Главный герой гаремного романа

      Пару дней всё было стабильно. Шэнь Юань отобрал у Ло Бинхэ неправильное руководство, прочитал, навскидку не понял, что в нём такого неправильного. С другой стороны, в заклинательстве он разбирался на уровне «а через десять лет упорных тренировок главный герой вернулся в мир крутым». Он только по оригинальной новелле знал, что это руководство — неправильное, и что Ло Бинхэ таким образом должен был загубить своё совершенствование и не загубил только благодаря броне протагониста.       Но откуда вообще у Шэнь Цинцю неправильное руководство? Сам написал, в своей великой злобе и беспричинном коварстве?.. И не лень же было... И хватило же образования! Ломать, конечно, не строить, но чтобы качественно загубить совершенствование, тоже надо представлять, что делаешь. Может, это какое-то устаревшее руководство? Или записи какого-нибудь бродячего заклинателя-экспериментатора, который из-за этого об Шэнь Цинцю убился?..       Загадочно...       «Система, тут явно сюжетная дыра. Можешь отметить, что мне её нужно закрыть для улучшения сюжета?»       «Да, хост».       Ещё немного, и Шэнь Юань отожмёт себе возможность самому создавать себе квесты.       Ло Бинхэ, кстати, успел отличиться. Испачканное ханьфу шицзуня пытались отстирать всем пиком, но только воспитанник прачки и носитель ореола протагониста мог справиться с последствиями упоротого загула попаданца. К слову, чернила Ло Бинхэ отмывал маслом, что озадачило Юаня — значит, разводятся чернила водой, полярным растворителем, а отмываются так маслом, неполярным растворителем?.. Что за херня?..       «Система, мне нужно узнать состав чернил».       «Записала, хост».       А ещё у Шэнь Юаня образовалась проблема. Проблема, которую он, как ему казалось, уже решил. Он смотрел на стикмэна — большого, трёхмерного, в его полный рост и видимого только ему, — подправлял стрелочки и заставлял его раз за разом выполнять цепочку движений. Вроде бы она была правильная. Вроде бы она имела смысл. Вроде бы она соответствовала описанию из руководства.       Но когда Шэнь Юань выполнял её сам, она ощущалась до жути неправильной. Мелкие изменения толку не давали — и так неправильно, и сяк неправильно, и быстро, и медленно — всё неправильно.       — Мы же уже договорились, — высказал Шэнь Юань стикмэну. — Вот что ты опять начинаешь, а?       Стикмэн не отвечал, что логично — у него даже не было рта.       «Система, ты знаешь, в чём проблема?»       «Даже если бы знала, не стала бы отвечать».       «Значит, не знаешь».       Шэнь Юань заколебался. Библиотеку он уже обшарил, сам промучился сколько смог. Идеи кончились, оставалось обратиться за помощью. Нет, в родном мире Юань бы сперва погуглил, но здесь Система таких услуг не оказывала. Так что пришлось выходить из затворничества и ловить своего старшего ученика.       — Мин Фань, передай Лю Цингэ от меня приглашение на чай. Скажи, что мне нужна его консультация.       — Да, шицзунь! — пацан если и удивился, то ничуть это не показал, сразу же бросившись выполнять приказ.       Шэнь Юань обмахнулся веером, глядя ему вслед. Лю Цингэ... Глава пика бойцов, вечный соперник Шэнь Цинцю. Между ними горела взаимная неприязнь, до тех пор, пока непревзойдённый боец этого мира не оказался трупом по вине Шэнь Цинцю. Нихреновое, к слову, достижение с его стороны — завалить такого монстра хоть в честном бою, хоть в бесчестном — это дорогого стоит.       Зачем обращаться именно к нему? Во-первых, Лю Цингэ по сюжетной роли положено знать о бое всё. Логично пойти к нему, чтобы наверняка. Во-вторых, ну не к Юэ Цинъюаню за помощью же идти! Между главой школы и Цинцю точно была какая-то мутная предыстория, от которой Юаню становилось слегка некомфортно. То ли дело простое понятное соперничество двух военных братьев — обфырчит злостно, но до смерти-то не убьёт.       