Токийские зомби

             PovТакемичи              Любить и быть любимым – самое прекрасное, что только может быть в жизни обычного школьника старшей школы.              Сегодня ровно пять лет, как я встречаюсь с Тачибаной Хинатой. От первого года средней школы и по сегодняшний, второй год старшей школы. Мы вместе, не смотря на все невзгоды и препятствия.              Это и стало причиной того, что мы с ней прогуливаем второй урок, а я – ещё и первый прогулял.              На крыше в это время никого нет – идеальнее момента не найти. А то, что мы пропустим урок… Я уже договорился с Сано-сенсеем, что отработаю и свои прогулы, и прогул Тачибаны. Он давно хотел завлечь меня в "нормальную", по его мнению, клубную деятельность, а тут как раз ему нужен мальчик на побегушках в клубе дзюдо. На следующей неделе соревнования, а их секретарь заболела, и навряд ли выйдет так рано с больничного. Что-то там с кожей и высокой температурой, я не уточнял. Да и это не так важно, ведь я там не навсегда, а всего на неделю-две, в зависимости от того, как далеко пройдёт клуб. Впервые в жизни хочу, чтобы наш клуб проиграл, но увы и ах, в их команде Сано младший, сам Манджиро. Так что я там точно до победного конца.              Ключи от входа на крышу так же одолжил у Сано Шиничиро. Без понятия откуда они у учителя, но эта случайность пришлась мне на руку. Благодаря этому я отвожу Тачибану к заранее приготовленному месту.              Пришлось встать пораньше, но это того стоило. Я развесил гирлянды, что переливаются в разноцветных огоньках. На них же прикрепил, пусть и искусственные, но цветы сакуры. Внизу же расправил огромный плед, на который разложил еду. Еда простенькая, всего лишь половинка арбуза, две пиццы в виде сердца, две бутылки лимонада и бенто-торт, приготовленный мною лично. Он тоже простенький: пюре из манго и сливочная прослойка – вот и вся начинка; рисунок… Если это вообще можно так назвать, но я старался изобразить Хину и себя в виде чиби. Получилось что-то среднее между нормальным рисунком и непонятным нечто. Не думаю, что блёстки с сердечками что-то исправят, но я старался.              Но это ещё не всё. В моём кармане лежит цветная коробочка, по поводу которой я больше всего переживаю. Хоть мы и на крыше, но и до сюда долетают звуки улиц. Во втором корпусе школьники тоже оживились, крича что-то непонятное, но ни я, ни Хина, не обращаем на это никакого внимания. Радует лишь одно – этот момент будет лишь для нас двоих, не смотря на посторонний, отвлекающий шум. Никто не увидит то, как я краснею всем телом, пока признаюсь своей любимой.              — О, Такемичи-кун! — Карамельные глаза Хины наполняются крохотными слезами, пока руки прикрывают улыбку.              — Нравится? — Спрашиваю, ведь не могу знать наверняка о её чувствах, пока она сама о них не скажет. К тому же, я волнуюсь, как при первом свидании с ней.              — Очень! — Восторженно говорит Хина, прежде чем кинуться на меня с объятиями. Ловко ловлю девушку, обнимая в ответ. — Когда ты всё успел?              — Успел вот…              — Тебя поэтому не было на первом уроке? — Киваю головой, чувствуя, как краснеют щёки. Волосы Тачибаны мягкие, и я совсем не против того, что они щекочут мою кожу на лице и шее. — А как же прогулы?              — Не беспокойся об этом. Я договорился с Сано-сенсеем.              — Дай угадаю, он завлёк тебя в свой клуб? — Думаю, уже все в школе знают о том, что Сано-сенсей через раз да и пробовал подсунуть мне лист о вступлении в его клуб.              А всё началось после случая, когда я защитил Хинату от толпы гопников, как минимум – пытался. Не знаю, что им было нужно. Я просто стоял до самого конца: защищал и держал ответный удар. Но я бы не справился против десятерых, если бы случайно не шли мимо Сано Шиничиро, его младший брат – Сано Манджиро, и друг второго, имя которого я не знаю. Именно они окончательно раскидали толпу. Мне до сих пор стыдно за то, что не смог всё сделать своими силами, но не настолько, чтобы вступать в их клуб. Мне нравится клуб аниме и манги. А вот Сано-сенсей думает иначе… И вот, взамен на помощь мне, он всё же, пусть и косвенно, но привлёк к деятельности его клуба. Хитрый лис.              — Временно. Заменю Юзуху, пока она на больничном. Конечно, это выходит на недели соревнований. Меня не будет пару дней в неделю, плюс, по вечерам буду оставаться в школе допоздна. Но Сано-сенсей пообещал, что будет отвозить меня домой на своём байке, так что доберусь в целости и сохранности.              — Вот ведь… Я буду скучать.              — Знаешь… Чтобы ты точно была уверена во мне… — Первый прерываю объятия. — Сейчас…              — М? — Хина ничего не понимает, а я делаю шаг назад от неё, чтобы было удобнее.              Достав коробочку, встаю на одно колено. Так ведь будет правильно, верно? Раскрыв коробочку, показываю ей колечко. Оно дешёвое, всего с одним камешком. Но ради этого я подрабатывал летом, и копил деньги с праздников. Когда буду работать, то обязательно куплю ей что подороже, а пока вот так.              — Тачибана Хината. Я… — Договорить не успеваю.              На территории школы звучит звук выстрела, а после и крики школьников. Из-за эха непонятно, откуда конкретно идут звуки. Естественно, я прерываю свою речь. Секунда, и по всей школе звучит сигнал тревоги, сквозь который слышу второй и третий выстрелы. На крыше много железных палок, которые я прибрал подальше. К ним и иду, взяв две. С ними будет безопаснее, чем без них. От пули не защитит, но зато смогу ударить и дать шанс Хине убежать, в случае чего.              — Такемичи? Что ты делаешь?              — Я пойду первый, а ты следом за мной. — Отдаю вторую палку Хинате, на случай, если сначала решат напасть на неё. — Если стрелок где-то рядом, то просто вернёмся на крышу и закроемся тут, чтобы переждать. Хорошо?              — Угу.              Не закрывая дверь на ключ, мы спускаемся по ступенькам. Школьники как раз выходят из классов, неся кто рюкзаки, кто достал огнетушитель. Мы присоединяемся в самом конце. Так проще будет на крышу убежать.              — Что происходит? — Задаю вопрос у третьегодок, надеясь, что кто-то знает.              — Сами не знаем. Всё происходит во втором корпусе.              Второй корпус рядом с первым, в котором мы и находимся. Лестничные пролёты как раз соединяют эти две постройки, поэтому всё слишком близко. Благо хоть этот лестничный пролёт отдельный, огороженный массивной дверью, и сразу не встретимся со стрелком.              Всё это время я держу Хинату за руку, потому и чувствую, как дрожит девушка. Если стрелок решит выйти с противоположной стороны, то мы окажемся в одном коридоре.              — Всё будет хорошо. Я защищу тебя, Хина. — Произношу, крепче сжимая её руки.              — Дурак. — Хоть на чуток, но она расслабляется. Лёгкая улыбка проявляется на её лице. — Это я буду той, кто защитит тебя.              Мы успеваем спуститься на второй этаж, когда вижу друга Манджиро. Он запоминаем благодаря своей татуировке дракона на левом виске и длинной косичке золотистых волос. В его руках железная бита, тогда как руки намотаны не то скотчем, не то ещё чем-то. Он выискивает кого-то среди спустившихся учеников. Подходя ближе, слышу и то, о чём он говорит.              — Ханагаки! Здесь есть Ханагаки? — И он, зачем-то, выкрикивает мою фамилию.              — Да? — Конечно же отзываюсь, привлекая к себе внимание блондина с косичкой. И как только спускаюсь с последней ступени, он грубо хватает меня под локоть и уводит подальше от лестницы. За собой тяну и Хину, ведь не отпустил её руки. — Э-эй! Куда ты меня тащишь?              Высокий парень недолго молчит. Отойдя от той лестницы подальше, он всё же произносит.              — Там опасно. — Произносит тихо, но так, чтобы я услышал.              — Что? Тогда ведь и остальных надо предупредить! — Уже готов закричать, предупредить остальных, но парень останавливается и закрывает мне рот.              — Нет. — Парень чуть ли не шипит, но руку всё же убирает. — Иначе они не отвлекутся. — Так же тихо произносит парень, заворачивая за угол и нас туда же уводя.              Мы вошли во второй корпус. На вид, дверь как будто кто-то блокировал со стороны второго корпуса обычными стульями, но так, чтобы оставить место для прохода одного человека. На стенах отнюдь не пару капель крови, а чуть ли не всё ею разукрашено, отчего я встрепенулся. Стоп! Стреляли ведь именно тут? Зачем тогда мы идём сюда? Неужели… Неужели это их рук дело? А что тогда будет с нами?              — Да о чём ты? — Только и успеваю задать вопрос, прежде чем улавливаю крики ужаса и непонятное рычание как раз со стороны первого корпуса, от которого мы успели уйти.              