***
—Ай, срака болит... – Сказал Нагито, потерев свою жопу. —Всю ночь долбился наверно, да? – Подъебал его Хаджимэ. —Ага, с Чиаки. – Ответил ему сероглазый. —Чё?... Хината немного ахуел с такого заявления. —...В игры. – Уточнил Комаэда, заметив чужое замешательство. —А-а, а я уже испугался, что ты натурал. —Да блять, Хаджимэ, ты заебал, не пидор я. —Да-да. А я никогда не опаздываю. —Долго ещё сраться будете? – Вмешалась в их разговор Чиаки, – Лучше скажите, чё первым уроком. —Да хуй знает. – Ответили оба парня в голос. —У нас у шизика урок вроде. – Дал ответ Чиаки брюнет. —Бляяя. Кто физику делал? Он же говорил, что спрашивать домаху будет. – Запаниковал Хината. —Да никто её не делал, успокойся. Чё-нибудь придумаем. – Подытожил Изуру. —Ладно, похуй... До звонка ещё время есть, пойдёмте закурим. – Предложил русоволосый. Компания друзей отошла на задний двор школы. Попадаться на глаза всё же не хотелось, пусть всем и было похуй на дымящих школьников. Изуру начал доставать пачку, которую они с Хаджимэ курили на двоих, у Нагито был вейп, а Нанами просто стояла в сторонке. —Сигаретку, сеньорита? – Сказал зеленоглазый, протягивая сигарету даме. —Ебать джентльмен. Не, спасибо. —Да она зожница, забей. – Пробурчал блондин, делая тягу. —Это у тебя чё, HQDшка? Ты чё, баба что ли? —Хаджимэ, пошёл нахуй. Я не хочу вонять сигаретами потом. —Ой-ой, какие мы нежные. Брюнет поджёг сигарету зажигалкой, а потом передал её брату, с равнодушным и заёбанным видом вдыхая дым в лёгкие. —Во что гамали-то хоть вчера? – Поинтересовался Хината. —Блять, Хаджимэ, уйди куда-нибудь, на меня же сдувает. – Пожаловался Нагито. —Варфейс. – Ответила девушка. Хаджимэ подошёл вплотную к своему сероглазому другу и одарил его лицо едким дымом. —Да блять, ты чё делаешь, ушлёпок? – Недовольно оттолкнул его от себя Комаэда. —Ты чё толкаешься, пидр? —Тише, девочки, не ссорьтесь. – Сказала Нанами, увидев привычную картину. —Варфейс?... – Задумчиво проговорил длинноволосый, – Скучно. —Ага, и для лохов ещё. – Подхватил брат, оставив своего друга в покое, – Там же донатеры одни. —А я не доначу. Я ж не лохушка какая-то. Нагито промолчал. По-видимому, он "лох". —Может, го катку после уроков? – Предложила Чиаки. —А чё. Го. – Согласился Хаджимэ. —Го. – Прибавился Изуру. —На том и порешили. – Заключил Нагито, убирая электронку в карман куртки, – Ладно, пошли уже. Братья затушили сигареты и бросили тлеющие бычки на землю, уходя с остальными на урок.***
—Итак, ребята. Все выучили параграф? – Спросил физик. На его вопрос ответили дружным "да". —Тогда даю вам пару минут на повторение, и начнём опрос. —Бля, Нагито, чё делать? – В панике спросил шёпотом Хината у сидящего с ним за одной партой друга. —Да не кипишуй так. —Да как нет? У меня оценок мало, сто проц спросит! —Ща практикующий манипулятор Нагито всё разрулит. —Чё? —Итак, раз болтаете, думаю, вы всё повторили. – Сказал шизик. —Извините, Максим Александрович. – Поднял руку блондин, и его друг посмотрел на него как на дебила, который излишне привлекает сейчас внимание. —Да? —А мы вот с Хаджимэ сейчас обсуждали, нужна ли физика в медицинском университете. —Ох, ну ты знаешь... Максим Александрович был тем преподавателем, который легко отвлекался на другую тему и начинал рассказывать про свои будни в университете, уходя глубоко в свои мысли. Так произошло и сейчас. Все в ахуе и с восхищением в глазах уставились на Комаэду, как на своего благодетеля, и пока физик в пустоту рассказывал истории про своих университетских друзей, ученики занялись своими делами. Время быстро пролетело, и прозвенел звонок на перемену. —Ну, думаю, я ответил на твой вопрос, Комаэда. Это было полезно. Хаджимэ дёрнул своего друга за рукав с глазами, преисполненными благодарностью. —Ну чё? Круто я его, а? – Самодовольно сказал сероглазый. —Слушай, а ловко ты это придумал. Я сначала даже не понял. —Ахуеть, Нагито... Я за такое и отсосать готова. – Подключилась Нанами. —Слыхал, Хаджимэ? На колени. —Нахуй пошёл. —Что следующее? – Спросил Изуру, глядя на очередную потасовку этих двоих. —Литра. Наверное... – Ответила ему подруга. —Бляяя. Кто сочинение писал? – Вновь запаниковал Хината. —Я делал. – Ответил длинноволосый. —Ооооо. – Протянул дружно весь класс. —Камукура, спасай! – Крикнул Сода, – Никто эту парашу больше не делал! Тяни руку. —Ок. – Коротко ответил единственный в классе, кто написал сочинение. Ребята зашли в класс литературы, где их уже поджидала главная бешеная собака всея Руси. —Камукура. – Строго взглянула на названного она. —Что? – Отрешённо ответил тот. —Лохмы свои отстриги. Так в школу не ходят. Или хотя бы в хвост завязывай. —... Патлатый ничего не ответил и молча сел на своё место, будто и не с ним разговаривали. Прозвенел звонок. И начался столь долгожданный урок. —Итак. Вам было задано написать сочинение про внешность своего знакомого, используя при этом средства художественной выразительности. Есть желающие прочитать его вслух? —Я. – Поднял руку брюнет, и все облегчённо выдохнули. —Хорошо. Мы внимательно тебя слушаем. —Кхм-кхм. – Прочистил он горло, прежде чем начать, – У моего брата пепельно-русые волосы, которые, как и фамилия, достались ему от отца. Они настолько колючи, что напоминают иголки ежа. А его необыкновенные глаза?... Ядра - чистый изумруд... —Какой дрочистый изумруд?! Недрочабрь же, грязный ситх! – Воскликнул Казуичи. —Молчать. – Сказала русичка. —Ой, извиняюсь... – Замялся розоволосый. Видимо, он и запамятовал, что училка вообще-то тоже здесь. —Не "извиняюсь", а "извините". "Извиняюсь" означает "извиняю себя". —Простите... —Продолжай, Камукура. После этого парень продолжил читать своё сочинение про необыкновенность обыкновенного Хаджимэ. Ему поставили 5, а все остальные напряглись, потому что оставалось ещё много времени до конца урока. —Ещё есть желающие? —... —Господа? —... Все вымерли. —Желающих нет, хорошо. Тогда сдаём мне свои листочки на проверку и перейдём к новой теме. Матерное богатство великого и могучего пронеслось в голове у всех в тот момент. Кроме Изуру, разумеется.***
Прошло ещё несколько уроков, и вот настал черёд последнего – физра. Если братья ещё нормально относились к этому предмету, то Нагито умирал на первом кругу. Девочки же никогда не ходили, и Нанами в том числе. Они всегда говорили физруку "У меня временное освобождение", под которым они подразумевали свою неприятную ежемесячную ситуацию. Физру вёл тренер Михаил, и он оказался педофил. Это понял Нидай после того, как у него дома погостил.