Секрет

— Эмм… ТэТэ? Чонгук стоит прижатый спиной к дверце шкафа. В ногах лежат вещи, которые он собирался надеть, но выронил, когда Тэ начал быстро приближаться, а затем вовсе толкнул Чона, впечатывая в холодную поверхность. Ким кладёт одну руку на грудь младшего, а другой проводит по лицу. — Подыграй мне. Подыграй один единственный раз, не отталкивай, — шёпот очень тихий и низкий, — прошу, хватит сдерживаться, — еле слышно произносит он, убеждая то ли друга, то ли самого себя. Тэ закрывает глаза и накрывает губы стоящего напротив парня своими.

***

— Брат, может ты передумаешь? — Намджун все не унимается. — Это уже решенный вопрос, — голос Чимина расстроенный и хриплый, а глаза красные, он явно плакал до самого утра, — я не смогу тут остаться даже если захочу, ты это знаешь. — Тогда я буду навещать тебя, приезжать как можно чаще, — старший тянется к светлым волосам брата и нежно гладит. Растрепаны, как всегда, но на удивление мягкие. Ком подступает к горлу, Чимин бы хотел остаться, очень хотел. — Джун-и, я… — он не может сказать, что не хочет уезжать и будет безумно скучать, иначе старший точно не отпустит его. — Я буду в порядке, ты же меня знаешь. Улыбка Чимина немного успокаивает Намджуна. Он крепко обнимает брата и очень надеется, что они все равно будут часто видеть друг друга. — Ты же знаешь, что мой дом всегда открыт для тебя? — Угу, — мычит младший, пряча лицо на сильной груди, — знаю…

***

— Чёрт, — Гук стонет из-за полученного укуса в шею. — ТэТэ, — он приподнимает подбородок Тэхёна и целует с языком. Всё как в тумане, это какое-то сумасшествие. — Гук-и, прости, — дымка, не позволяющая думать здраво, сгущается. — Ты не должен извиняться, — младший расстегивает пару пуговиц на рубашке друга, оттягивает ткань и целует ключицу до красных пятен. С ярко-розовых от страстного поцелуя губ старшего срывается хриплый стон. Он слышит в ушах гул, слова Чонгука становятся все дальше. Ким чувствует, как тело расслабляется в сильных руках, обнимающих его. Ещё немного и ноги перестанут его держать. Чон подхватывает Тэ на руки и аккуратно кладёт на мягкую кровать, нависая над ним, возвращая внимание поцелую. Чонгука возвращает в реальность резко открывшаяся дверь в спальню и голос родного брата, которого сейчас хотелось бы убить: — Гук-и, твой люби… Нихуя себе! — Чон Хосок застывает в проходе, открыв рот. — Дверь закрой, дебил! — кричит Гук и швыряет в него блокнот, что так удачно попался под руку. Старший ловит предмет и ухмыляется. — Не думай, что я позволю тебе продолжить это, пока я здесь. Одевайся и выходи,. Твой любимый брат приехал. Дверь хлопает, Тэ окончательно приходит в себя. Он только что сорвался. Волна сожаления накрывает его с головой. Как только брюнет слезает с него, Тэхён срывается с места и направляется к выходу. — Эй, — раздаётся у него за спиной. — Не смей замыкаться в себе, надумывать всякое и избегать меня. Я хотел этого, как и ты, так что ничего страшного не произошло. Это останется нашей тайной. Хоби никому не скажет. — До завтра, Гук-и, — не поворачиваясь, говорит Тэхён и покидает спальню.

***

— Забыл про наш уговор? Уже во второй раз я ловлю вас на том, что вы сосётесь! — Хосок злится на Чонгука и мечется по гостиной туда-сюда. — Я уже не маленький. Тогда это было лишь любопытство, теперь — моё решение. Не тебе диктовать, чего я хочу, — уверенно отвечает младший, располагаясь в темно-сером кресле у дивана. — Мы же договаривались… — вздыхает Хосок и трёт руками лицо. — Бля, я не понимаю. Хоби молчит около минуты и наконец садится на диван. — Ты уверен, что хочешь таких отношений с Тэхёном? — Я пока думаю, что с этим делать. Об отношениях речи не шло, — Чонгук подпирает рукой подбородок, облокотившись на подлокотник. — Что ж, запретить я тебе не могу. Но будь добр и сделай так, чтобы я не видел больше подобных сцен, — Чон старший встаёт с дивана и направляется к выходу, — поехали перекусим.