В коридоре окна ничем не закрыты, потому нам видно, как одни школьники нападают на других. Те, кто нападает, уже окровавлены в чей-то крови, а у некоторых ещё и отсутствуют куски плоти. У многих на коже непонятные чёрные пятна, но их практически не видно из-за крови и школьной формы. Спустись мы со всеми, то тоже бы попали в эту мясорубку, что происходит в коридоре на первом этаже и на выходе из первого корпуса.              Во дворе ситуация, если так можно назвать, поспокойнее. Школьники и учителя выбегают из третьего корпуса, все перепуганные. Но хотя бы живые, целые.              За школьным забором тоже неразбериха. Люди бегут, кто куда. Машины чудом не врезаются друг в друга. Пара школьников успевают добежать до главных ворот, которые школьный физрук уже открывает. За территорией школы так же зрительно улавливаю парочку окровавленных людей, что нападают на других. Кто-то пытается даже подраться с ними, но не досматриваю, насколько удачно.              — О, Кенчин, нашёл Такемучи? — Навстречу к нам, из класса, чья табличка окрашена чей-то кровью, выбегает Манджиро. Пропускаю мимо его недовольный взгляд, направленный на Хину, ведь дела куда хуже.              Его руки так же обмотаны, только не это пугает. В его руках пистолет, тогда как белая рубашка пропиталась чей-то кровью. Так же, небольшими брызгами, кровь засыхает на его волосах и лице. Тот, кто стрелял, был Сано Манджиро. Правда, теперь, видя школьный двор, думаю о том, что это могла быть и самозащита, а не простой акт нападения. Впрочем, от этого не пропадает вопрос «откуда, мать вашу, у школьника пистолет?».              — Ты поговорил с Шиничиро? Он подготавливает наши байки? — Спрашивает высокий школьник, продолжая тянуть в сторону к лестнице, соединяющая второй и третий корпус.              — Лучше. — Манджиро переходит на бег, а за ним и мы. — Клубный автобус в нашем полном распоряжении. Шиничиро подгонит его к восточным воротам. Мы сократим путь, если выйдем через комнату клуба садоводства.              Быстро достигаем лестницу, что соединяет второй и третий корпус, и так же быстро бежим по ней. Кровь повсюду, а на первом этаже и вовсе находится пару мёртвых тел. Одно из них не то похрипывает, не то стонет. Рука резко дёргается под неестественным углом. На этой же руке вижу и глубокий укус. Манджиро останавливается недалеко от той девушки, загораживая нас.              — Что происходит? — Задаю вопрос и им. Они, по всей видимости, знают ситуацию лучше тех, с кем мы шли до этого.              — Если скажу, что начался зомби-апокалипсис, поверишь мне? — Отвечает Манджиро в своей привычной манере, но я не понимаю смысла его слов.              — Ч-чего? — Слушаю Манджиро, а сам смотрю на раненую школьницу.              — Брат сказал, что ты всё это время был на крыше, поэтому ничего не знаешь. Всё началось с того, что какому-то первашу стало плохо прямо на первом уроке. Его отвели в медпункт, а уже там начался дурдом. Один за другим, получив укус, начал превращаться в это. — Манджиро наводит пистолет на девушку, что начала двигаться резко и несуразно. — И как итог, в нашем классе оказался такой укушенный. И пары минут не прошло после звонка на второй урок, как он потерял сознание, а потом начал бросаться на каждого, кто был рядом с ним. В соседних классах тоже оказались такие. И вот итог.              Девушка, которая непонятно как двигалась, поднялась на ноги. Все её открытые участки кожи показывают покрытия чёрными линиями, словно на неё выборочно вылили чёрную краску. Изо рта объёмно капают слюни, тогда как зубы заострились. В глазах совершенно нет белка. Вместо них – алая кровь. Смотрит на нас, словно давно ничего не ела, и перед ней сейчас какая-нибудь еда, а не люди.              Облизнувшись, она кидается на нас, что-то гортанно крича. Майки действует быстро. Прямой выстрел в голову, между бровями, и девушка падает на спину, так и не успев добежать до нас.              — Не останавливаемся. Нельзя заставлять Шиничиро-сана долго ждать. — Всё, что отвечает Манджиро, рукавом утирая попавшую на него кровь.              Я бы не смог убить кого-то и после вот так себя вести.              Дальнейший наш путь проходит куда спокойнее, чего не скажешь про тех, кто остался у главных ворот. Не смотрю в ту сторону, но слышу все крики людей и рычания заражённых.              