Лю Цингэ явился к вечеру, когда Шэнь Юань тренировался писать по всем ритуалам древнего искусства каллиграфии. Кто бы мог подумать, что это не просто пафосная нудятина, а вполне практичные рекомендации о том, как не уляпать ханьфу?..       Когда Лю Цингэ вошёл в его кабинет, Шэнь Юань поперхнулся, выплюнув чай фонтаном изо рта. Но, разумеется, только мысленно — внешне он и бровью не повёл, а только аккуратно отложил кисточку.       Ладно, Шэнь Юань быстро смирился с тем, что Ло Бинхэ невозможно красив, хотя пока ещё сопля соплёй и к тому же часто с фингалами. Он — главный герой, ему положено, и вообще, нужно же ему было на что-то гарем собирать — не на личность же, верно? Это требует времени и раскрытия персонажей, не получалось бы жён каждую неделю менять.       А вот какого дайкона Бог Войны, третьестепенный персонаж, появляющийся только во флэшбэках, выглядит та-а-ак... Самолёт, к тебе появились новые вопросы!       — Здравствуй, шиди Лю, — проговорил Юань безмятежно. — Спасибо, что откликнулся. Чаю?       Лю Цингэ подозрительно прищурился и обошёл кабинет, разыскивая ловушки.       — Ты всё-таки решил меня убить?       — В собственном доме?       Шэнь Юань приподнял бровь, пытаясь безмолвно сообщить всё, что он думает о тех, кто убивает высокопоставленных людей в своём жилище. Юань не знал, насколько у него получилось, но он постарался.       — А чего тогда такой вежливый?       — Чтобы не вызывать у тебя подозрений, очевидно же.       Лю Цингэ хмыкнул, без спросу сел напротив.       — Не надо чаю, говори, зачем звал.       — Шиди Лю так торопится или так боится отравления?       Шэнь Юань просто хотел немного подразнить, но...       — Отравления я не боюсь, я заранее принял универсальное противоядие.       Это он сейчас шутит или серьёзно?.. С другой стороны, как-то же Шэнь Цинцю его завалил.       — Сожалею о твоей необразованности, но универсальных противоядий не существует. На каждое такое средство можно найти по сотне веществ, которые такое... «противоядие» пропустит.       Вообще, в мире Самолёта было одно исключение из этого правила — па-па-па с протагонистом лечило всё. Но глава пика Байджань явно не им закидывался.       — О, вот теперь узнаю. А то почти напугал. Так что надо-то?       — Шиди Лю известно о моём... состоянии?       — Искажение ци, частичная потеря памяти, восстанавливается постепенно, — Лю Цингэ пожал плечами, будто это самая очевидная вещь на свете.       — Я, кстати, в упор не помню, из-за чего мы с тобой грызёмся, так что это твой шанс наладить отношения, — в лоб намекнул Юань. — Я занимался восстановлением боевых навыков, всё шло хорошо, но с одной цепочкой возникли проблемы. Возможно, твой взгляд со стороны мне бы пригодился.       — А. Ну хорошо. Пойдём, — Лю Цингэ поднялся.       — А?       — Чего языком молоть, пойдём, покажешь.       Юань проглотил фразу о том, что показать он может и здесь. Возможно, отрабатывать боевые приёмы в кабинете было на самом деле не лучшей идеей. Особенно когда у тебя тренировочные площадки под боком.       Шэнь Юань со всем намедитированным величием прошёл на площадку, объяснил, какую цепочку собирается делать. Сделал её. Замер в конце движения.       — Хм. Не разглядел, — заявил бог войны. — Ещё раз, только медленнее.       Юань повторил, стараясь не обращать внимания на то, как Лю Цингэ ходит вокруг него, как вокруг какого-то диковинного растения в горшке.       — Хм-хм. Ещё раз. Ещё медленнее.       — Шиди Лю изволит развлекаться?       — Последний раз.       Шэнь Юань недовольно зыркнул, но повторил.       — Вердикт?       — Цепочка выполнена верно. Немного неуверенно, да, но полностью верно. В чём тебе помощь-то нужна?       — Но она ощущается неверно!       — Ну да. Ты же её до этого ни разу правильно не выполнял: то на четвёртом звене ошибка, то на переходе к шестому. Не удивительно, что правильный вариант кажется тебе незнакомым.       