Наследник поместья Принц/The Heir to Prince Manor

Последние три дня летних каникул пролетели быстрее, чем тени, убегающие от солнечного света. Не успел Гарри опомниться, как наступила их последняя ночь в поместье, и мальчик уже паковал чемодан, чтобы отправиться в школу вместе с Драко. Обычно перспектива возвращения в Хогвартс наполнила бы его восторгом, но в эту ночь гриффиндорец почувствовал сожаление и печаль. Тисовая аллея никогда не была его домом, просто местом, где он жил летом. Но поместье Принцев… Оставлять его даже всего на девять месяцев было больно. Гарри будет скучать по тому, как солнечный свет касался верхушек деревьев мерлинны по утрам, скучать по тому, как он мог выглянуть в окно и увидеть дуб, где Хедвиг впервые свила гнездо для совят, которых всех раздали, кроме Мороза, которого он решил оставить. Он будет скучать по Северусу, работающему в саду в своей старой одежде и садовой обуви, он будет скучать по тому, как вечерние тени удлинялись по саду и покрывали пруд, где Драко любил ловить рыбу, скучать по лесным прогулкам и полетам по фруктовому саду, по сбору мерлинн и персиков на рассвете. Но больше всего Гарри будет не хватать семейной атмосферы, часть которой будет потеряна, когда они вернутся в Хогвартс. Северус разрешил Гарри публично использовать свою фамилию, и на днях отправился в Министерство, чтобы подать заявление об установлении отцовства и подписать несколько бумаг. — Куча бесполезного пергамента, помоги мне Мерлин, — проворчал зельевар перед аппарацией. Но вернулся он в хорошем настроении: все формальности были улажены благодаря флакону с кровью Гарри и зелью отцовства, и теперь мальчик официально был Гарри Альбусом Снейпом, сыном Северуса Тобиаса Снейпа, Лорда Принц-мэнора. Мастер зелий принёс экземпляр «Пророка», заголовки которого кричали: «Мать отвергает своего сына» и «Чистокровные Малфои осуждены единогласным решением!» Драко бросил взгляд на заголовки и фыркнул, потирая покрытую шрамом щеку. Тем не менее, несмотря на то, что юридически волшебный мир признал его сыном Снейпа, Гарри знал, что отношения между ними в Хогвартсе не будут такими, какими они были в поместье, несмотря на изменившийся статус Северуса как шпиона Ордена. Во-первых, в Слизерине все еще были те, кто поддерживал Волдеморта, а Гарри все еще был гриффиндорцем. Гарри решил применить чары Гламура на время поездки в поезде: он не хотел терпеть вопросы в дороге, гораздо лучше разобраться с ними в школе. Северус уже написал Дамблдору о том, что расскажет, что Гарри его сын на первом собрании персонала, чтобы затем деканы могли сообщить об этом своим факультетам. Тогда Гарри мог бы снять Чары и показать своё настоящее лицо. Так же стоило объяснить и положение Драко. Гарри бросил свои школьные учебники, в том числе учебник Северуса по истории магии, на дно своего сундука. Он будет беспокоиться обо всем этом позже, после поездки на поезде и праздника. Подросток все еще не рассказал Рону и Гермионе о Драко, этот разговор наверняка будет интересным. И, вероятно, займет всю поездку в школу. — Драко, ты собираешься рассказать Крэббу и Гойлу о том, что я твой брат? — спросил гриффиндорец, складывая свою школьную форму и убирая ее в сундук. — Да, а что? Ты собираешься рассказать Уизли и Грейнджер? — спросил блондин, укладывая форму для квиддича в свой сундук. — Да. Но каковы будут наши отношения в школе? Должны ли мы