Обещание

— Знаешь, а ведь.. когда-нибудь.. я тоже умру, — Блэк проговаривает это с задумчивостью, непрерывно глядя в потолок. Кажется, вопрос его волнует этот уже слишком давно, и молчать попросту не было сил. Сероватые губы прикусывают, когда едва видный взгляд сиреневых глаз темнеет. Агний не понимает, к чему был начат этот диалог. Агний мало что понимает в человеческом, Агний старается не задумываться. Точнее сказать, не старался. А теперь, рядом с ним лежит.. Блэк. Спокойно себе. На его же кровати, на кровати самого Бога, минуту назад спокойно обнимаясь с ним. — Ну, в плане.. не могу же я жить вечно, да? — Он усмехается нервно, всё так же не поворачивая головы. Стыдится? Боится? Какие ещё могут быть причины? Божество хмурится, выбранная Блэком тема разговора не нравится, но он его слушает. Судя по сведенным к переносице бровям, паренька действительно беспокоил этот вопрос. Так.. кто такой Агний, чтобы ему отказывать? Нет, он бог, безусловно.. но почему-то именно этого человеческого подростка затыкать не хотелось. А Блэк продолжает, кусает губы, откусывая маленькие кусочки плоти и выпуская мелкие капли крови. — Ты у нас божество, живешь столетиями.. а я? Да хотя бы, вдруг завтра себе шею сломаю и всё. или волки загрызут.. и ты вновь останешься здесь один? Блэк в конце концов склоняет голову к Агнию, вглядывается в чужие глаза с секунды, кажется, уже после находя свои действия немного постыдными. Потому отводит взгляд куда-то за рогатого, на одну из бесчисленных картин в замке, в котором он застрял вместе с божеством. Почему-то становится стыдно. Можно ли так спокойно вываливать свои переживания на Агния? Он ведь даже, скорее всего, и не понимает этого. Какие ему дела до проблем смертных? Он Бог! Бог Огня.. бессмертен в своем величестве и жизни.. а Блэк? Какой ужас, какая комедия. Но руки на плечах успокаивают. Крылья, огромные и до чертов мягкие, складывают за спиной, расправляя. «Так лежать удобнее» — всегда объяснял Агний в такие моменты. Но сейчас больше волнуют мягкие объятия, которые божество дарит студенту. Наверное, эти моменты Блэк ценил больше всего. Хоть и подобные снисхождения до его простенькой натуры были не такой уж и редкостью, всегда было приятно ощущать какую-никакую поддержку. Учитывая, что на ближайшие полвека у Блэка и не будет иных собеседников. Проклятье, лес.. наверное, тогда у Блэка случилось несколько нервных срывов сразу. Или лишь один, до чертов тихий и до ужаса осушающий. Наверное, он был готов выпить ведро воды на следующий день, когда очнулся в подобных объятиях. Ему повезло, что он оказался здесь с Агнием, а не кем-то иным.. кто знает, может, Блэка бы убили на месте в ином случае? — Я.. обязательно найду способ, как подарить тебе бессмертие. Перерою все книги.. но найду, — Агний прячет горькую улыбку в чужих плечах, а Блэку большего и не надо. Лишь руки обхватывают божество под крыльями, откидывая голову на подушку. … Тропка, извечно ухоженная. Трава на ней давно стерлась, оставив после себя лишь песок и землю, по которой каждый день проходит одна и та же обувь. Один и тот же человек. Одно и то же одиночество. Он несёт цветы. Черные. Некогда выращенные тем, к кому он направлялся. Он назвал их своим самым прекрасным творением в тот день. Он полностью исключил пыльцу у этих прекрасных роз, говорил, что точно бы высадил их вокруг замка, если бы Агний разрешил. И звонко смеялся, касаясь безобидных стеблей столь нежных цветов, когда дарил их Агнию. Агний запомнил тот день. Он стал одним из самых счастливых. Они засадили ими весь сад, исключив иные растения с пыльцой. Кажется, он говорил, что у него аллергия на неё. Очень ужасная аллергия, которая может закончиться летальным исходом. И Божество не понимало, почему так волнуется о цветах вокруг замка. Он был очень удивлен, когда, проснувшись утром, не увидел ни одного цветущего растения. Он вновь заливисто смеялся, когда Агний сказал ему, что это его рук дело. Наверное, в последний раз Агний чувствовал подобное тысячелетия назад. Когда по собственной глупости прикончил другого смертного. Но подсознание долбило и кричало, что это куда больнее столь давнего случая. Что это они не переживут в одиночестве, что пора бы забыть. Но Агний каждый раз вставал утром. Каждый раз приводил себя в порядок. Каждый раз аккуратно срезал цветущие розы. Каждый раз нёс их одному единственному человеку. Могила. Аккуратная. Извечно ухоженная, как та тропа. Вокруг неё нет ограждения, Он не просил. Но Агний всё равно возвел вокруг неё непроходимую чащу, путь к которой вел только от замка. Агний не хотел, чтобы кто-то видел Его. Агний не хотел делить его горе с кем-то ещё. Черные розы здесь цветут и хорошеют. Агний, сидя рядом, всегда шутит, что это так влияет Его энергия. Что розы чувствуют, кто о них заботился, кто их создал.. и цветут, цветут для того, кто этого больше никогда не увидит. Божество всегда проводит тут по нескольку часов. Может, целый день. Говорит обо всём — богах, проблемах, цветах, животных, делах домашних.. и, наверное, слишком часто повторяет: — Я.. помню, ты говорил забыть тебя как можно скорее.. но.. наверное, это сильнее меня. Есть что-то сильнее самого Бога, представляешь? Ты.. ты сильнее меня. Ты был чертовски сильным.. — и слезы вновь капают на цветы, когда он склоняет лоб к каменному надгробию, исчезая в бесконечной боли. Боли, оставшейся после Его ухода.