Под Поповым (Т28)

      В этом году первое сентября отличалось от других. Возможно, потому что я шла не на линейку в школьный двор, а на посвящение в студенты. Когда-то дедушка постоянно таскал меня в академию искусств на день первокурсника. Он всегда открывал это мероприятие своей речью, а когда спускался со сцены и садился рядом со мной, говорил, что рано или поздно я буду сидеть в этом зале не в качестве его внучки, а в качестве студента. Так и случилось. Руки слегка потели, в зале было очень жарко и неуютно. Дедушки рядом не было. — Привет, ты с кафедры актерства? — послышался голос сзади. Обернувшись, я увидела девушку с ярко-синими волосами и проколотым носом. Она лучезарно мне улыбалась и ждала ответ. Я молча кивнула. Девушка подсела ко мне и все с той же улыбкой сказала: — Меня Кира зовут. А тебя? — Ярослава. Приятно познакомиться. — спокойно ответила я, смотря на свои ногти. — А мне-то как приятно! — Кира подпрыгнула на месте и подумав с полминуты, продолжила, — Я мечтала стать актрисой с пяти лет! Постоянно ходила на кружки, выступала в школе, однажды даже снялась в сериале, правда в массовке, но это ведь тоже опыт! — энергия просто брюзжала из этой девчонки. По ней было видно, что она счастлива. — А ты почему поступила сюда? Что тебя сподвигло? — Ну, мой дедушка до недавних пор преподавал актерское мастерство на нашем факультете, и с самого детства таскал меня на репетиции студентов, на занятия. Вот я и загорелась, тоже стала заниматься… — если честно, у меня не было особого желания общаться с этой девушкой, но мне совершенно не хотелось её обижать, да и друзья в университете мне нужны. — Вау, это круто, — голос Киры стал на порядок тише. Видимо она уловила мой холодный тон и отсутствие интереса к формальному разговору, — кстати, а ты знала, кто сегодня придет на посвящение? Сам Попов! — мое сердце пропустило пару ударов. — Арсений, который? Мой дедушка его выпускал. — я постаралась сдержать безразличие на лице, но внутри все заметалось. Дед всегда отмечал его успехи в учебе, постоянно таскал меня на премьеры с Арсением в главной роли. Когда мне было десять, Попов в шутку пообещал на мне жениться, когда я подрасту. Надеюсь, он меня не узнает в толпе. — Да ладно! А ты с ним знакома? — Восхищению Киры не было передела. Ну, еще бы, Попов нынче кумир множества девушек. — Мне было восемь, когда дедушка привел меня на его премьеру, — улыбнулась я, вспоминая тот день, — но он никогда особо со мной не общался. Просто знал, что я внучка Миронова, а я знала, что он лучший студент моего деда. — Это так круто! Представляю, какой лапочкой он был в восемнадцать лет… Ой, смотри! Начинается! — мы перевели взор на сцену, где появилась дирекция. Декан около двадцати минут читал торжественную речь, которую я, честно говоря, совершенно не слушала. Все мысли были о Попове, который, определенно стоял за кулисами и нервно топал ногой. Он всегда так делал перед тем, как выходить на сцену. После речи декана нам показали такую же скучную презентацию о структуре факультета и известных актерах, которые выпустились с нашей кафедры. Все это время мой взгляд был устремлен в окно. Туда, где льет как из ведра, гремит гром и сверкает молния. Что-то подобное творилось и у меня внутри, но, когда послышался бурный шквал аплодисментов и радостное визжание Киры, все резко оборвалось. Он вышел на сцену с широкой улыбкой на лице. Глаза небесно-голубого цвета бегали по залу, будто в поисках кого-то. Я не могла пошевелиться. Увидев его спустя столько лет, я вновь почувствовала себя тринадцатилетней девочкой, у которой не на шутку разыгрались гормоны. Хотелось смеяться и плакать. Я не могла оторвать от него глаз. — Привет! — радостно сказал Арс в микрофон, — я очень рад видеть вас всех здесь сегодня. Да что там, я сам несказанно рад стоять на этой сцене в качестве почетного гостя, а не студента, пятый раз пересдающего экзамен. — По залу прошла волна дурацких смешков, — если честно, я не особо готовился к выступлению перед столь серьезной публикой. И я сейчас не о преподавателях, — он в который раз улыбнулся и снова пробежался глазами по залу. — Какой же он классный! — вновь сказала Кира. Ей богу, мне кажется, если Попов скажет еще хоть одно слово, она тут замертво упадет. — Передо мной сейчас зал, что кишит