Идеальный

Он всегда был тихим ребёнком. Спокойным, неконфликтным, сообразительным. Родителям не приходилось тратить много сил и времени, чтобы воспитывать его. Ты же уже взрослый мальчик, верно? Побудешь без нас? Маме с папой нужно уехать. Ты же понимаешь? Конечно он понимал, кивал и улыбался. Да, да, мама, папа, я буду послушным. Точно? Ты ведь не расстроишь своих родителей? Нет, я буду самым лучшим! Родители кивали и уходили. Возвращались, спрашивали об оценках и успехах. Хвалили, если у него получалось сделать что-то хорошее, что-то, что их могло порадовать. Он был идеальным ребёнком. Чужие люди завидовали, а его родители принимали похвалу. Так и должно быть. А потом появился другой ребёнок. Маленький, капризный, требующий внимания. С трогательно дрожащими губками и влажными глазками. Его не просили посидеть с братиком, ведь родители с удовольствием тётёшкались с младенцем сами. Он рос непослушным и капризным. Не таким, что хотелось наругать, а таким, что не хотелось отходить. Родители брали больше выходных, отказывались от встреч с другими людьми и вовсю нянчились с крошкой. Как учёба? Твои оценки хорошие? Конечно, мам, пап. Куда так поздно? На дополнительные занятия. Домашнюю работу сделал? Конечно сделал. Молодец. Он ничего не мог с собой поделать, хотелось бунтовать и плакать, хотелось спросить, почему с ним вы так ласковы, неужели только потому, что он - маленький? Но я ведь тоже был. Но не спрашивал. Потому что не хотел потерять это последнее "молодец". Это так забавно. Это правда было забавно. Родители не обращали на него внимания, младший брат тоже. Он воспринимался всеми ими как далёкий родственник, который просто ночует в их доме. Переняв от родителей прохладное отношение, младший не спешил налаживать контакт. Да ему и незачем было, активный, непоседливый и временами непослушный, он купался в родительском обожании. Те же люди, которые когда-то говорили комплименты за него родителям, хвалили сейчас и младшего брата. Ах, какой активный, какой милый! Наверняка покоя не даёт, яркий как лучик! Пока брат подрастал, он успел закончить школу и съехать. Найти подработку, соврать, что поступил в университет. Родители купили квартиру и будто расплатились с ним сразу за всё, не звоня и не навещая. Только мать иногда писала сообщения, спрашивая об успеваемости. На кого ты поступил? На юриста? Конечно, мам. Молодец, это престижно. Он почти не выходил из дома, зачитываясь книгами и глупыми новеллами. Ему нравилось писать развёрнутые, грамотные отзывы в ответ на бесконечную глупость авторов, указывать на ошибки, на память цитировать словари и исторические сводки. Кто-то благодарил и начинал писать действительно лучше. Но ещё чаще ему желали смерти, а последний автор даже сказал, что видит его в злодее своего романа. Если бы этот злодей не был таким картонным и однобоким, можно было зачесть комплимент. В общем он и сам не знал, чего ждал от этой жизни. Ведь действительно ждал. Чего-то. Кого-то. И когда вдруг стена превратилась в зияющую чёрную дыру, а незнакомый человек властно, но бережно схватил за руку... ...Он и не думал сопротивляться. Рука была большой и тёплой. И глаза. Тёмные, чёрные, наполненные чем-то горячим и горьким. И растрёпанная косичка у виска. Он неловко потеребил её пальцами, заправляя за ухо. Его обхватили крепче, будто боясь потерять. Спустя несколько месяцев после того, как от старшего сына пришло последнее сообщение, родители решили заглянуть с проверкой. Никакого университета не было, их идеальный, послушный ребёнок, вдруг соврал. В квартире было пусто. Слой пыли покрывал затёртый компьютерный стул и пушился на клавиатуре. На экране компьютера всё ещё горело сообщение с недописанным комментарием. - А-Юань?