рассказать кому-нибудь еще? Драко выглядел задумчивым. — Я еще не думал об этом, маленький брат. Некоторые члены моего факультета немного… предвзяты, и прямо сейчас у меня будет достаточно проблем, например, не быть убитым во сне, потому что я предатель Темного Лорда. — Убитым во сне? — в ужасе воскликнул Гарри. — А папа знает об этом? Может быть, тебе стоит переехать в его покои? — Да, он знает, и он планирует сделать несколько предупреждений в следующем семестре, так что не накручивай себя, Гарри. Со мной все будет в порядке. Я знаю, как бороться с предателями — научился этому у Люциуса. Как только они остепенятся, мы подумаем о том, чтобы сообщить школе, что ты не просто мой зануда-кузен. Звучит справедливо? Гарри кивнул. — Хорошо. Но не называй меня маленьким братом на людях, Драко. Или же… Я скажу Гермионе, что ты в нее влюблен. Драко в шоке уставился на него. — Если ты это сделаешь, и я заколдую тебя так, что твоя задница и голова поменяются местами. А потом папа может колотить меня сколько угодно, и мне будет на это наплевать. Гарри скорчил ему рожу в ответ. — Прекрасно! Просто чтобы ты знал… — Осторожней в своих словах, сопляк! — А то что? Ты так глазеешь на Гермиону, Драко… — Гарри! Не заставляй меня выполнять свои угрозы! Гарри приглушил смех рукавом, не желая начинать ссору с Драко перед отъездом. Тем не менее, Малфоя стало удивительно легко дразнить теперь, когда он рассказал о своих чувствах к Гермионе. Внезапно брюнет перестал собирать вещи, посмотрел в окно опускающееся за верхушки деревьев солнце и вздохнул. — Мерлин, я… хотел бы, чтобы мне не нужно было уезжать отсюда, — его рука автоматически потянулась к медальону под рубашкой. В другом конце комнаты повисла тишина, но затем Драко тихо сказал: — Я тоже. Я буду скучать по этому месту, но за исключением нескольких вещей, например, ручной стирки. — Или чистки подземелья зубной щеткой. — Или прополки сорняков во всем саду. Мальчики продолжали вспоминать о своих ненавистных наказаниях еще несколько минут, пока Драко не нахмурился и не сказал: — Ладно, братишка, хватит сентиментальности. Меня от этого тошнит. Кроме того, мы оба знаем, что половина этой работы по дому мы были вынуждены делать из-за тебя. — Из-за меня?! Ты был тем, кто начал половину всех выходок, Драко. — А кто первым сбил меня с ног после той гонки через фруктовый сад, а? — Ты был невыносимым придурком и обманщиком! — Короткий путь — это не обман, тупица! — Мы не договаривались о кратчайшем пути, так что это обман! — Гарри, иногда ты такой тупой, что чудо, что ты вообще закончил начальную школу. — Кто бы говорил! Вы даже не знали как мыть посуду, пока не пришли сюда, мистер Бриллиант! — Почему ты…! — Мальчики! Не заставляйте меня подниматься к вам! — предостерегающе крикнул их отец, и оба подростка подпрыгнули примерно на фут. — Посмотри, что ты наделал, — проворчал Гарри, бросив на блондина обвиняющий взгляд. — Глупый хитрый слизеринский придурок! Драко свирепо посмотрел на него в ответ, а затем повернулся, чтобы взять свои книги со стола. — Чертов упрямый гриффиндорский мерзавец! Крошка влетела в комнату, неодобрительно сморщив нос. «Снова ссоритесь? Вы двое — типичные братья. Ох, Солнце, Луна и Звезды, помилуйте!» «Просто еще один типичный день в Принц-мэноре», — иронично подумала мерцание, сворачиваясь калачиком посреди кровати Гарри и начиная расчесывать свой блестящий черный мех.

