Главный герой гаремного романа

      Когда-то давно Ло Бинхэ обещал себе, что станет заклинателем несмотря ни на что. Какие бы испытания ему ни пришлось пройти, с какими бы сложностями он ни столкнулся, он бы не отступился. Ни за что. Никогда.       Но сейчас ему как никогда хотелось убежать.       Это было бы просто. Взять денег с заказчика, снять верхние одежды пика и бежать подальше, не жалея ци. Пока шицзунь выпутает из волос куст, пока ученики проснутся, пока соберутся...       Он будет уже далеко.       Ло Бинхэ знал, что учитель не из тех людей, кто будет милостив к свидетелям своего унижения, но это было полбеды. Вторая половина заключалась в том, что он мог вообще-то этому... помешать?       Ло Бинхэ склонился над трупом демона, чтобы снять с него ханьфу учителя. Демон был ещё тёплый, его кожа облезала от любого движения, ткань ханьфу была безнадёжно испорчена зацепками, но парень не сдавался.       Правильная интерпретация?.. Лучше будет, если вещи не будут ей противоречить.       Ло Бинхэ вспомнил, как лежал буквально в семи шагах, как наблюдал сквозь ресницы, как демон раздевает учителя. Как он смеётся, глумится, связывает, задирая рукава нижней рубашки. Как учитель так глупо... застрял в кустах.       Внутренности Ло Бинхэ словно сжало холодной призрачной рукой. Когда демон приблизился к учителю, он просто не успел ничего сделать. И если бы демон убил его сразу, Ло Бинхэ успел бы разве что пискнуть, что помогло бы только демону — сразу бы избавился от того, кто мог его разоблачить.       Но потом, когда тот начал издеваться... Ло Бинхэ просто не стал вмешиваться. Он не мог, не хотел, не был способен прервать это мстительное удовольствие.       А потом учитель проснулся и убил демона.       Он был связан, безоружен, с волосами, запутавшимися в кустах, и с заблокированной ци. Он узнал у демона его слабости, спровоцировал на атаку и уничтожил его. Даже не голыми руками — без рук!       А ещё шицзунь знал, что Ло Бинхэ только притворяется. Знал ли он, почему Ло Бинхэ не вмешался раньше?       О, ну разумеется знал! Тут не нужно быть гением, чтобы догадаться, а шицзунь вообще знал, казалось, всё!..       ...Ло Бинхэ было стыдно. Если бы всё это произошло месяц назад, до искажения ци у учителя, он с удовольствием посмотрел бы на глумление демона, а потом бы радостно вынес любое наказание за своё невмешательство, зная, что эти воспоминания у него никто не отнимет.       Но сейчас учитель был другим. Он относился к нему как ко всем остальным. Он вернул ему кулон с Гуаньинь. Он стал тем учителем, каким бы его хотел видеть Ло Бинхэ.       А Ло Бинхэ засмотрелся на его унижения и не помог.       — Всё закончилось? — ворота приоткрылись, и через них заглянула женщина.       Ло Бинхэ её уже видел, мельком — это была кухарка в поместье.       — Да, бой закончен, демон повержен, шицзунь ушёл медитировать, — сообщил Ло Бинхэ, опомнившись и ненавязчиво заводя руку с ханьфу за спину. — А вы?..       — Дык, мы все убежали подальше, как только услышали взрывы! Нечего под ногами заклинателей путаться. А чего твои эти?.. Мертвы?       — Нет, просто усыплены. Скоро проснутся.       — Ох, слава милостивым небожителям! Значит, можно возвращаться? У меня там тесто уже подойти должно...       — Да, конечно. Уже безопасно.       Ло Бинхэ быстро запихал одежду учителя в цянькунь. Через минуту двор начал наполняться людьми, каждый хотел поужасаться на мёртвого демона, похихикать украдкой, глядя на лежащих учеников...       — А ну разошлись все! — рявкнул хозяин дома. — Чего столпились?! Как будто дел других нет! Сейчас я вам быстро найду!       Слуги мгновенно разбежались. Ло Бинхэ подобрался. Интерпретация, да?       — Господин, — Ло Бинхэ склонился в уважительном поклоне. — Спешу сообщить, что задание выполнено. Демон, нападавший на девушек, пойман и убит.       Заказчик приблизился к трупу и заметно побледнел.       — Что произошло?       — Шицзунь провёл расследование и узнал личность убийцы. Мы вернулись в поместье, чтобы обезвредить её, но преступница подготовила нам ловушку. Мои соученики в неё попались, шицзунь толкнул её в этот шипастый куст, у демоницы начала слезать кожа. Шицзунь убил её и ушёл к себе. Он очень зол, что мои соученики попались на такую простую ловушку, и просил этого ученика собрать награду.       — Диэр, ну что же ты так?.. — проговорил заказчик едва слышно.       Он это... демону?       — Смею рассказать, что это не ваша наложница, — добавил Ло Бинхэ. — Это демон-перевёртыш, он убивает людей, снимает с них кожу, надевает на себя и принимает их облик. Ваша наложница уже давно мертва и даже похоронена.       — Как её звали? — заказчик, не отрывая взгляда от трупа.       — Простите? — Ло Бинхэ сомневался, что у него будут спрашивать имя убитой наложницы.       — Демоницу. Как её на самом деле звали?       — Этот ученик... не знает. А что?       — Она бы могла взять кожу любой, но возвращалась ко мне. Трижды, — заказчик беспомощно посмотрел на него. — Я понимаю, что демон и так нельзя, но что это, если не любовь?..       Заказчик сел на корточки рядом с трупом, разглядывая его, наполовину освежёванный, с неясной нежностью. Ло Бинхэ не знал, что на это можно сказать.       — Пойми меня правильно, юный заклинатель, я бы не стал её покрывать, но... Вот бы знать хотя бы имя.       — Этот ученик его не знает. Прошу прощения.       — Награда у меня в кабинете. Я прикажу управляющему её принести.       — Благодарю, — Ло Бинхэ поклонился и поспешил отойти.       Вроде как, чтобы не мешать человеку скорбеть. На самом деле — чтобы не ляпнуть чего-нибудь едкого в духе учителя, чего ему ещё по статусу говорить не положено. Стрёмная хреновина три раза пробиралась в его жизнь, убивая его близких, а он: «Ах, как романтично!»       Да и для романтической истории о запретной любви заказчик не вышел рожей.       Ло Бинхэ заглянул на кухню, попросил воды для своих соучеников, вернулся во дворик, поставил воду. Дождался управляющего с деньгами, сложил кошель в цянкунь к одежде. Дождался, пока дети начнут, кашляя, просыпаться.       — Что?.. Что случилось? — Нин Инъин сонно потёрла глаза, пока все остальные кашляли и оглядывались.       — Вы попали в ловушку, — Ло Бинхэ. — Учитель очень зол.       Ученики, не сговариваясь, покосились в одну сторону. Туда, откуда веяло холодной убийственной аурой.       — Понятно, — только и сказал Мин Фань.       — Приводите себя в порядок. У меня есть ещё задания.       Мин Фань чуть скрипнул зубами, но ему хватило ума не разводить конфликтов под боком пороховой бочки. Пороховой бочки, которая очень зла на него.       Ло Бинхэ легкой походкой прошёл в конюшни. Вот сейчас, пока никто ещё не понял, что происходит, оседлать коня и уехать подальше. Если кто-то спросит — срочное задание шицзуня... когда ещё кто из этих сосунков решится его потревожить, чтобы перепроверить?       Редисочка, пегий непородистый конь, помотал головой и переступил с ноги на ногу. Мол, ну что уставился? Поехали или нет? Может, хоть покормишь, раз пришёл?..       У Ло Бинхэ встала перед глазами картина, как полуголый связанный учитель сидит верхом на демонице. Она сорвала у судьбы такую удачу, что бывает раз в жизни — шицзунь, после искажения, да попавший волосами в кусты... бомбочки, накрывшие почти всех... он сам, решивший не вмешиваться.       Но демоница всё равно умерла. Выболтала все секреты, выронила меч, упала и не смогла подняться. Ло Бинхэ, если он хочет сбежать, нужна как минимум такая удача, а лучше — ещё больше.       