Высокий парень более не держит меня, ведь мы сами бежим за ними. Почему? Сам не знаю. Просто сейчас чувствую, что с ними безопаснее. Да и упоминание Сано Шиничиро как-то… успокаивает?              Клубная комната садоводства расположена достаточно далеко от лестничного пролёта, но зато у неё есть прямой выход на улицу, благодаря чему можно обойти необходимости влияния в толпу. К тому же, в толпе сейчас небезопасно. Лучше вот такой вот группой, небольшой. И сейчас я рад тому, что нас нашли, безумно.              Дверь наружу оказывается закрытой. Манджиро лишь смотрит на высокого друга, как они поняли друг друга без слов. Высокий встаёт сзади нас, держа биту наготове. Манджиро же выбивает дверь ногой. Со второго удара у него это получается, и она с лёгким грохотом отворяется. Я лишь крепче сжимаю железную палку, готовясь атаковать заражённых, если понадобится.              Помимо мешков с удобрениями, снаружи расположены клумбы с зеленью и цветами. Одно "но", тут небольшой забор, который защищал саженцы от хулиганов и просто любителей нарвать цветы для второй половинки нахаляву. Высокий парень реагирует так, как будто для него это привычное дело. Обогнав нас, он встаёт у стенки и, выставив руки вперёд в замке, помогает Манджиро запрыгнуть. Тот остаётся на перегородке, готовый помогать нам забраться.              — Хина, иди следующая.              — Угу.              Помогаю ей взобраться на руки парня, и помогаю ей толчком, когда та чуть подпрыгивает. Помимо этого, тихо благодарю высокого за то, что тот отворачивает голову и закрывает глаза. Всё-таки Хина девочка, и прямо сейчас она в юбке. Наверху же ей помогает Манджиро, как взобраться, так и спрыгнуть.              Третьим иду я. Наверху меня так же подхватывает Манджиро, но спрыгиваю уже самостоятельно. Хината тут же хватает меня за руку, содрогаясь всем телом. Её глаза, не моргая, смотрят в одну точку. Напротив нас, максимум шагов в десять, небольшая толпа, поедающая троих парней, судя по школьным штанам. Чавканье давит не только на уши, но и на само сознание. И как они только не отвлеклись на нас, учитывая, какой шум был устроен при открывании двери? Неужели всё из-за того, что они пожирали чью-то плоть? Пока размышляю об этом, чья-то кровь ручейком направляется к нам. Чем ближе эта струйка, тем чётче слышу тихое "боль-но…".              Должно быть, это всё дурной сон… Это не может быть реальным…              Парни двигаются тихо. Я и не замечаю того, как высокий парень уже снова тянет меня за руку, уводя прочь. Последним спрыгивает младший Сано, замыкая нашу цепочку.              До ворот бежим молча, стараясь сильно не шуметь. На входе у ворот уже стоит автобус. Ворота, к нашему счастью, открыты ровно настолько, чтобы мог пробежать один человек. Высокий пробегает первым, но нас не пропускает, пока не рассмотрит обе стороны. И только после того, как не увидит ничего опасного для нас всех, пропускает.              Дверцы автобуса открываются, стоит нам подбежать ближе. Внутри только Шиничиро. Почти весь его костюм испачкан в крови, дрожащие руки сжимают руль. Рядом с ним лежит окровавленная катана. Не думаю, что сейчас уместно спрашивать о том, кого именно он убил, чтобы спастись. И так понятно, что он спасал свою жизнь от зомби. Дверцы закрываются, стоит нам сесть на первые попавшиеся сиденья. И я, и Хина, откидываем палки кто куда, пытаясь отдышаться не столько от бега, сколько от увиденного.              Сначала усадил Хину, и только после сел рядом с ней. Манджиро занял сразу два кресла напротив нас с левой стороны. Уронив голову на спинку, он закидывает ноги на сидушку второго кресла. Высокий же прошёл куда-то дальше.              — Все целы? Никого не покусали? — Сано-сенсей спрашивает спокойно, но я улавливаю нотки беспокойства в его словах.              — Всё нормально. — За нас всех отвечает Манджиро. — Твой пистолет реально спас наши задницы.              — Ты спёр мой пистолет? — Уверен, если бы Сано-сенсей курил сейчас, то он точно выронил бы сигарету.              — Это было сегодня утром, окей? — Спокойно отвечает Манджиро, как будто он спёр не пистолет, а конфетку.              — Даже спрашивать не буду, для чего он тебе понадобился. Вы целы – уже хорошо. — Смотря на зеркало заднего вида, он бросает короткий взгляд на нас, и сразу же возвращаясь к дороге. — Эй, Ханагаки, Тачибана, как вам годовщина?              — Запоминающаяся. Прям на всю жизнь. — Отвечаю, скорее с сарказмом. Мало того, что всё пошло по пизде, так ещё и зомби появились. Вот серьёзно, могло произойти всё, что угодно: землетрясение, наводнение, извержение вулкана в конце-то концов. Но не зомби апокалипсис! Думая об этом, вспоминаю, что мы так и не закрыли дверь на крышу. Блин. — А ещё мы крышу не закрыли и оставили всё там.              — Думаю, что если кто-то пойдёт прятаться на крышу, то будет вам благодарен. — Сано-сенсей отвечает так, как будто это пустяк. Впрочем, учитывая всё произошедшее, незакрытая крыша и правда выглядит не самой главной проблемой. — И открытая крыша, где можно спрятаться, и еда, которую можно растянуть дня на два, и атмосфера прям вау. Думаю, этого хватит, пока военные будут разбираться со всем этим дерьмом. Да и с помощью гирлянд они смогут подать сигнал о помощи, если додумаются. — Резко учитель поворачивает в сторону, и тут же выравнивает движение. В окне вижу нормального и перепуганного человека, убегающего от двух заражённых. — Блядь!              Впервые вижу, чтобы учитель так выражался. Впрочем, я тоже готов матюкаться во весь голос. Сано-сенсей поздно понимает, что проматюкался перед своими учениками, и затыкает свой рот, тихо прося прощения не то перед нами, не то шепчет это незнакомцу. Думаю, мы все понимаем, что прямо сейчас помешали кому-то спастись.              В зеркале заднего вида отображается то, как те двое успевают поймать беглеца, который так и не встал с земли. Нам слышны его крики так же чётко, как и мольбы о помощи. Ему никто не помог и уже не поможет. А вот нас вытащили.              — Спасибо, что отправили за нами. — Решаю поблагодарить, чтобы Сано-сенсей хоть немного расслабился и не чувствовал за собою вину перед тем человеком.              — А? О чём ты, Ханагаки? — Учитель спрашивает так, как будто он не знает, о чём идёт речь.              — Ты попросил нас забрать их, брат. — Вмешивается в наш разговор Манджиро.              — А! — Учитель словно только-только вспомнил об этом. — Да пожалуйста.              Видимо, это всё стресс. И я не виню в этом учителя. Главное, мы с Хиной спасены. Остальное не так важно. Девушка как раз сидит справа от меня, ближе к окну. Сквозь него всё прекрасно видно: и как машины уже сталкиваются на главной дороге, и как люди бегут чуть ли не под колёса машин, чтобы спастись от нелюдей. Отворачиваю её голову от окна, уткнув в своё плечо. Шторку же я задёргиваю, чтобы Хина даже случайно ничего не увидела рядом с собой.              Сам же смотрю вперёд. Учитель старается не выезжать на главную дорогу, едет в объезд. Тут, совсем чуток, но куда спокойнее. Люди хоть уже и тут паникуют, но хотя бы не бросаются так отчаянно на дорогу. Только машины да такие же автобусы и занимают дорожные полосы. В сторону нашей школы же едут полицейские, гремя на всю округу своей сиреной.              — Брат, может сразу всех к нам? У нас ведь найдутся ещё футоны? — Неожиданно предлагает Манджиро. У меня даже дар речи пропал. Домой к учителю? Это будет нормально?              — Нет. — Выкрикивает Хина. — Нас лучше домой ко мне. Родители Такемичи в командировке в Америке, близких или родственников в Токио больше нет. Так что ему будет безопаснее со мной и моей семьёй. У нас большая квартира, так что… — Хине не дают договорить.              — Ты что, фильмы ужасов не смотрела? — Начинает спорить Сано младший, хмуря брови. — Многоквартирные дома – одно из худших мест во время зомби апокалипсиса. Хуже этого только торговый центр да школы. А у нас свой дом, большая территория и высокие заборы. Так просто никто не перепрыгнет. Даже Кенчину надо постараться, чтобы хотя бы подушечками пальцев достать в прыжке.              — Хватит меня так звать. — Звучит за моей спиной, отчего и я, и Хина вздрагиваем. Голова высокого парня появляется прямо за моей левой рукой, в автобусном проходе между креслами. — Мы ведь так нормально и не познакомились в тот день. Моё имя Рюгуджи Кен, но можете звать меня Дракен. Класс 3-А. Одноклассник Майки.              — Приятно познакомиться. А Майки, это… Это кто? — Сколько ни пытаюсь вспомнить, но никакой Майки, учащийся в нашей школе, в голову не идёт.              — Это я. — Отзывается Манджиро. — Тоже можете меня так звать.              — Так! — Даёт о себе знать Шиничиро. — Едем сразу к нам домой! Это не обсуждается. Даже если не найдутся лишние футоны, то мы подвинемся. — Наконец отвечает учитель. — Тачибане сразу выделим отдельный футон, как второй девушке в нашем доме. — Обеспокоенно смотрю на учителя. Ладно я, мои родители наверняка в безопасности в Америке. Я не так сильно за них беспокоюсь, тут скорее они за меня будут переживать, но не искать. А вот за Хинату будут и переживать, и искать по всему Токио. — Не волнуйся так, Ханагаки-кун. За ней присмотрит Эмма. Поступаю так, потому что иначе нам придётся ехать в объезд. Это раз. Тачибана живёт в многоквартирном доме, а рисковать кем-либо из вас я не хочу. Это два.              — Именно! — Тут же поддерживает своего старшего брата Манджиро. — Никто не знает, есть ли заражённые в твоём доме. А если есть, то тогда и твоей семье лучше не открывать дверь лишний раз, и уж тем более лучше не выходить в коридор в одиночку. Про лифты молчу. Там всегда в фильмах кто-нибудь есть. Либо он выводит на них.              — Хорошо. Только, одолжите нам телефон? Наши в школе остались. — Наверное, нагло с моей стороны, но я прошу их об этом. Моя семья и семья Хинаты заслуживают того, чтобы знать – мы живы, мы в порядке, мы в безопасности.              — Ой, точно! Мама наверняка уже раз сто мне позвонила.              — Одолжим. — Уверяет нас учитель. — Но думаю, лучше сначала написать смс. Мало ли. Эти твари быстро реагируют на звуки, если ничего не жуют.              Учитель только успевает это произнести, как по улицам раздаётся сирена. Шиничиро Сано тут же жмёт на газ, как и все остальные машины перед нами. Хината снова дрожит, и мои объятия уже не успокаивают её. Впрочем, я и сам содрогаюсь, не в силах успокоиться самому.              Где-то на уровне интуиции понимаю, что более ничего не будет, как прежде.                     

***

                    Не помню, как мы доехали до дома семьи Сано. Помню лишь то, как мы уже зашли за ворота дома семьи Сано. Территория, как и говорил Майки, поражает своими размерами. Дом достаточно большой, ещё и двухэтажный. Внутри тоже всё просторно.              Эмма, сестра Майки, сразу же кинулась на тех двоих, проверяя от и до. А после осмотрела и Хину. Меня она не трогала, только глазами осмотрела с головы до ног да хихикнула, смотря на Майки.              Мы с Хиной решили не оттягивать момент с сообщениями нашим семьям. Эмма, услышав нашу просьбу, тут же одолжила свой телефон Хине. Первым делом, Хина написала своей маме, а я написал своей с телефона Майки.              «Мам, я в порядке, и в безопасности. Телефон остался в школе, поэтому пишу с телефона своего семпая. Напиши на этот номер, когда могу тебе позвонить. Твой сын, Такемичи».              Наверное, кому-то покажется данное сообщение слишком коротким, но такие уж отношения у нас сложились. Родители часто уезжают куда-нибудь по работе. До окончания средней школы это был кто-то один из них, а как поступил в старшую – стали уезжать вдвоём. Бабушек и дедушек у меня нет, так как они оба из детского дома. Наверное, отсюда и их рвение заработать как можно больше, чтобы наша семья ни в чём не нуждалась. И сейчас, я впервые рад этому, ведь если эта зараза только в Японии, то они в безопасности.              Хинате ответили в первые минуты, после чего она позвонила своей семье и говорила с ними, закрывшись в спальне Эммы. А вот в мой адрес полная тишина.              Сколько ни жду, ответного сообщения не поступает. В итоге, уже умывшийся от крови, Майки отводит меня в свою спальню, ведь его телефон разряжается. Я, конечно, надеялся поговорить с ними так же скоро, но видимо не судьба. Просто молча плетусь за ним, поднимаясь на второй этаж.              В его комнате не так просторно, как во всём остальном доме. Всё наставлено чуть ли не друг на дружке. Тут и разложенный огромный футон, никем не заправленный; тут и угловой диван, занимающий чуть ли не половину комнаты; тут и открытый шкаф, содержащий в себе как повседневную одежду, так и для занятий в дзюдо; тут и стеллажи со всевозможными нужными, и не очень, мелочами. Но самое, что стало для меня удивительным – огромный телевизор, что висит напротив дивана, а рядом с ним – огромный розовый мишка, совершенно не вписывающийся в интерьер данной комнаты.              — Возможно, они пока заняты. — Майки уже забрал свой телефон, чтобы поставить его на зарядку. На удивление, розеток тут три.              — Ага. — Соглашаюсь с ним. Мне и самому так проще думать. — Наверняка повязли в куче бумаг и даже не заметили изменений во внешнем мире. Или там всё нормально, отчего они и не думают беспокоиться. — Так странно, сидеть в комнате Манджиро, когда мы с ним ни разу по нормальному не беседовали до этого. Встречались пару раз, перебрасывались короткими фразами, и на этом всё. Сам парень на вид не выглядит подавленным или же хоть как-то расстроенным, хотя пережил за это утро больше нас всех, не считая Шиничиро. Защитный механизм? Наверняка же всё держит в себе. — Майки, ты сам-то как?              Интересуюсь, думая, что если ему хочется выговориться, то я могу предоставить своё плечо в роли жилетки для эмоций и слёз. Благодаря Манджиро, наши руки остались чисты, да мы и вообще живые, и это меньшее, что я могу сделать для него. Присаживаюсь на диван, и его приглашаю присесть рядом.              — М? — Начинаю думать, что у семьи Сано это семейное, делать вид, будто не понимают, о чём идёт речь.              — Ты был тем, кто убивал заражённых. Тебе, наверняка, тяжело с этим справиться.              На мою речь, Майки странно затих. Подойдя ко мне, он присаживается на диван рядом со мной. Закинув ноги на диван, он чуть горбиться. Его поза полностью расслаблена, отчего и я сам успокаиваюсь, смотря на него, но лишь до тех пор, пока он не начинает говорить.              — Там был простой выбор: либо убьют меня, либо их убью я. Я жив, меня никто не укусил. Вас тоже никто не тронул. Так что я в порядке. — Спокойствие Манджиро настораживает. Почему он так спокоен?              — И всё же… — Не успеваю договорит. Манджиро начинает ерошить мои волосы, чуть наклонив к себе ближе.              — Не беспокойся об этом. Я в норме.              — Хорошо. — Не убираю своей головы. Как мне кажется, он использует мои волосы как антистресс. Хина тоже так делает иногда, особенно перед экзаменами, так что я привык к тому, что мои волосы используют вот так. — И спасибо, что нашли нас. Я, правда, благодарен.              — Да не парься. — Манджиро прекращает мучить мои волосы. Вместо этого он укладывается на мои коленки, словно на подушку. — Но если тебе так сильно хочется меня и Дракена как-нибудь отблагодарить, то приготовь каждому бенто-торт.              — Ч-чего? — Сано-сенсей ничего не знал о моём меню. Обсуждал его только с Чифую, но даже ему не говорил о том, что в итоге решил. Так откуда про это знает Сано Манджиро?              — Говорят, ты умеешь готовить.              — И кто такое сказал?              — Не знаю. Второгодки обсуждали это, когда я проходил мимо. Может, это были и твои одноклассники.              — Стыдоба.              А ведь я хотел сделать сюрприз только для Хины. Неужели Чифую разболтал всем? Блин, надеюсь, он сейчас в порядке? Нет, он не просто должен, а обязан быть в порядке, обязан выжить, чтобы после я мог спросить с него.              — Да ладно тебе. Это и девочек отвлечёт от происходящего.              — Хорошо. Приготовлю. Но не обещаю, что будет вкусно.              — Главное, сделай сладко.              — Понял-понял. — Не ожидаю того, что Манджиро начнёт перебирать мои волосы. Не отталкиваю его. Мало ли, это его способ успокоиться и получить поддержку? — Эм… А в этом доме есть какие-то правила?              — Немного. Кушаем все вместе, на этом настаивает Эмма. Ванные процедуры два раза в день, утром и вечером. Есть душевые, ванные и одна большая на улице аля горячие источники под боком. Дед любит там купаться зимой. Тренировки… Наверное, их пока приостановят. Сам понимаешь почему. И… Думаю, всё. Готовит в основном Эмма, но она будет рада, если предложишь свою помощь.              — Буду иметь в виду.              Стук в дверь отвлекает нас. Рука Майки опускается, и уже никто не скажет, что он тискал меня за волосы. В спальню младшего Сано заходит Кен. Он проходит внутрь так спокойно, как будто тут его место.              — О, Кенчин! Как там девочки? — Спрашивает Майки, убрав свою голову с моих колен. Сев на диване, он внимательно смотрит на своего друга.              — Эмма немного температурит, да и в целом переживает, а Тачибана пошла в душ. Она будет жить в её комнате. Так дед решил. — Не успеваю задать вопрос. Дракен поворачивает голову в мою сторону, сообщая следующее. — С её семьёй тоже всё нормально. Её отец успел зайти в квартиру как раз перед тем, как к ним на этаж поднялась толпа зомби. А вот их соседям повезло меньше…              — Ясно. Тогда вы двое можете расположиться у меня. — Тут же предлагает Майки. — У меня и футон больше, можем вдвоём уместиться, а третий будет на диване. Можем меняться, поочерёдно, чтобы никому обидно не было.              — Ну, мне не привыкать, так что нормально. — Тут же откликается Дракен.              — Э? — Вопрос выходит сам собой.              — Я оставался у Майки на ночёвки. — Тут же поясняет парень. — Особенно когда был помладше. Майки научил драться, а Шиничиро научил копаться в байках. Они мне всё равно, что семья.              — Так вот почему вы понимали друг друга без слов.              — А? — Одновременно спрашивают Майки и Дракен.              — Ну… У вас был момент, когда вы просто посмотрели друг на друга, а после начали действовать. Я был удивлён. А вы, оказывается, с детства дружите. Это многое объясняет.              — С младшей школы, если говорить точнее. — Тут же хвастается Майки, широко улыбаясь.              — Круто.              Короткий стук, и дверь в спальню снова открывается. На этот раз в спальню заглядывает Сано-сенсей. Он уже успел переодеться в чёрный халат, похожие он держит и в своих руках, а также полотенца.              — Не помешал? — Получив одобрение, Сано Шиничиро входит в спальню, чтобы положить на диван всё то, что держал в руках. — Там дед предлагает нам всем душ сейчас принять под предлогом «занесёте ещё какую заразу в мой дом!», — чуть сгорбившись, учитель, по всей видимости, изображает их деда, которого я сам ещё не видел. — Так что пошли. Он даже новые полотенца откуда-то достал. Одежда Дракена уже тут есть, а вот Ханагаки-куну одолжи свою, лады?              — Окей. — Встав с дивана, Майки и меня тянет к шкафу. — Такемучи, выбирай.              — Если Майки не забрал, то на моей полке можешь найти свежие трусы. Я как раз как-то ошибся с размером, а заметил это только после того, как пришёл сюда.              — На месте они. Ничего я не трогал.              — С-спасибо. — Даже, как-то неловко. Я совсем не подумал о том, в чём я буду ходить здесь. И за своей одеждой уже не побегу, сам не захочу.              С полки беру чёрный свитшот со свободными рукавами и явно растянутым воротником, отчего точно будут видны мои ключицы, и тёмно-синие штаны с поясом. Внизу не сразу подмечаю резиночки, на которых и будут держаться штаны. С тихим "О, они и правда ещё тут", Кен вручает мне новую упаковку труселей.              — Вот и отлично! Пошли! Устроим мальчишник! — Шиничиро уже раскрыл дверь, ожидая, когда и мы тоже выйдем в коридор.              Шиничиро уже не выглядит так же встревоженно, каким был в автобусе. Это всё тот же учитель, просто в домашней обстановке. Даже не представляю, какая буря эмоций у него бушует внутри.              Взяв всё с собой, позволяю увести себя к месту, где можно искупаться. Спальня Майки на втором этаже, поэтому мы спускаемся обратно на первый. Проходя мимо гостиной комнаты, вижу старика в очках, сидящего рядом с небольшим телевизором.              "…по первым нашим данным, полученных от очевидцев с мест происшествий, вирус передаётся через укус и попадания их жидкостей в рану здорового человека. Правительство пока не даёт комментарий по поводу данной ситуации, но был выставлен ряд требований к гражданским, пока будут задействованы военные силы".              Все четверо останавливаемся, чтобы дослушать до конца.              "Оставайтесь дома. Разбейте еду по порциям, чтобы каждому хватило на неделю. Если у вас получится выбраться на крышу, то оставайтесь там. Вас обязательно заберут вертолёты с первой помощью в самое ближайшее время».              — Значит, неделя… Врут, скоты! — Тут же бушует дедушка, стуча кулаком по столу.              — Деда, не бушуй. А то ещё услышит кто. — Отзывается Шиничиро.              — Пусть только попробуют. — Дедушка поворачивает голову к нам, чтобы кинуть на всех строгий и недовольный взгляд. — Вы почему ещё не в душе? А ну бегом, пока я вас всех на лопатки не уложил!              — Уже убегаем! Только не злись. — Шиничиро изворачивается от кулака старика и, выбежав из гостиной, толкает нас троих подальше. Такой растрёпанный, такой взволнованный и так ярко улыбающийся. Впервые вижу учителя таким.              Если забыть о том, что за воротами этого дома – неразбериха и неизвестно до каких размеров выросла толпа зомби, то всё не так уж и плохо. Это, и правда, похоже на обычную ночёвку в кругу близких друзей.