КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ВЕРНЫЙ ДРУГ II

***

День третий, суббота       Геннадий ещё нежился в постели, когда раздалась мелодия звонка.       Потянувшись к тумбочке, он взял в руки мобильный. Видеозвонок от Егоровой. Она увидела, что он еще не встал. - Доброе утро, соня! Выспался? – улыбаясь, спросила она. - Доброе, Иришка! – ответил он, потянулся и улыбнулся в ответ, — как спалось? - Ни так как с тобой, конечно, но тоже ничего, — усмехнулась она, — ты же к Геллерам собирался? - Собираюсь, — подтвердил Кривицкий. - Лежа под одеялом? – съязвила она. - Я думаю, что Якову подарить, — объяснил он ей своё нежелание вставать и потер глаза. - Кстати, забыла спросить вчера. Как лицо? – она попыталась рассмотреть изображение, но он решил поиграть с ней и перевернул камеру, которая тут же продемонстрировала высунутую из-под одеяла ногу Кривицкого, - Ген, я серьёзно.       Он вернул камеру на место и потерев щеку, доложил: - Не переживай, уже почти все отшелушилось. Твой крем творит чудеса. — Вот не знала, — в ее голосе послышалась ирония. - Правда иногда еще почесываюсь после операций, но это мелочи, — он провел по небритой щеке и подбородку, — Ириш, мне посоветоваться нужно. Что Якову подарить? - Подари хорошее вино, - предложила она, явно забыв, что Елена не одобрила бы такой подарок. - Ага, чтобы меня Лена прибила этой же бутылкой, — усмехнулся он, напомнив ей слабость Якова к горячительным напиткам, — хреновый из тебя советчик, мать. Он вылез из-под одеяла и подтянул к себе соседнюю подушку. Уткнувшись в нее носом, он вздохнул, — не очень хочу идти, честно. - Денег на подарок пожалел? - подковырнула она. - Конечно! Как угадала? – заржал он после чего затих и едва слышно произнёс, — я без тебя не хочу. У тебя там всё нормально? Не могу понять, что меня гложет уже несколько дней. Алеников не объявлялся? - Ген, не дури! Какой Алеников? Кто это? - у Павловой было прекрасное настроение с утра, и она не понимала, что творится с ее Геной, почему он накручивает себя из-за человека, о котором она даже думать забыла, благодаря ему, - расслабься, сходи к Геллерам, всё нормально будет. Отдохнёшь от своей клиники, операций, обстановку сменишь. Тебя, наверное, их внуки ждут больше, чем Яков. Завтракать собираешься? - Нет, кофе выпью и всё. Знаешь же они не выпустят голодным. До завтрашнего вечера хватит, — отмахнулся он. — Это точно…, — согласилась она, вспомнив обилие еды на столе Геллер в день своего приезда в Хайфу. - А ты там как? Тоже, наверное, ничего не ешь? - Кривицкий вновь перевел разговор на нее. - Почему? Я ем, — пробурчала она. - Ой, Егорова, знаю я, что ты там ешь. Ладно, это дело твоё. Девочка уже большая. Худеешь, небось, перед свадьбой? – подколол он и видя, как она покраснела, добавил, — неужели в точку попал? - Генка, перестань, — прошипела Ира, — всё тебе знать надо! - Ир, ты это брось. Ерундой не майся. Договорились? - он дал понять, что его больше волнует ее здоровье, чем лишний килограмм на талии. - Я только мучное и сладкое ни ем… недельку, — призналась она. - И даже без пироженок? Ну, мать, у тебя и сила воли! - гоготнул будущий муж. - Хватит издеваться. Вчера вся диета под хвост коту пошла, — вздохнула она. - Что так? Неужели отец чаем с ватрушками напоил? - настроение Кривицкий явно поднялось. Он видел, что с ней все в порядке, она спокойная, беспрестанно с ним шутит, адекватно реагируя на его подколки. Все это постепенно передалось и ему. - Если бы только чаем! Александра Сергеевна расстаралась. И пельмени, и селёдка под шубой, и пирог с вишней, — принялась перечислять Павлова. - Август на дворе, какая шуба? - изумлению Гены не было предела. - Ты такой интересный, я же им про это не скажу, — пояснила она, — она бы обиделась. - В общем, накормили тебя. Я рад, — честно признался он и спросил, — пакет передала? - Конечно. Такое ощущение, что ты меня фармацевтом нанял. И отцу лекарства, и Александре, и Хромову, — нахмурилась она. - Ир, там же не только лекарства были. Еще финики, мёд, хумус и халва, — он начал вспоминать, что положил в пакет не только медикаменты, но и вкусняшки. - Ага, и десять пачек корма для твоего брата. Еле дотащила, — буркнула она. - Ириш, зачем всё-то тащила? – он закатился от смеха. - Ты же сказал десять, — напомнила она про его ценные указания по поводу корма Коту. - Я сказал, партия минимум десять упаковок. Про "тащить" я ничего не говорил. Спина теперь отваливается? - он посерьезнел. - Поздно жалеть. И, вообще, хватит без конца надо мной ржать! Задолбал! - обозлилась Ира. - И я тебя люблю! - просиял Кривицкий, понимая, что говорит она это не потому, что злится на него, а скорее по привычке. - Заметила. Рот не закрывается. Скулы ещё не свело? - огрызнулась она. - Кто мне может настроение поднять, если не ты? - его улыбка возможно и раздражала Павлову, но он ничего не мог с собой поделать. Настроение поднялось на уровень "великолепное" было обидно только одно, он не мог обнять и прижать ее к себе, прикоснуться к ее коже, поцеловать ее губы, - ладно дуться, Егорова, я не со зла. Ну, всё хорошо же? Так что Якову дарить будем? - Он же рыбак, подари что-нибудь для рыбалки, - предложила она новый вариант подарка. - Да, у него только чёрта лысого нет! - он взъерошил волосы, откинул подушку и вдруг, подпрыгнув на кровати, щелкнул пальцами и воскликнул, - всё знаю! - Осенило? - усмехнулась она, зная, насколько непредсказуем его мыслительный процесс. - Ага, спасибо за подсказку! - он быстро выскочил с постели и помчался в душ наперевес с телефоном. - Интересно и что это? - ей действительно стало любопытно, что подарит Геннадий и каким образом она помогла. - Я ему чехлы в микроавтобус подарю. У него уже потёртые, внуки постарались, — поделился он. - И с какого края я тебе помогла? - Ирина была в недоумении, речи о микроавтобусе у нее с Кривицким не было. - Просто мы на рыбалку ездили на машине, а ты сказала про рыбалку... Ну, такая ассоциация, понимаешь? - пристроив телефон около раковины, он нанес зубную пасту на щетку. - Не очень, но главное, чтобы он был доволен, — сказала она и добавила, — всё не отвлекаю и вечером звонить не буду, хочу в сауну сходить. Не возражаешь? - Возражаю. В сауне без меня делать тебе нечего, — прошепелявил он, засунув зубную щетку за щеку. — Вот забыла тебя спросить! - засмеялась она, — чисти уже зубы, а то опоздаешь! - Начальство не опаздывает, оно задерживается, - он взмахнул щеткой и капли зубной пасты брызнули на экран телефона и зеркало, — ой! - Всё, Кривицкий, хватит веселиться, — она потянулась к красной кнопке, — до связи.