* * * * * *

Высокий волшебник в черной мантии стоял на платформе 9 и ¾ среди двух школьных чемоданов и четырех клеток с совами, скрестив руки на груди и сурово глядя на двух подростков перед ним, один из которых был одет в цвета Слизерина, а другой — Гриффиндора. Он явно читал им лекцию о поведении в предстоящем учебном году, наставляя их в типичной родительской манере. — …помните, что в классе я для вас профессор Снейп, а не папа. Я не позволю, чтобы все говорили, что мои сыновья у меня в любимчиках. — Не дай Мерлин! — Драко что-то ещё пробормотал себе под нос, а Гарри закатил глаза. — Конечно, мы бы никогда не назвали тебя папой в классе. Ты же знаешь, мы хотим дожить до окончания школы. — Неужели? — одна бровь Мастера зелий приподнялась в знакомой ехидной усмешке. — Тогда следите за своим тоном, молодые люди, иначе вы не доживете и до рождественских каникул, потому что я использую вас для экспериментального зелья. Ясно? — Да, сэр. Раздраженный родитель тяжело вздохнул и продолжил: — Я также буду следить за вашими оценками, мальчики, и ваша безалаберность в этом вопросе приведет к тому, что вы переедете в мои апартаменты на весь год, и я лично буду контролировать вашу учебу, — оба мальчика побледнели, и Северус продолжил со злой ухмылкой. — Кроме того, о любом задержании, которое вы заработаете от учителей, будет сообщено мне, и тогда я назначу вам дополнительное наказание за то, что вы поставили меня в неловкое положение перед моими коллегами. — ЧТО? Это нечестно, сэр! — запротестовал Драко. — Никто другой в школе не попадает в неприятности дважды! — Никто другой не является моим сыном, молодой человек. Так что лучше веди себя прилично, Драко Майкл. Это также означает никаких драк друг с другом, как это было дома. Иначе вы знаете, что вас ждет. Или мне напомнить? Оба мальчика покраснели и уставились на свои ботинки. — Нет, сэр, — ответил Гарри, неловко поежившись, вспомнив о том, как всего два дня назад его перекинули через колено отца для хорошей порки за то, что он ввязался в драку с Драко. Гриффиндорец зашел слишком далеко, подшучивая над братом из-за Гермионы, и Драко вышел из себя, ударив его кулаком в скулу, а Гарри ответил ударом Драко в живот. Они дрались, как кошка и собакой, пока не пришел Северус и не оторвал их друг от друга за уши. Крепко отругав сыновей, мужчина сдержал своё обещание, которое дал ранее, и отшлепал мальчиков, как непослушных четырехлетних детей. Драко переминался с ноги на ногу и смотрел вниз на тротуар, а кончики его ушей стали ярко-алыми, когда он тоже вспомнил унизительный исход их последней драки. Он ни за что не хотел повторения. — Мы помним, сэр. — Я надеюсь на это, — строго произнес Северус. Он ненавидел выполнять это обещание, но он знал, что лучше не отступать от своего слова, как бы сильно ему это не нравилось. — Потому что в следующий раз, когда я узнаю, что вы избиваете друг из друга из-за какого-нибудь глупого комментария, я надеру вам задницы ложкой. Так что не испытывайте меня, — предупредил он, надеясь, что эта угроза удержит их от дальнейших ссор. — Мы будем вести себя прилично, сэр, — решительно ответили подростки. — Уж постарайтесь, — саркастически ответил профессор, но затем он прочистил горло и добавил, — я хочу, чтобы вы запомнили кое-что ещё. Если вам когда-нибудь что-нибудь понадобится — совет, перья, книги, деньги, зелья, тишина и покой, что угодно, — моя дверь всегда открыта. Не стесняйтесь заходить, я всегда буду рядом рад вам, в любое время дня и ночи. Так же, как это было дома, — после этих слов зельевар притянул обоих подростков в объятия и прошептал, так чтобы могли услышать только его мальчики, — я горжусь вами обоими, ни один отец не мог бы желать лучших сыновей, чем вы. Я люблю вас. Подростки крепко обнимали его в ответ, наслаждаясь искренней отцовской похвалой и заботой. — Я тоже тебя люблю, папа, — ответил Гарри, слегка шмыгнув носом. — И я, — вторил брату Драко, быстро проведя рукой по лицу. Затем мальчики быстро отступили назад, в силу своего возраста молясь, чтобы никто не видел, как их обнимал строгий профессор зельеварения, даже если он был их отцом. Как раз в этот момент поезд подъехал к станции с громким скрежетом и свистом, заставив двух маленьких сов тревожно ухать, пока Хедвиг не успокоила их мягким чириканьем. Подростки повернулись, чтобы собрать свои чемоданы, приветственно помахав Хагриду, который сопровождал студентов в Хогвартс. — Поторопитесь, мальчики. Увидимся позже на празднике, — произнёс Северус и, взяв