Ночные посетители и душевный разговор...
5 февраля 2022 г., 20:58
— Я рад, что ты очнулась, — проговорил юноша и подойдя к ней просто обнял её.
— Ты… — прошептала девушка обнимая в ответ.
— Да… я не знаю… ноги сами привели меня к тебе… когда я уже понял, что сижу у твоей палаты, прошел час моего пребывания здесь… — признался старший.
— Оу… я удивлена… что ты пришёл… правда… но спасибо… — улыбалась Ханагаки.
«Первым кого я увидела, после того, как мне сделали операцию, будет не Майки-кун, а я уверена он бы хотел быть первым, а никто иной, как сам виновник того, что я здесь, если бы он не понёсся на Баджи-куна с ножом, я бы не побежала заслонять его, но ему я этого говорить не буду, он через такое прошёл… и я так и не поняла, почему вместо его будущего, я увидела прошлое? Это как вообще? Но мне его жалко… он просто хотел признания… и он ведь не знал, что это был брат Майки-куна… Эх, а ведь Шиничиро-сан такой красавчик был, да ещё и высокий, в кого Майки-кун такой низкий? Так ладно, тут как бы видимо разговор серьёзный намечается, а я думаю о росте Майки-куна и в кого он такой… дура…» — думалось голубоглазке.
— Прости… я не хотел, чтобы ты была ранена… прости меня… — начал проговоравать Тигр.
— Казутора-кун… не волнуйся, ты не виноват, я же сказала, что ты не виновен, я сама дура, могла ведь оттолкнуть или снова руку подставить, но единственное что сделала, так прикрыла своим телом, нет ну дура да, — улыблась девушка, но сама понимала, что в этот раз, она единственное, что успела бы, как раз просто встать самой, прикрыть телом, она действовала на нервах и панике, она не смыслила разумно, как это было с Осанаем или Дракеном, тогда она понимала, что их ранят, и машинально подставляла руку… она сама не поняла, почему сама подставилась под удар… почему не оттолкнула, а может единственное решение, было как раз таки в том, чтобы именно так и прикрыть, её слова ведь были услышаны, да? Если бы нет, она бы просто задушила Майки, объятиями конечно же.
— Казутора-кун? А… он вас принял? — решилась таки спросить Солнышко.
— Да, он нас принял, я теперь второй зам Баджи, и Ханма с Вальгаллой теперь в третьем отряде, так что Тосва теперь в масштабах увеличилась, — улыбнулся янтарноглазый.
— Что? Что ты сказал? Вальгалла перешла под Тосву? — воскликнула блондинка.
— Да, Ханма сам лично сдался, так что они теперь официально, часть Тосвы, но мы с Баджи, снова с вами, всё благодаря тебе, мы с Майки поговорили… он и ребята поняли меня, что я тогда не хотел убивать Шиничиро-сана… что я даже не знал, что это был он, и что я лишь хотел подарить подарок… этот мотоцикл… Дракен, Мицуя, Пачин и Майки выслушали нас с Баджи, про ту ситуацию, Майки нас простил, он всё отпустил, вот только… они с Баджи потом ушли, кажется у них был отдельный разговор, но о чём, я понятия не имею, — улыбаясь рассказывал Ханемия.
— Вижу ты и правда рад, и всё в норме, — проговорила Такемичи, она правда была рада, но она была неуверена в том, что Майки и правда отпустил всё, но она поговорит с ним позже.
— Ладно, тебе надо отдыхать и спать, я приду завтра, со всеми, — улыбнулся Тора и ещё раз обнявшись с девушкой, счастливый попорхал домой.
— Уххх, а я спать и не хочу, — выдохнула девушка.
— Тогда могу ли я занять пару минут? — войдя в палату, проговорил Кисаки.
— А? Кисаки? — прокричала Ангелочек.
— Да, я пришёл поговорить, я не ходил сегодня на собрание, я с самого начала, сидел на крыше, ждал пока ты проснешься, а потом спустился попить воды и увидел, что свет в твоей палате горит… и решил, что стоит зайти поговорить… — проговорил Тетта.
— И? О чём? — спокойно поинтересовалась Солнышко, сейчас у неё не было сил, чтобы ругаться с ним.
— Почему ты так меня ненавидишь? Я слышал… разговор Баджи и Майки… и знаю, что вы с Чифую тожк меня во всём подозреваете… но почему? Почему ты меня так ненавидишь? — говорил Тетта.
