Америка наших эмоций

Сначала солнце. Много солнца. Оно прогревало все части тела. В тот день перевернулась вся жизнь. Паша раньше думал, что жизнь изменилась ещё тогда, в Чернобыле. Но он ошибался. Быстро найдя Аню, они осознали несколько странных фактов. Остальные ребята переместились в другой год, у Паши с Аней машина времени и они в 1986. Клэр живёт спокойно, и не собирается ничего взрывать. Паша устал. Ему хотелось разбить машину и костяшки о ближайшее дерево. Но сидящий рядом белокурый и безумно печальный ангел, не давал совершить ошибки. Паша хотел жить. На самом деле, ему было уже плевать на год, страну, время года, он просто хотел жить. Как нормальный человек. И он решился на самое странное и глупое предложение в его жизни. Аня понимала, что это риск, что это может быть неправильно, но она тоже устала. Но главное, быть рядом с Пашей. Ей плевать где. Главное чтобы эти серые глаза смотрели на неё с той же нежностью и любовью, как в самолёте при их «первой» встрече. Они переместились. Не единожды. Не дважды. Столько, что уже не перечислишь. В каждом времени задерживаясь на день. Видимо сама Зона уставшая их мучить, дала им шанс на счастье. Эти двое скакали через десятилетия, не думая ни о чём. День — работа, вечер — танцы. Каждую ночь они будто умирали на танцполе. Продавая друг другу душу, за каждый поцелуй. Шестидесятые, пятидесятые, восьмидесятые, и дальше пока не надоест. А не надоест, кажется никогда. Кем бы не работали, какие именно деньги не зарабатывали, они были друг у друга. А потом снова танцпол, где танец иногда зажигательный и ритмичный, иногда наполненный медленным, горящим в крови счастьем, а иногда такой, будто они занимаются сексом прямо в клубе. Яркие огни, громкая музыка и укромные углы улиц, где можно долго целоваться. Каждый раз по разному. Иногда яростно и ярко. Иногда медленно и тягуче. Иногда быстро, чтобы бежать в следующий клуб. Главное в их жизни стало только то, что каждый день ты живёшь, как последний. Будто эта потрясающая, страстная ночь будет последней. Будто завтра не будет, и весь мир исчезнет. Не будет танцев, работы, другого, нового времени и любви горящей в груди каждого из них. Поэтому именно сейчас они танцуют, что-то зажигательное в девяностых, с улыбками, горящими глазами и желанием в них. Они будто в счастливом сне, который кончится не скоро. Паша и Аня надеяться, что никогда. Паша и Аня любят друг друга.

Как в последний раз.

Навсегда.