Шэнь Юань замер. Это что... он сделал это лучше оригинала?..       — А шиди Лю делился со мной этой мудростью раньше?       — Угу. Чуть не умер тогда от яда — хотя это были всего лишь слова. Потренируйся просто хорошенько. Здесь тебе моя помощь не нужна.       — Спасибо за твою оценку, шиди.       Шэнь Юань чуть улыбнулся. Ну, всё оказалось не так уж страшно...       — Мне не нужны благодарности, — Лю Цингэ схватился за меч. — Дерись со мной.       Шэнь Юань разом похолодел, представив, как его быстро, унизительно, секунды за три побеждают. Шансов совершенно ноль, но таковы уж правила чокнутого экшн-гаремника, придётся потерпеть эти три секунды. Не убьют же его, да? Хотя...       — Я отказываюсь!       — Отказываешься от боя? Это ли не трусость?       — А не трусость ли вызывать на бой человека, который ещё неделю назад с трудом вспоминал, как ходить, и сейчас едва ли восстановил базовые приёмы?       — Думаю, ты меня обманываешь.       Лю Цингэ подозрительно прищурился и достаточно неторопливо, давая время подготовиться, напал.       Шэнь Юань не двигался. Меч опущен, подбородок вскинут. Юань даже не шелохнулся, когда у горла оказалось обнажённое лезвие. По правде, Юань просто не заметил, как оно там оказалось, но рожу состроил невозмутимую.       — Я. Не буду. С тобой. Драться.       Лю Цингэ хмыкнул, кивнул, отступил. Отвернулся, отошёл. Фух, ладно, кажется, обошлось...       В следующий момент Шэнь Юань уже летел спиной в стену сарая. Его навыков хватило только на то, чтобы не пискнуть и не поднять инстинктивно меч.       — Мне расценивать это как вероломное нападение?       Сердце Шэнь Юаня стучало где-то в горле, колени подрагивали, но лицо сковало безмятежным покерфейсом Шэнь Цинцю.       — Прошу прощения, — Лю Цингэ. — Вижу, болезнь не сказалась на твоей способности избегать честного поединка.       Шэнь Юань честно не закатил глаза на тот факт, что честный поединок с Богом Войны — это понятие весьма условное.       — Если Лю-шиди так не может без драки, то могу предложить моих учеников. Я их совсем разбаловал. Будет здорово напомнить им, с какой стороны держаться за меч.       Окружающие кусты возмущённо зашуршали. Нет, ребята, за цирк здесь платят пиздюлями. Это суровая, суровая сянься.       — Рад помочь боевому брату, — согласился Лю Цингэ.       Разумеется, дети с оглушительным треском проиграли, а глава пика Байчжань, чуть ли не насвистывая, улетел к себе. Несмотря на то, что Шэнь Юань крепко приложился спиной, а его колени до сих пор дрожали, он чувствовал себя победителем. Он смог! Он сумел не дать затащить себя на поле прямого физического насилия! А уж на поле этикета и отмаз они с богом войны могли потягаться на равных.       — Это было разочаровывающе, — тем не менее сообщил Шэнь Юань ученикам.       — Шицзунь же не думал, что мы сможем его победить?! Это же сам Лю Цингэ, его невозможно победить!       — Победить можно кого угодно, — Юань раскрыл веер. — Было бы время и смекалка. А то, что вы верите в невозможность, играет только против вас. Вы уверили себя, что решения нет, и поэтому даже не попытались его искать! Кинулись со своими разрозненными примитивными атаками, типа посмотрите, учитель, мы выполнили ваш приказ, не посрамили, а теперь будем честно и незаслуженно страдать. Вы даже не попытались что-то придумать!..       — Но!..       — Да, скорее всего, то, что вы придумаете — не сработает. Но вы не знаете, что именно он сделает, чтобы оно не сработало. Вы не знаете о Лю Цингэ ничего конкретного, только что он страшен и велик. Но каждая изобретательная атака, что была отражена, даёт вам новый кусочек конкретной информации... И однажды её станет так много, что следующая ваша атака найдёт реальную брешь. Поняли?       — Угу...       — Придумайте три стратегии для победы над Лю Цингэ. Каждый. Независимо. К понедельнику. А теперь брысь с глаз долой. Ло Бинхэ, Мин Фань — за мной.