Изгой

POV Вереск Гарик выдохнул и улыбнулся. - Все, пацаны! Можете открывать шампанское и запивать его коньяком. Узловую точку они прошли. Теперь всё будет хорошо. Не всегда. Но до следующей точки точно. Всё, я пойду, покедова! Парень моментально растворился. Мы с Незабудкой переглянулись. Он достал Карты. Патина исчезала на глазах. Джон медленно спрятал Карты. Сморгнул. И бросился мне на шею, наконец разрыдавшись. - Знаешь... я... я ему все уши оборву, засранцу. - выдохнул он мне в шею. - А Фиалочка молодец. Опять его вытащил. Я легонько погладил его по волосам. Желание оборвать ушки Варюши у меня тоже возникло. Дворец повелителя бездны, спальня POV Дэм Меня разбудили настойчивые поцелуи и судя потому, как меня вело... я резко распахнул глаза. О, да! На моих бёдрах восседало воплощение порока и похоти. Широкие кожистые крылья стыдливо прикрывали плечи, глаза горели, а юркий хвост уже поглаживал внутреннюю сторону моего бедра настойчиво подбираясь к местам более интимным. - Ты восстановился. - я улыбнулся. Инкуб расправил крылья. - Да, о, дааа! И я тебя хочу Дэм. Я тебя безумно хочу. Я тебя хочу прямо сейчас. - И почему я не удивлён, Ир? - я медленно провёл рукой по его бедру. - Ммм... дай-ка подумать, Дэм... Может быть, потому что ты знаешь меня тысячу лет? Или потому... - он склонился ко мне, укрывая нас крыльями и впиваясь клыками в мою шею. Отстранился и слизнул капельки крови. - ... потому что ты - мой? Мой повелитель, мой раб, мой единственный? - Иррр... выруби очарование, я тебя и без него хочу и ты это прекрасно знаешь! - попытался возмутиться я. Он щелкнул хвостом, взмахнул крыльями обдавая меня волной своего личного аромата и провёл по груди острым изумрудным коготком. - Знаю, Дээмм... но... Так интересней! - О, неет... - голова уже кружилась и от контроля остались жалкие крохи. - Ооо, даааа! - он приподнялся в воздухе. Волны аромата моей пары окончательно сорвали тормоза. Я поймал его талию и развёл колени. Почувствовать его в себе хотелось в теле сидхе. Потом, конечно, форма сменится и я тоже расправлю крылья. Так было всегда. Всю эту тысячу лет.