— А ты как думаешь? Почему? Ты причастен к нападению на Дракена, ты причастен к тому, что Баджи-кун ушёл из Тосвы… и теперь ты думаешь, почему я тебя ненавижу? Если ты пообещаешь не ставить палки в колёса моим друзьям, если пообещаешь не трогать моих друзей, я может быть перестану относится к тебе так, — проговорила Такемичи.
— Что? Я… Откуда ты всё знаешь? — удивился юноша.
— Догадаться не составило труда… — хмыкнула голубоглазка.
— Я… если я пообещяю больше не вредить Тосве, ты дашь мне шанс? На дружбу? — умоляющим голосом говорил блондин, а девушка лишь взяв его за руку и потянув на себя и обняла. Она хотела увидеть будущее, что впрочем и случилось.
«В будущем, что должно было быть, я должна была его отвергнуть и он бы обозлиля на меня и на всех, и начал бы делать плохо всем… я не могу допустить этого… я не могу позволить этому случиться, он тоже сломан… но чем? Что было в его прошлом? Я дам ему шанс… может я смогу исправить его? И будущее будет спасено от его рук? Может я спасу и его?» — думалось Мичи.
— Я дам тебе шанс, мои условия ты думаю понимаешь, если кто-то пострадает, и в этом будешь замешан ты, я буду ненавидеть тебя только больше, и буду считать тебя своим врагом, — проговорила блондинка.
— Хорошо, Такемичи, я понял, я не подведу… — проговорил юноша, сильнее прижимаясь к ней.
— Кисаки… почему Ханма добровольно сдался? — вдруг спросила девушка.
— Чтобы быть с Тосвой… это было нашей целью… быть частью Тосвы… — частично правдиво ответил гений.
— Понятно… не обижай Майки и ребят… я за них… глотку перегрызу… они моё всё… если ты их обидешь, то обидешь и меня… тебе сильно важно, чтобы я не ненавидела тебя? — продолжала Ханагаки.
— Да, очень важно… — провыл юноша.
— Тогда, не трогай ребят, и не ставь палки в колёса Тосвы… — серьезно проговорила Такемичи.
— Обещаю, обещаю, — говорил Киса.
Спустя час.
— Уххх… правильно ли я сделала? Что решила дать ему шанс? Он правда не будет больше так делать? Но если из-за него снова кто-то пострадает, я его изобью, к чертям собачьим… Тосва… Майки-кун… Баджи-кун… Таку-кун, Пачин, Казутора-кун… Дракен-кун, Чифу… Хаккай… все ребята… я уже их полюбила всей душой, я за них, любому перегрызу горло и кости сломаю… они моё все, так же как и Хина-чан и Эмма-чан, Аккун, Макото, Ямагиши и Такуя… они все… моё всё… если из-за него, им будет больно… больно будет уже ему… я не дам сломать их, я буду их каменной стеной, — говорила девушка, стоило Кисаки уйти.
— Ханагаки-сан? Вам надо спать, — проговорила медсестра входя в палату.
— Оу… просто спать не хочеться… а как вас зовут? — улыбалась голубоглазка.
— Акеми Мацузаки, можете звать меня, просто Акеми, — улыбнулась девушка.
— Хорошо, Акеми-чан, зови меня по имени, я думаю ты старше, — улыбалась Ханагаки.
— Мне 22 года, хорошо, Такемичи-чан, — смутилась Акеми.
— А сколько лет, ты здесь работаешь? И какую работу выполняешь? — интересовалась Мичи.
— Только два года… я ухаживаю за теми, кто выходит с операций… и я обычно нахожусь во время операций, помогаю врачам… вот как с тобой, я буду ухаживать за тобой, всё время, что ты будешь здесь, и я присутствовала на твоей операции… честно говоря… у тебя была клиническая смерть… на минуты три… а потом, твоё сердце забилось, мы думали, что ты впадаешь в кому… но хорошо, что ты очнулась… рана была глубокая и ты потеряла много крови… — рассказывала Мацузаки.
— Клиническая смерть? — ужаснулась Цветочек.
— Да… но ты очнулась, и значит всё хорошо, — улыбнулась старшая.
— Акеми-чан? Можно мне снотворное вколоть? — попросила Таке.
— Да, конечно, я с этим и пришла, Юзуми-сан предполагал, что ты можешь не спать и не хотеть спать, — улыбалась янтарноглазая и взяв руку Мичи, начала колоть снотворное.
«Я могла умереть… клиническая смерть… что было бы… если бы я умерла?» — думалось Мичи, прежде чем уснуть.
