Невыносимая лёгкость бытия.

••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••• — Ну, здесь уж есть преувеличение. Сегодняшний вечер мне известен более или менее точно. Само собой разумеется, что, если на Бронной мне свалится на голову кирпич... — Кирпич ни с того ни с сего, —внушительно перебил неизвестный, — никому и никогда на голову не свалится. В частности же, уверяю вас, вам он ни в коем случае не угрожает. Вы умрете другой смертью. ••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••• Косторная держала в своих руках руку Ани, нежно целуя её. — Алён… Мне до сих пор не дают покоя, слова твоего брата… — Прижимаясь к девушке, сказала Щербакова. — Какие? — Удивленно спросила Алёна. — Про скандал с отцом, твои слёзы и синяк на спине. — Ань, забудь об этом, проехали. Это все в прошлом. — Ты с отцом не разговаривала? — Нет. Мы уже неделю с ним не разговариваем. — С грустью ответила Косторная, и улеглась на кровать Ани. — Любимая, ну ты чего сгрустнула? У вас с ним все наладится. — Щербакова легла рядом, приобняв девушку за талию, а голову, положив на плечо. — Затишье перед бурей. Да, если так подумать, то я и сама не ангел. — Ну да, характер у тебя… Мягко говоря еще какой. — С улыбкой сказала Аня. Вдруг телефон Алёны запиликал, пришло смс от Трусовой. Взяв телефон, и увидя фотографию, что прислала ей Саша, она была в шоке. [___________СМС_________________] С: *Прислала фотографию* А: – Это что такое?! С: – Не показывай только Ани! Она убьет и тебя, и Дашу! А: – Я ничего не скрываю от неё! Это безумие! С: – Не горячись. А: – Когда она меня поцеловать то успела? С: – Не важно. А: – От куда у тебя эта фотография? И почему ты вдруг решила, скинуть мне её?! С: – Потому что… Честно, я и сама не знаю… Подумала, что ты должна знать. Если вдруг что… А: – Если вдруг что, это что?! С: – Блин! Алёна! Не знаю! Но жопой чувствую, что что–то будет! А: – Не надо! У нас с ней только все наладилось! С: – Знаю… Косторная, на самом деле… Я хочу тебе вмазать! А: – За что? С: – Сама знаешь! А: – Не знаю! С: – Знаешь! [_________________________________] Диалог Алёны и Саши зашёл в тупик. Аня наблюдала за Косторной, как менялись её эмоции, когда она переписывалась. *********************************** Тренировка, как ни странно прошла очень даже хорошо. Тутберидзе довольная ушла, попрощавшись с девчонками. Фигуристки пошли в раздевалку переодеваться. Трусова долго думала над вчерашними словами, но все же эмоции взяли вверх, она подошла к Косторной и с кулака ударила её по лицу, разбив ей нос. Все девчонки были в шоке, от такой выходки рыжеволосой. Алёна взялась руками за нос, с которого пошла кровь. — Трусова! Ты офигела?! Ты с ума сошла?! — Щербакова подбежала к возлюбленной, сильно испугавшись. — Саша, ты чего?! — С недоумением, спросила Валиева, оттаскивая девушку к своему шкафчику. — Я давно хотела это сделать! Это за Анькины слезы! Косторная! Поняла?! За то, что ты тогда сделала! За её истерику! Алёна разозлившись, встала со скамьи и подойдя к Трусовой, схватила её за одежду. — Ты в себя поверила?! Головой ударилась?! Саша тоже схватилась за одежду Косторной, Валиева с Щербаковой, начали их пытаться оттащить друг от друга, но все попытки были четны. — Алёна, отпусти её, у тебя кровь же с носа идёт! — Аня, очень сильно переживала за Алёну. — Я не сошла с ума! Тебя не было рядом с ней! Когда у неё была истерика! Она всю ночь почти не спала! Из-за тебя! — Прошло столько дней, а ты только сейчас решилась вмазать мне?! — Тогда тебе вмазал отец! — Не подумав, крикнула Трусова. Косторная была в шоке от слов Саши, она убрала руки от её одежды, внутри что–то, как будто щелкнуло. Аня все же смогла увести Косторную в другую комнату. Спустя пару минут, рыжеволосая поняла, что сказала и сползла по шкафчику на пол. — Саша! Ты чего?! — Валиева присела на корточки, напротив неё. — Ками… Что я натворила..? Ты понимаешь, что я сказала Алёне? — Да, дел ты натворила, но… — Девчонка села рядом с Сашей. — Вы с Алёной давно дружите… Думаю, она тебя простит. Вы поговорите, попросите прощения друг у друга, и… Все станет на свои места. Трусова сидев на полу, слушала Валиеву, не перебивая её, но она понимала, что Косторная поделилась с ней сокровенным, а она ударила её же секретом, прямо ей в сердце. Не ожидая такого от себя, с глаз Саши, пошли слезы. Аня посадив Алёну на стол, прижимала салфетки к носу, пытаясь остановить кровь. — Что на вас опять нашло? Вы без драк, можете хоть иногда поругаться? Или вообще не ругаться?! С начала ты ей нос разбила, теперь она тебе… Косторная посмотрела на Щербакову, убрала её руки от своего лица, и сказала. — Аня… Прости меня… — Девушка вдруг заплакала, почувствовав внутри сильную боль. — Я сильно виновата перед тобой! Очень сильно! Но… Я люблю тебя, безумно! Правда! Я не вру! Ты мне нравилась с самого начала, как только мы познакомились! Но я творила дичь постоянно, думала, что ты любишь Трусову, я столько себе накрутила! — Косторная говорила со слезами на глазах, смотря на Аню. — Алёна… Не плачь, прошу! Я знаю все это, ты не виновата в решениях своего отца! Любимая, ты самая лучшая у меня! — Щербакова смотрела на девушку, она руками начала вытирать слезы с её щек. На руках Ани осталась кровь с носа Алёны, посмотрев на свои руки и на девушку, фигуристка прижала её к себе, на глазах тоже навернулись слезы. — Боже! Алёна! Как же сильно ты мне нужна, как же сильно я люблю тебя! Щербакова прижала к себе Косторную, а после взяв её за лицо, поцеловала. — Аня… Спасибо за то, что ты есть у меня! — Сквозь поцелуй и слезы, сказала Алёна, а после вновь поцеловала фигуристку.