What if...

      Они стояли на расстоянии вытянутой руки на краю крыши, глядя на почти спящий Париж. Свет Эйфелевой башни приятно замыливал взгляд, играл в волосах молодых людей, оставлял пятна бликов на их лицах. Маринетт бросила на напарника тягучий взгляд — он неотрывно смотрел на неё в ответ.       — Ты, наверное, совсем не этого ожидал, — тихо сказала она, пересекшись с ним взглядом. Эдриан усмехнулся и неопределённо покачал головой.       — Не буду лгать, я фантазировал на этот счёт. Кто скрывается под маской, — улыбнулся он. — Но никогда не думал об этом всерьёз. Ты сказала, что мы не станем открываться друг другу, и я доверяю твоим решениям.       — Мне всегда казалось, что так будет проще, — Маринетт отвернулась, пытаясь скрыть следы реакции на такую искренность, выступившие вишневыми пятнами на скулах. — Да и я даже не думала, что это можешь быть ты. Образ… не клеится.       — Разочарована? — игриво хихикнул Эдриан. Очень по-кошачьи. — Талисман дал мне возможность не прятаться. Рядом с тобой я могу быть собой, хотя и недолго. Конечно, когда мы репетируем на корабле или встречаемся где-то вне колледжа, я чувствую себя свободно, но не так, как в роли Супер-Кота.       Маринетт уже не сдерживала улыбку. Лицо Эдриана словно засияло, пока он говорил, и стало ещё прекраснее, в разы счастливее…       — А ты, — внезапно омрачилась она. — Ты разочарован? — девушка отошла от края и стала мерять шагами ближайшую часть крыши. — Я знаю, что я совсем не такая, как Ледибаг, я неуклюжая, неловкая и… и…       — Маринетт, — Эдриан осторожно коснулся её запястий, вынуждая остановиться. — Это неважно. Я не похож на Супер-Кота, ты сама так сказала. Это не мешает нам быть теми, кто мы есть. Может, настоящая ты без костюма, может, в трансформации, а, может, что-то среднее. Главное — как ты ощущаешь себя, — он осторожно обхватил ладонь Маринетт, словно спрашивая разрешения, и, не встретив сопротивления, взял её руки в свои. — И я не разочарован. Я, конечно, не могу сказать, что мы очень близки, но я всегда считал тебя хорошей подругой, и я восхищаюсь тобой каждый раз, как выпадает возможность. И я узнал, — Эдриан прикрыл глаза и оставил осторожный поцелуй на костяшках её пальцев, опаляя кожу горячим дыханием. — Что ты и девушка, которую я люблю и чертовски уважаю — один и тот же человек, — парень открыл глаза, и на них чуть поблескивали слезы. — Разве может быть что-то лучше?       Маринетт бросилась вперед — спустя мгновение они уже сжимали друг друга в крепких объятиях. Девушка прикрыла глаза, расслабляясь от совокупности тепла чужого тела, ощущения пальцев, вырисовывающих замысловатые узоры у нее на спине, и свежести одеколона Эдриана.       — Я никогда не считал тебя странной, Маринетт, — пробормотал парень. — Никогда. Мне казалось, ты знаешь об этом.       — Даже учитывая то, что я при тебе ни слова сказать без заикания не могу? — хихикнула она. Эдриан усмехнулся ей в ответ, чуть отстраняясь, чтобы видеть её лицо.       — Нет. Это всегда звучит так… уютно? — он ласково улыбнулся. — Но мне всегда было интересно, что с тобой в такие моменты происходит. Ты как будто спонтанно перегреваешься.       — А откуда тебе знать, что я не всегда такая? — попыталась девушка уйти от ответа, но, поймав взгляд Эдриана, закатила глаза. — А. Нино.       — Нино, — подтвердил парень. — Так что это?       Маринетт отвела взгляд в сторону, закусив губу. Пальцами она неосознанно начала отстукивать неровную мелодию, и Эдриан хихикнул, почувствовав ритм на коже.       — Я понял, — он осторожно пробежал кончиками пальцев по плечу Маринетт. — Тема закрыта. Девушка снова прижалась к плечу Эдриана, опуская взгляд на огни мелькающих внизу машин, и он крепче обнял ее в ответ. Яркие блики гирлянд отражались от стёкол, падая на свежий снег, добавляя расслабленному праздничному городу ещё больше красок. Впервые они оба так ярко почувствовали теплое спокойствие, разливающееся по венам.