, из-за чего в ребра стрельнуло глухой болью. Он боялся взглянуть за пределы своей решётки.       За время нахождения здесь, он наблюдал за всем, что происходит, после чего пришёл к неутешительному выводу: те, кого уводят из камер, больше не возвращаются.       Его взгляд заметался, а тело затряслось ещё сильнее под ураганом мыслей.       А что, если следующим будет он? Что с ним будет дальше? Он умрёт? Его продадут? Чт.. — Кейл.       Знакомый голос прервал бесконечный поток ужасных мыслей. Он повернул голову в сторону и столкнулся взглядом с такими же красно - карими глазами, как у него. — Хен... - неверяще прошептал он.       Голос охрип от нехватки воды и подступающей простуды, а тяжёлый металлический ошейник только ухудшал ситуацию. На глазах навернулись крупные слезы и он протянул руку к мужчине,но она прошла насквозь, развеивая видение длинных чёрных локонов и родного лица. — А..       Конечность на мгновение повисла в воздухе и опустилась. Глаза, полные надежды, потухли так же быстро, как и загорелись.       Всего лишь галлюцинация.       Ребёнок резко отвернулся, не желая выдавать свои страх и ужас, но прекрасно понимал, что сколько бы он не храбрился, стучащие друг об друга не только от холода зубы выдавали его с головой.       Человека наконец увели и вокруг снова повисла угнетаюшая тишина, прерывания водой, падающей с потока и копошением крыс в тёмных углах, поедающих своих мёртвых сородичей.       Время в четырёх стенах пролетало незаметно и в то же время мучительно долго, а отсутствие каких либо источников света не давало узнать какая сейчас часть дня. И количество прожитых дней Кейл знал лишь благодаря надзирателям, которые устраивали обходы и кидали в камеры куски черствого, местами заплесневелого, хлеба.       В первый раз Кейл наотрез отказался класть это в рот, но разъеающий изнутри голод брал свое. А ещё с первого дня он был здесь один. Без своего Хена. Как и несколько дней до того, как его швырнули сюда. Кейл не знал, что случилось с человеком, которого он встретил очнувшись связанным, потому что их разделили сразу, как они очутились в этом подземелье.       До смерти напуганный маленький мальчик изо всех сил пытался вырваться из своих оков, но лишь натирал кожу до мяса и кричал. Пока на его крики не пришел надзиратель, заставляя его замолчать. Поток ударов сбил его с ног, и Кейл, который с самого рождения не знал, что такое настоящее насилие, не мог подняться ещё очень долго.       Он провел каждую минуту в полном одиночестве, панике и тревоге, утопая в тупой боли и недавно оставленных гематом и не зная, что случилось с Кимом. Как бы он не старался, древняя сила не отзывалась. Как будто она исчезла. А вместе с ней исчез и его хен.       Глаза Кейла начали тяжелеть, но он отчаянно держал их открытыми, опасаясь погрузиться в очередные ночные кошмары, которые высасывали из него энергию не хуже постоянного недоедания.       В конце концов  не в силах противостоять уплывающему сознанию Кейл закрыл веки и погрузился в тревожный сон, ощущая призрачное, еле заметное, прикосновение к своим волосам.

***

      Ким Рок Су опустил руку с чужой головы и обведя взглядом маленькое тельце, нахмурил брови.       Весь исхудавший, некогда с румяными щеками, ребёнок беспокойно спал свернувшись в клубок. Под его глазами залегли внушительные мешки смешанные с синяками на юном лице. Волосы потеряли свой блеск и из ярко - красных превратились в грязно - коричневые, с нераспутываемыми колтунами, а когда-то качественная одежда превратилась в оборваные тряпки, не спасающие от жуткого холода.       От сына богатого графа не осталась лишь бледная тень. "Эти ублюдки."       Рок Су стиснул челюсть до зубного скрежета.       Он пришёл в сознание всего день назад и не знал, сколько прошло времени с его исчезновения. Но самое страшное было в том, что Кейл сидел в кандалах, весь избитый и напуганный. И Ким не мог ничего сделать, ведь Кейл его не видел, не говоря уже о том, чтобы призвать щит и сделать мужчину осязаемым.       Ким Рок Су склонил голову и взглянул на свою руку, вспоминая запись ощущений, которые у него были каждый раз, когда он становился щитом. Рука вспыхнула на мгновение серебрянным светом и тут же исчезла, как и за несколько часов до то того когда Кейл уснул. Это было уже что-то. Дальнейшие попытки обязательно приведут к результату.       Как только он вернёт способности древней силы, Ким Рок Су непременно разнесет это место к чертям.       Встав, Рок Су прошагал к решетке.       Остановившись напротив он сконцетрировался и прошёл сквозь прутья.       Ноги понесли его в направлении, где исчез человек в чёрном. Он проносился мимо камер, слыша стоны боли и всхлипы. Краем глаза Ким видел прикованных людей. Где-то они сидели одни, где-то группами. В не материальном состоянии у него не было возможности различать запахи и температуру, но по одному взгляду было ясно, что вонь здесь стояла ужасная, а различимый среди прочих шумов кашель красноречиво говорил о "заботе" тех, кто все это устроил.       Руки сжались в кулаки, а шаги ускорилась.       Не обращая внимания на развилки вскоре Ким Рок Су добрался до каменный лестницы, ведущей к тяжёлой дубовой двери. Она в любом случае была заперта на замок, но для невидимого и неосязаемого Рок Су это было не проблемой. Повторив трюк с решёткой он прошёл сквозь дверь и оказался в таком же тёмном коридоре со спиральный лестницей наверх.       Беззвучными шагами он пробирался ступенька за ступенькой наверх, пока не оказался лицом к лицу с последней дверью.       Пройдя сквозь неё глазам предстало совсем иное зрелище, нежели затхлый подвал.             Серый холодный камень сменился белоснежными стенами, которые отражали свет, проникающий сквозь маленькие окна. Пол был усеян тёмной плиткой,а вокруг сновали люди в чёрных одеждах, скрывающих лица. На груди у каждого был узор, который Ким Рок Су, прочитавший пять томов новеллы "Рождение Герое" мог узнать без особого труда. "Тайная организация."       Ким Рок Су выглянул в окно и увидел только зелень леса. "Черт."       Они влипли серьёзней, чем он ожидал.