Невыносимая лёгкость бытия.

Наступает вечер. Вечер – то время, которое ждут люди, уставшие от рабочего дня, школьники, учащиеся, спортсмены и так далее. В вечернее время загораются фонари, и озаряют улицы своим светом. Люди начинают активно выходить на улицы и проспекты. Кто-то идёт с работы, кто-то спешит на деловую встречу, кто-то на свидание, а кто-то свободно прогуливается никуда не торопясь. Косторная с Щербаковой сидят в комнате, листая ленту в Тик Ток, про их шипп. — Ого! Классное видео! Этот автор постарался на славу! — Начала Аня, которая сильно удивилась. — И вправду очень круто! — Добавила Алёна, улыбнувшись. — У них здорово получается! — Злит только то, что тебя с Сашей больше шипперят, а наш с тобой шип считают редким! — Он хоть и редкий, за то очень классный! — Щербакост… Какое-то странное название для шиппа. — Пробубнила Косторная, ложась на спину. — Хм! Косторная + Щербакова = КостАкова! — Вдруг вскрикнула радостно Аня. — КостАкова? Ммм, тоже как-то странно… Звучит прям, как Трусакова, бе! — Скривившись, Косторная посмотрела на Щербакову. — Между прочим твой шипп с Сашей! — Ответила Аня, показав Алёне язык. — Нет! Вообще-то твой! — Ничего подобного! — Трусова + Щербакова = ТрусАкова! Так что, твой! — Это не так! — Все так! Признай это! — Обойдешься! Косторная! Не зли меня! — А кто тебя еще будет злить, как ни я?! Твоя любимая Трусова? Или… Или Валиева?! — Да они то здесь причём?! — Ну ты же вчера с Валиевой обжималась! — А ты с Усачевой! Но яж молчу! — Не переводи стрелки! — Дура ты… — Уже спокойным тоном ответила Аня, отвернувшись от девушки. Косторная поднялась, подползла к Щербаковой, и при обняв её за талию, сказала. — Перегнула палку… Прости… Я прекрасно знаю, что Саня для тебя не больше, чем подруга. — Алёна взялась рукой за руку Ани, а носом нежно начала водить по шеи и до уха. — Прости меня дуру… Я вечно включаю ревность, не там где надо… Щербакова растаяла от таких действий возлюбленной, она не могла дуться на неё очень долго, как бы она не старалась. — То, что ты дура, это точно. Всегда ляпаешь не подумав… — Ответила девушка, прикрыв глаза, и спиной облокотившись на Косторную. — Не можем мы нормально посмотреть или обсудить что-нибудь… Вечно я все порчу… — Алёна! Нет! Ударю тебя сейчас! Перестань такое говорить! Мы повздорили маленько, ну бывает, все мы люди… Косторная собиралась поцеловать Щербакову, как в комнату зашла Инна, старшая сестра Ани. — Стоп! От моей сестры отлепилась! То, что родители вам это позволяют – это дебелистика! Я против! — А что это ты за неё решаешь?! Это её жизнь! Она сама решит с кем ей лучше! — Сказала Алёна, встав с кровати. — Я не пойму… Ты что, самая крутая? — Спросила Инна, подойдя к девушке. — А тебе автограф дать?! — Без нотки страха, Косторная смотрела на сестру Щербаковой. — Тебе сколько лет, что ты со мной так разговариваешь?! — Не настолько взрослая, как бы хотелось и не настолько молода, как ты думаешь! Аня вскочила с кровати и встала между девушек. — Хватит! Перестаньте! Пожалуйста! Атмосфера в комнате с каждой минутой, стала накаляться. И вот ссора становится не исключением, а нормой. Неожиданно осознаешь, что ругань — единственный способ показать себя, а единственная альтернатива — обиженное молчание.