отпадными, полными потенциала и таланта людьми. Каждый из вас — не огранённый алмаз, самородок… — вдруг его глаза остановились на мне. Сердце забилось в сумасшедшем темпе, руки вспотели, а дышать было уже попросту нечем. Он вновь улыбнулся. — единственное, о чем я вас попрошу: не потеряйте его. Учеба — это хорошо, возможно даже важно, но главное — это не потеряться в столь большом и сложном мире. Удачи вам, ребята. Я уверен, среди вас есть люди, с которыми мы еще встретимся на сцене. — Шквал аплодисментов обрушился на Попова. Он в который раз лучезарно улыбнулся, и задержав взгляд на мне, спустился со сцены в зал. Собрание закончилось. — Пойдем скорее, я хочу с ним сфоткаться! — сказала Кира, потянув меня за рукав платья. — Извини, мне уже надо бежать. Увидимся завтра на занятиях! — я улыбнулась новой подруге и поспешила под шумок удалиться из зала. В коридорах было пусто, лишь дежурные сновали из стороны в сторону. Я неспеша дошла до северного крыла и спустилась вниз по лестнице в малый актовый зал. Дедушка часто водил меня сюда на вечерние репетиции, но после его ухода все будто забыли про это место, а большинство студентов теперь даже и не знают о его существовании. Сказать, что это играло мне на руку — не сказать ничего. Подойдя к двери, я достала из кармана рюкзака старый ключ причудливой формы — это был ключ от моего убежища. Я вошла внутрь и зажгла свет. Все стояло на своих местах, как и пять лет назад. Поднявшись на сцену, сняла с плеч рюкзак и бросила его посреди сцены. В двух шагах от него стояло старинное пианино, на удивление, практически не расстроенное. Я села на скрипучий деревянный стул и вдохнула полной грудью. Пахло старыми книгами, краской и пылью. Открытая клавиатура так и просила, чтоб к ней прикоснулись. Я смахнула ладонью пятилетний слой пыли. Руки сами потянулись к нужным клавишам. Заиграла нежная мелодия. Внутри меня все затрепетало. Стук сердца участился, когда нога потянулась к педали. Пока я играла — я чувствовала, как во мне что-то кипит. Чувствовала музыку каждой клеточкой своего тела. Темп рос вместе с громкостью. Эмоции были на пределе. И вновь внутри появилось это щемящее чувство, когда хочется плакать, кричать и смеяться. В такие моменты по-настоящему хочется жить. Финальный аккорд прозвучал слишком быстро. Я еще где-то три минуты сидела на стуле, пытаясь прийти в себя, пока не почувствовала чей-то прожигающий взгляд со спины. — Так и знал, что найду тебя здесь. — Арсений стоял в противоположном углу сцены, скрестив руки на груди, — Я видел тебя в зале. Почему не подошла поздороваться? — Столько лет прошло, я думала, ты и не вспомнишь дорогу в этот зал… — перевела тему я. Сил встать со стула не было, ноги тряслись как осиновые листья на ветру. — Как можно забыть сцену, на которой Родион Сергеевич издевался надо мной пять лет? — Он рассмеялся и сделал несколько шагов в мою сторону. — Ты так выросла с последней нашей встречи. — между нами оставалось меньше метра. — От поклонников, наверное, отбоя нет? — Ну, у меня поклонников явно меньше, чем у тебя поклонниц. — наконец-то я улыбнулась ему в ответ. — Как дела у Родиона? Давно он ушел из театра? — Попов сменил тему. Черт, как же я рада увидеть его вживую спустя столько лет. — Вышел на пенсию ровно спустя полгода после твоего выпуска. Сказал, что выполнил свой долг и не сможет больше подарить русскому театру таких талантливых актеров. — Я иронично улыбнулась, заметив, как смутился мужчина. Все-таки, несмотря на свой успех, он до сих пор относится к моему деду как к наставнику. — Подожди, а как же ты? Неужели он не захотел выпустить хотя бы свою внучку? — Он сказал, что у меня его гены. А лучшее, что он смог мне передать. — мы рассмеялись в унисон, — Слушай, Попов, не хочешь вечером заглянуть к нам в гости? Старик будет очень рад тебя видеть. — «Скажи, что да, скажи, что да, прошу!!!». — Извини, сегодня никак не выйдет, у меня уже есть планы на вечер и, к сожалению, их нельзя отменить. — По лицу Арса было видно, что он расстроен. — Ну ладно, тогда в другой раз… Когда будешь в городе, — Я опустила глаза в пол и потянулась к рюкзаку. — тогда, увидимся. Когда-нибудь… — накинув сумку на плечо, я устремилась к выходу из зала. — Увидимся, — сказал Арсений, смотря мне в след. Но этого я уже не услышала.