НАТЕ ВАМ 2021

      Из окна пахло грязным воздухом, обласканным лёгким вечерним дождём. Дым от сигареты перемещался по комнате, сливался с остальными запахами и исчезал под новым тяжёлым дуновением. Всё было так обычно, обыденно, только противная привычка брала опять вверх — но и в этом было что-то забавное и родное. Куда ж уже можно было её запихнуть? Эту пачку вечных желаний отравы собственного организма.       Сколько бы ни старался, а всё время возвращался к одному и тому же. Столько достиг и столько всего понастроил вокруг себя. И сейчас старался, честно и искренне, выпихнуть себя на растерзание толпе, себя — освободившегося от глупых страхов и боязней 'не быть достаточно сильным', чтобы быть открытым самому себе. Где-нибудь дома, вдали от России в компании родителей и сестры, наедине в каких-то далёких странах, где кушать было одно удовольствие и никакие внутренние демоны не драли столь сильно грудную клетку, в чьих-нибудь робких объятиях, в окружении своей прекрасной команды, которую сам осторожно собирал, по кирпичикам, и ни за что бы от них не отказался, он мог им быть — быть собой. В нескольких маленьких куполах, которые не всегда могли стоять на своём месте, жизнь никогда не была простой и предсказуемой, поэтому по тёмному склязкому придуманному каким-то чумным воображением миру он шёл, горбившись, спрятав ладони в пыльные от извилистой угольной дороги джинсы, шёл и смотрел обречённо вперёд или по сторонам, потому что все золотистые куполочки были вне его, и они были временным избавлением. Он хотел жить полноценно, без светлых ям, но с чёрными дырами.       Старался же. Такой проект замутил, и себе душу вычистить, и горяченькое лавэ в карман положить, усесть сразу на два сделанных им же стула. И сидеть было крайне удобно, только громкая мошка опять стала подпиливать ему ножки! Да как же так? Сначала стрим запустил — Мирона хватило на десять минут, после которых он преисполнился постиронией и решил, что ютуба на него на сегодняшний день предостаточно. В твиттере потом, пока просматривал, как в целом его приняли — такая мелкая деталь, на которую и внимания обращать не хотелось, но нужно было видеть, что он не просто так попадал на первые места во владке «популярное» на ютубе, — натыкался пару раз на инфу о нём, с несколькими цитатами. Особо зацепилась их совместным фэнам (по крайней мере несколько раз попалось в ленте, да и отпечаток в голове сильный оставило) высказывание Гнойного про бит, он обозвал его «гомоэротичным». Или «гомосексуальным»? Мирон, если честно, не вдуплил, что это значило. Нет, значение термина он, конечно же, знал, но в каком контексте и с каким посылом высказывал это Слава оставалось для Мирона самой настоящей загадкой. Похлеще тех, что его ребята из РОХО кидали в твиттере и оставляли в клипах.       Он ведь давно таким был. Хотел привлечь к себе внимание, заработать — сто пудов, в первую очередь даже! Так Мирон раньше всегда и думал, но здесь уже вырисовывалась слишком странная картинка. Он до безумного походил на Schokka в этих своих попытках как-либо задеть. Но он не был токсичным, какой он Гнойный? Каждый раз при упоминании где-либо Славы Мирон морщился и вспоминал его улыбающееся чуть ли не мурчащее личико, ещё с их баттла. Он тогда не обратил на это внимания, спиды и нервозность не давали конкретно что-либо подмечать, а все реакции были слишком сильными. Шатало, а себя и не хотелось сдерживать. Зато потом, когда остыл и пересмотрел баттл, охренел с него. Не с баттла, фиг с ним, продул и продул, а вот со Славы. С этого так называемого Гнойного. В каком месте ему этот ник вообще подходил? Он слабо сделал, ни одной задевающей фразы на самом деле. Словно запугивал, что пульнёт в него мяч и, когда решил исполнить свою угрозу, кинул мимо. Притом нарочно. Он не хотел показывать себя таким милым мальчиком — сначала точно не хотел. Он же из Хабаровска, там тем более с этим строже. Тоже это вечное желание быть мужчиной, просто потому что так правильно и легче. Только Слава меньше боялся экспериментов и мог себе позволить упасть хоть до самого низа. Ему просто нужны были деньги и постоянный заработок, чтобы жить в своё удовольствие и дальше, при этом обеспечив близких. Мирон его понимал, но понимал также, что они были слишком разные. И где он сам двести раз думал над одним маленьким шагом, мир погружался в темноту, а из спины вылезали чёрные руки и щупальцы — Слава брал и прыгал в лужу из сомнений и ссал в неё, весело улыбаясь. Он был дурашкой, а когда им не был, строил новый образ, и так каждый раз, показывая, что он может как угодно и похуй ему на общественное мнение.       Хотя он точно не был тупым и ограниченным, как какой-нибудь Кизару или Жиган, в нём была какая-то внутренняя борьба — Слава не СТ, там поинтереснее изначально было. И вот только сейчас, глядя на этот клип, у Мирона начал в голове складываться пазл. Он так их научился складывать — сам от себя в шоке был. Финальная часть, красная машина на зелёном фоне, как в собственном же клипе — вот оно!       Это был его образ? Одна из личностей, которая фанатела по нему, по Оксимирону? Почему у Славы столько песен, как настоящих серенад, были посвящены ему? Дима писал о наболевшем, у него громкие демоны внутри и он очень больно переживал то, что случилось между ними. Но Слава-то ничего не переживал! Они и знакомы толком не были. В голове упорно был лишь один вывод — бабки. Банальный стимул быть едким и милым мальчиком для своей аудитории.       