Пралине

Свинцовые тучи, нависшие над необъятными просторами мертвых панелек, растворяли линию горизонта так, что весь пейзаж сливался в мрачную, серую стену. Еле слышимо доносился скрежет метала дворовых качелей, свист покрышек местных гонщиков на их вёдрах и карканье птиц. Блондин сложил голову на притянутые колени, старательно рассматривая пятиэтажку напротив. Подошва армейских ботинок еле заметно стучала о шершавую поверхность крыши, набивая ритм заевшей в голове песни. Юноша слегка сощурился, заслышав отдаленные шаги, разносимые эхом на лестничной площадке последнего этажа, но голову в их сторону не повернул. Лишь на секунду задержал дыхание вместе с едким дымом в лёгких, почувствовав пристальный взгляд на своей спине, а затем размерено выпустил сигаретный смог, который мгновенно слился с меланхоличными просторами. Проржавевшие петли слегка скрипнули, оповещая о том, что дверь осторожно закрыли. Через пару мгновений, как и всегда, в метре от него показалось шевеление и тепло исходящее от запыхавшегося парня. Взгляд от трагичного вида Миньярд отрывать намерен не был. Пепел скучающе слетел с тлеющей сигареты, мгновенно разлетаясь и исчезая за пределами края дома. Пальцы невольно расслабились, ожидая ритуального отбирания никотиновый заразы из его рук, но этого не произошло. Необычно. Подувший ветер донес до Эндрю приторный запах чего-то знакомого, из-за этого он облизну верхнюю губу, ее тут же обдало неприятной прохладой. Перед глазами проплыло небольшое облако пара. Миньярд заинтересовано, чего он от себя не ожидал, вскинул бровь, медленно поворачиваясь к только что прибывшему, но лицо сразу же приняло вид безэмоциональной маски. Он изучал знакомого напротив себя. Каштановые локоны, выбившиеся из-под капюшона черного худи, трепетали, иногда отдавая медью, на обеих щеках бледнели шрамы, а россыпь веснушек неожиданно стала похожа на шоколадную крошку; черт бы побрал этот ассоциативный ряд из-за сладкого аромата. Отбивая эту идиотскую мысль, он посмотрел в глаза Джостена, по спине прошла волна мурашек; ледяная синева резко контрастировала со всем вокруг, в животе стянуло неприятный узел. На границах его зрачка заиграло что-то однозначно глупое и игривое, Эндрю напряг челюсть, плотно сжимая зубы и подавляя желание скинуть его с края крыши. Уголок губ Нила слегка дрогнул и в лицо блондина снова ударила струя пара. Нил вытянул ноги, опираясь одной рукой позади, и вытащив вторую из кармана, между пальцев ловко перекатился одноразовый испаритель. Секунду висло молчание. – Что за гейство у тебя в руках. – Фраза прозвучала скорее как утверждение, нежели вопрос. Блондин снова сделал затяжку. – Это все лишь электронная сигарета, а не член. – Брюнет самодовольно ухмыльнулся, обрадовавшись прервавшейся тишине. – Только что купил в табачке на первом этаже. – Круто, что ты можешь отличать эти вещи, а не тянешь в рот все подряд. – Он отвернулся, вновь вглядываясь в серость и обдумывая нужность следующей фразы. – Мне казалось, тебе нравится запах сигарет. – Ага. – Он аккуратно кивнул, поднося электронку к губам, она издала характерный звук и низ ее подсветился зелёным огоньком. – И сладкое ты не любишь. – Ещё более хрипло выдавил Эндрю. – Снова в точку. – Его самоуверенный тон все больше начинал раздражать блондина. Миньярд перевел на него взгляд, ожидая объяснений. – Но ты любишь сладкое. Она, – он повертел корпус двумя пальцами, словно игрался одним из ножей. – Со вкусом пралине кстати. От услышанного лёгкие резко кольнуло, но Миньярд свалил это на заканчивающуюся пачку табака, которую он открыл только утром. – Гадость. – Прошипел он, одарив его стеклянным взглядом. – Я или запах? – Нил заинтересовано подвинулся к нему. – Все вместе, чертов нарик. – Он щелчком отбросил бычок. – Да или нет? – Да. – В голосе вновь послышались нотки радости и предвкушения. Миньярд ухватился за край его толстовки, топорно притягивая его к себе. Поцелуй был грубый и жадный, стирающий тошноту окружения. Эндрю почувствовал вкус шоколада и орехов, смешивающийся с горечью. Зубы стучали о чужие, язык бесцеремонно проходился по дёснам, стараясь найти источник сладости. Нил блаженно закрыл веки, теряясь во времени. Блондин отпустил его с громким причмокиванием, давая ему перевести дыхание. – И выкинь эту хрень. – Протараторил он ему в губы. – Она слишком дорого стоила. – Растерянно прошептал Джостен, чувствуя, что его лицо горит огнем, а опьянённые взгляд не может сфокусироваться. Эндрю не ответил, встал, отряхивая джинсы и осмотрел окрестности. Кажется за время их поцелуя несколько солнечных лучей прорвали купол неба, и вид стал менее пасмурным. – Пошли. – Он развернулся на пятках, направляясь к выходу. – Будешь вместо пахучки в машину. – Тебе всё-таки понравилось! – Нил неуклюже поднялся, догоняя его.