клетку с Призраком, быстро пошел к выходу, прежде чем кто-нибудь смог увидеть внезапные слезы в его глазах. К счастью, все остальные пытались скорее погрузить свои вещи и сесть в поезд. «Возьми себя в руки, Снейп! Ты становишься таким же сентиментальным, как Альбус, плачешь из-за такой мелочи, как отправка сыновей в школу. Мерлин, им четырнадцать, а не пять. И ты увидишь их через три часа, слезливый ты идиот» Тем не менее, фигура в черном обернулась, со слабой улыбкой наблюдая, как его сыновья садятся в поезд. «Позаботься о моих мальчиках, Хагрид. Мой Дракон и мой Феникс — они самые важные люди в мире для меня» Гарри сел в поезд, крепко держа клетки Хедвиг и Мороза, удивляясь, что в этом году Хогвартс-Экспресс казался намного более переполненным, чем в прошлом. — Гарри! Вот ты где! — Рон помахал ему из купе двумя дверями дальше. — Что тебя задержало, приятель? — Э-э, я прощался со своим… папой, — неловко ответил Гарри, входя в купе и ставя обе клетки на сиденье. — О, — пробормотал Рон и немного покраснел, не зная, что еще сказать. Трудно было представить Снейпа, прощающегося со своим сыном. Затем он вспомнил, что все еще должен друга поблагодарить его за подарок на день рождения, -кстати, Гарри, огромное спасибо за Зефира. Он… невероятный, намного лучше, чем любая сова, которая когда-либо была в моей семье. Перси позеленел от зависти, когда Зефир появился в Норе с письмом, — глаза Рона сияли, — теперь у меня наконец-то есть собственный питомец, который не является семейной реликвией, и он очень классный. Гарри улыбнулся на благодарность друга. — Не за что, Рон. Ты же знаешь, я не мог отдать совёнка Хедвиг кому попало. Как раз в этот момент в купе вошла Гермиона, неся в одной руке переноску Живоглота, а в другой — клетку с Афиной. Девушка лучезарно улыбалась. — Привет, Гарри! Привет, Рон! Вы никогда не догадаетесь, что произошло три дня назад! Ко мне прилетела эта сова по имени Афина, вместе с запиской, в которой говорилось, что она подарок от кого-то, кто… — тут Гермиона замолчала, покраснев, — … восхищается моим умом, моими талантами и тем, как мои… эм, волосы развеваются на ветру. Ничего подобного со мной раньше не случалось. — Звучит так, как будто кто-то влюблен в тебя, Миона, — заметил Рон, хихикая. — Да, интересно, кто бы это мог быть? — добавил Гарри, стараясь унять ухмылку. «Отличная работа, старший брат!» Брюнет подвинулся, чтобы освободить место для Гермионы и ее питомцев. — Ммм… Гарри? — Гермиона пристально смотрела на него. — Да? — Мне просто интересно… Если профессор — твой отец, почему ты не похож на него? Ты все еще выглядишь так же, как и раньше. Гарри покачал головой: Гермиона замечала всё сразу. — Мы не хотели устраивать скандал в поезде или во время праздника, поэтому я использовал чары. Как только папа расскажет остальным сотрудникам, я сниму их. Ты увидишь, позже, я действительно его сын, — после этого подросток решил сменить тему, — итак, как прошло твое лето, Рон? — Как и всегда, — Рон пожал плечами, — самым лучшим событием было, что ты подарил мне Зефира, — рыжий гриффиндорец наклонился вперед и спросил, — а как прошло твое лето, Гарри? Жить со Снейпом в… где, ты говорил? — Поместье Принц, — ответил Гарри, сжимая медальон под рубашкой. Краем глаза он увидел бирюзово-фиолетовые крылья и черную маленькую фигуру, когда Крошка проскользнула в купе и устроилась на клетке Хедвиг, хитро подмигнув. — О, это звучит прекрасно, Гарри, — мечтательно вздохнула Гермиона, и Рон закатил глаза. — На что это было похоже? Расскажи нам все! — Все? Вы уверены, что действительно хотите знать обо всем, что я и моя семья делали этим летом? Некоторые дни были довольно скучными. — Гарри! С Северусом Снейпом в роли твоего отца никогда не бывает скучно, — отметила Гермиона. — А ещё я слышала о том, что Драко Малфой тоже живет с вами. Так что выкладывай! — Ладно, ладно. Я расскажу вам столько, сколько смогу, — засмеялся наследник Принц-мэнора. И Гарри начал свой рассказ с того утра, когда он проснулся и спустился приготовить завтрак на Тисовой аллее, но обнаружил окровавленного и избитого Мастера зелий на новом замшевом диване своей тети. Он и не подозревал, что это событие навсегда изменит ход его жизни и даст ему, наконец, то, о чем он всегда мечтал — настоящий дом и семью. Двое его друзей завороженно слушали, как Гарри рассказывал о событиях самого необычного лета в его жизни, когда поместье выбрало его в качестве законного наследника, а он обрел отца, брата и место, куда хотел вернуться.

Конец.