Но вот палец пролистал его аккаунт — лишь бы не лайкнуть случайно, а то поймут ещё неправильно, — и среди последних твиттов Слава целовал Замая. Сложилась деталька.       Этот клип, который он выпустил, он словно придумывал, пока тонул во время шторма, кричал, чтобы ему помогли, держался в холодной воде окоченевшими пальцами за спасательный круг и кричал, кричал, кричал. Это не дисс. Это откровение и признание, которое Мирон наконец уловил.       «Когда умрёшь, порежу вены, чтоб ебать тебя в аду», куда ж ещё прямее? Мирон не мог не смеяться — он пересмотрел клип в четвёртый раз, отложил телефон и стал смеяться, не следя за разлетающимся по всей кухне пеплом. Второй раз писать про «охлажу твой пыл» было как-то тупо и неуместно.       В контактах, их было больше трёхсот, и каждый раз пролистывать их было настоящей проблемой, большой палец выделил Славин контакт и нажал на вызов. Он ещё не отошёл от нахлынувших мыслей и продолжал тихонько посмеиваться, улыбаясь до глубоких ямочек.       На третий гудок нужно было сбросить, привести себя в порядок и выкинуть это из головы, потом бы написал сообщение, мол, «чел, ну ты серьёзно?», хотя нет, лучше было бы процитировать себя же: «Ебать, какой же ты конченый. просто фантастика, насколько ты хуесос», фаны бы напряглись, слей Слава это в сеть, но любой пиар на пользу новому альбому, а тем более, что ведь весь этот движ для ломания построенных зазря барьеров. С одной стороны хорошо показало бы отлетевшие от удара осколки, с другой — это было не то. Портило изначальную идею, которая не один месяц продумывалась порой до смешных мелочей. И всё же ему ответили.       — Ты такой забавный, я не могу, — промурлыкал Мирон на растерянное «алё». — Фантастика просто, чес-слово.       — Послушал дисс? — вздохнул Слава, но будто бы обратился вслух, осторожно клацнув зубами: — Опять не выкупил постиронию?       — Слава, я вижу искренность.       — И чего тогда не лайкнул?       — Тебе было бы приятнее, если бы я лайкнул твой клип? Твой пост в твиттере? Или сейчас всё же самый заманчивый сценарий из всех возможных?       — Боже, какой же ты… — стал возмущаться Слава, но Мирон его перебил, пытаясь хоть немного перестать улыбаться:       — конченый, просто фантастика, насколько я красавчик.       — С… блять, ты угараешь? — стал смеяться в ответ Слава. Очень тепло и совсем не ядовито, но и явно честнее, чем все его исповеди на стримах. Он приятно обнажался перед ним, Мироном, всего лишь по телефону. Так и хотелось его услышать ещё раз, переслушать и подыграть, поощрить за храбрость и искренность. Настоящую, а не пост-пост.       — Да ладно, скажешь нет? Если ты за мной и в огонь, и в воду, и к Сатане на бал, то как я могу ещё отреагировать? Сейчас наконец врубился в твой случай. Он крайне тяжёлый, и, к сожалению, неизлечим.       — Так, и что же это? Нет, погоди, дай угадаю, я всё же болен недержанием? Я так и знал! Или раком? Окси, прошу, не говори, что у меня рак. Я этого не переживу. Или стой! Что там было неизлечимо? Ааа! Графомания, как же, как же. Вот так значит, позвонил, чтобы оскорбить! А я-то думал, а как же вся исповедь, начало новой жизни. А в новую жизнь нужно без грехов — лежачих бить за что?       — Твой поток словесного недержания - это особая форма графомании, — ласково ответил Мирон. — А болен ты оксидрочерством.       — А. Всего-то, — растроенно протянул Слава. — Я-то думал, что-то такое расскажешь, новое, интересное. А то люди вообще не врубились, что твоего видео не было, теперь вот это объявляешь, как что-то новое и никому не известное.       — Насколько сильно ты меня пошлёшь, если я скажу, что в твоём случае «оксидрочерство» нужно читать и воспринимать дословно, как дрочить на окси, а точнее оксимирона, а точнее меня.       — Да ты со мной заигрываешь.       — Отнюдь, это ты со мной заигрываешь.       Мирон улыбался, пока ему ничего не отвечали. В молчании прошла минута, после которой, пошелестев чем-то, Слава уже более серьёзно, но и будто бы из-под маски Гнойного, выдал, таким неприятным тянучим голосом:       — И зачем ты позвонил?       — А действительно? Пока, зай.       Мирон сбросил вызов, кинул телефон на стол, посмотрел в потолок с важным видом и вдруг расхохотался на всю кухню. Он не мог поверить, что это было правдой. От открытого окна стало невыносимо холодно, он закрыл его и пошёл в спальню, находу напевая себе какую-то неопознанную, но очень знакомую мелодию. Телефон взрывался, но фигурально и только сообщениями. Три прилетело из твиттера — оповещения в нём давно были отключены, но не проверить в первую очередь твиттер Мирон просто не мог, — ещё две стандартные смс-ки. Слава возмущался произошедшим. Мирон умилялся его реакции.       «Если мы с тобой побеседуем вживую, ты коньки не двинешь?»       «ДА Я УЖЕ БЛЯТЬ»       Интересно, ведь правда не показалось? В любом случае они как-то уже договаривались пересечься, но из-за коронавируса тогда не получилось. Он отлично проведёт время, ведь со Славой, настоящим, можно было интересно поговорить, а с настоящим и влюблённым и поговорить, и поцеловаться. Лишь бы он только не умер от передоза внимания к себе. Миленький чёртов окси-поклонник. И откуда ж такие страсти?