Блоусберг, ты доигрался...

Персонажи: Никита, как актив, весь фанфик находился дома, так же: голубоглазый/светловолосый Тимур, как пассив, сначало был в клубе, потом дома, так же: Блоусберг, кариглазый/Темноволосый Ярик, как никто, тут он в роли того к кому подкатывал Тимур Тимур тусуется в клубе с Яриком Алкоголь, музыка, танцы и громкий смех. То, что всегда заводило Блоусберга.В тот момент он пила крепкий алкоголь и обнимая Ярика за талию танцевал с ним на танцполе. Они были в центре внимания. Сейчас телефон у него лежал далеко и он даже не подозревал, что на счету уже 4 пропущенных от Никиты, Петров метался по комнате в попытках достучаться до младшего. Неужели он действительно забил болт на их отношения? Он очень нервничал. «опять этот пидор придет пьяный» — эта мысль не отпускала светловолосого из своих объятий. Ему так сильно надоели постоянные тусовки, на которых Тимур пропадал почти каждый день. Так надоел Ярик, который то и делал, что вечно лезет к кариглазому. Нет, Блоусберг не лез к нему в трезвом состоянии, но будучи выпившим он пытался расстегнуть его ширинку и не редко страстно целовал её сладкие губы. Терпение на пределе. — когда же ты возьмешь трубку. Прийдешь домой я тебе устрою, блять, вписку. — очередные мысли вслух. Было около четырех утра, когда Тимур вернулся домой. Он был не трезвый, чего и следовало ожидать. Еле как удержавшись на ногах он прошёл в спальню и держась за рядом стоящую тумбочку пытался разглядеть силуэт Никиты. — ну привет, пьяница. Где тебя, твою мать, носит? — Никит. Прости меня, я совсем немного выпил. — я вижу как ты совсем немного выпил. — сказал светловолосый, подходя к возлюбленному все ближе и ближе. Остановившись около него, тот схватила руку темноволосого и потащил в сторону кровати. Не сказав ничего он резко отпустил его. Тимурик совсем не удержался на ногах и полностью потеряв равновесие упал на кровать, предварительно ударившись затылком о край. — Ай. Никит. Ты че творишь? — Ты схуяли на звонки не отвечаешь? Почему расстёгиваешь ширинку Ярику? Уже все группы в вк вас обсуждают. Ведешь себя мерзко. — Но я. — Блоусберг, ты доигрался. — процедил сквозь зубы злой Никита, снимая с себя кожаный ремень с металлической бляхой. — Никит, ты чего. — младшый моментально отрезвел от действий старшего. по его спине пробежали мурашки. он боялась наказания. чтож, Тимур. сам виноват. — чтож. Сейчас ты ложишься на живот и стягиваешь с себя штаны вместе с бельем. Откажешься/не сможешь, я стягиваю все сам. С каждым ударом ты ведешь счет, проговартвая цифру. Всего ударов 10. Говоришь невнятно или вообще не говоришь, я начинаю все сначала. Понял? — пожалуйста, пожалуйста нет. — раздевайся тебе говорят. — папочка, пожалуйста, не надо. Я больше так не буду, честно. — 15 ударов. — блять. — выругался Темноволосый и раздевшись перевернулся на живот. Его конечности подрагивали, а сам он сдерживал слезы. Он знал злого Никиту. Знал, что будет больно. — хороший мальчик. — Петров поднял ремень, после чего с огромной скоростью и силой ударил младшего прямо по ягодице, оставив красную пометину. Боль сковала все тело, зубы заскрипели, а рот открылся в болезненном стоне. — я не слышу счет. — р-раз. Точно также голубоглазый нанес второй удар. Из глаз Тимура брызнули слезы. — д-два. — хрипло проговорил тот вперемешку со всхлипами. — не слышу. По новой. Спустя 10-15 минут наказание было законченно. Блоусберг получил множество синяков на ягодицах. Он продолжал рыдать навзрыд, уткнувшись в подушку. Невыносимая боль не давала ему покоя. — мне пьяных людей не жалко. Можешь не гипнотизировать меня слезами. — прости меня пожалуйста, я правда все понял… — и что же ты поняла? — я поняла, что ты не любишь, когда я пью и тусаюсь с Яриком… — верно. Будешь еще так делать? -нет. — честно? — честно. — вот теперь я тебе верю. Ты заслужил подарок. — к-какой подарок?.. Никита приблизился к Тимуру и нависнув над ним облизнул кожу на ухом, нежно покусывая некоторые места. Он медленно спускался вниз, оставляя на молочной коже багровые пометины. В ответ светловолосый получал бархатные стоны младшего, которые были отличным знаком для продолжения. Перевернувшись на спину Блоусберг слегка поднял футболку Петрова, царапая его спину ногтями. Рука старшего плавно съезжала с талии вниз, пока не коснулась набухшей из-за возбуждения головки члена. С уст кариглазого сорвался стон. Его щеки порозовели, а глаза закатались от удовольствия. На лице Никиты появилась дьявольская улыбка. В голову лезки различные грязные мыслишки о том, как можно еще сделать младшему приятно. Он круговыми движениями начал массировать бубенчики Тимура, отвлекая возлюбленного поцелуями. Кариглазый издавал сладкие стоны, которые ласкали слух старшего. Под них хотелось засыпать. Чувствуя приближение оргазма, Темноволосый выгибался в спине и толкался навстречу пальцам возлюбленного. — папочка, я уже почти. Пару минут и Тимур излился на простынь. — мда. На не на долго тебя хватило. — это ахуенный подарок. — как и твоя задница в синяках. Как надо отблагодарить папочку? Тимур неуверенно спустился вниз и дрожащими руками стал расстегивать ширинку Никиты. Стянув джинсы вместе с нижним бельем он припал к половому члену и стал умело водить языком от головки до мешочка с бубенцами, чуть массируя их языком.Они невероятно горячие. Тот вылизывал каждую складочку. Спустя пару минут кончил и другой. Никита лег рядом со своим малышом и накрыв его полуголое тело пледом поцеловал того в щеку. — тебе нужно отоспаться. Спокойной ночи, малыш. Я люблю тебя. — и я тебя люблю…