Может ли ему так повезти?..       Затылка Ло Бинхэ коснулось холодное угрожающее присутствие ауры учителя. Может ли шицзунь знать, о чём он тут размышляет?.. Конечно, может.       Ло Бинхэ собрался и прошёл мимо лошадей дальше, в сарай, где стояла повозка учителя. Залез внутрь, послал короткий импульс ци в сторону сундука. Печать на нём загорелась на секунду и тут же потухла, показывая, что крышку открывал кто-то, кому нельзя, но Ло Бинхэ не обратил на это внимания — в конце концов, у него было устное разрешение.       Зелья, пара вееров, ножи, писчие принадлежности, доска для игры в го... одежда и гребни. Всё свежее и чистое, Мин Фань обновлял содержимое сундука перед каждой поездкой, чем гордился так, что хотелось вмазать. Ло Бинхэ взял стопку одежды, гребень и, подумав, малое лечебное зелье. Закрыл за собой всё и постарался как можно более незаметно пройти к покоям учителя.       Это было несложно, учитывая, что все их обходили стороной.       — Шицзунь, этот ученик принёс то, что вы просили, — объявил Ло Бинхэ.       Не услышав возражений, Ло Бинхэ прошмыгнул внутрь.       Шицзунь сидел в вечернем полумраке, не зажигая свет. На столе перед ним было медное зеркало, короткий нож и куча мелко нарубленных веток. Его волосы всё ещё выглядели соколиным гнездом, но как минимум куст из них уже не торчал.       Шицзунь сидел совершенно неподвижно, но убийственная аура стелилась по полу так, что наполняла прохладой жаркий вечер. Ло Бинхэ, ещё будучи уличным мальчишкой, слышал, что так умеют демоны — давить одним своим присутствием так, что колени подгибаются.       Очевидно, заклинатели тоже так умеют.       — Этот учитель говорил Нин Инъин прийти сюда.       «Да ей духу не хватит даже к двери подойти!» — возмутился Ло Бинхэ.       — Нин Инъин пока не совсем оправилась от действия чёрного миндаля, — Ло Бинхэ выбрал другую версию. — Этот ничтожный ученик просит прощения за свою дерзость... но учителю лучше одеться перед её приходом.       Не то чтобы Ло Бинхэ хотел намекать учителю на неподобающий внешний вид, но именно такой вид у него и был. И ему же нужно соблюдать приличия, верно? Особенно оставаясь наедине с юной девой.       Шицзунь помедлил секунду, а потом вытянул в его сторону руку.       Ладонью вниз.       Не как «дай сюда одежду, я сам оденусь», а «надень на меня ханьфу». Ло Бинхэ сглотнул, ощущая как внутренности скручиваются в горячий узел. После такого его точно убьют, но...       — Да, шицзунь.       Он встал, аккуратно разложил одежды. Взял один из нижних халатов, развернул. Медленно надел рукав на протянутую руку, закусил губу. Вроде всё хорошо, жив. А потом шицзунь убрал волосы в сторону, чтобы их не зажевало под ткань, на мгновение обнажив беззащитную шею. Ло Бинхэ вздрогнул, но постарался не подавать виду, помог поместить вторую руку в рукав.       Вокруг горла сжимались холодные невидимые пальцы угрожающей ауры, но это ничуть не мешало горячему комку в животе, наоборот даже. Пробивалась гордость — вот он-то злого учителя уже в разных видах видел и совсем-совсем не боялся. Тем более, чего бояться сейчас, когда он молчит и даже не пытается сделать ему больно?..       Ло Бинхэ отошёл к следующему халату и краем глаза заметил, как шицзунь сам завязывает крепления халата. Это хорошо... Ло Бинхэ не хотел бы умереть от смущения прямо тут.       Или же хотел?..       Он подал второй халат. Пальцы совершенно случайно зацепили рукава уже надетых слоёв, обнажая запястье. Исцарапанное запястье с синяками от верёвки. Ло Бинхэ сглотнул и поспешил отвести взгляд. Он не знал, почему этот вид щекотал его внутренности, но нужно было держать невозмутимый вид. Держать...       Хотя учитель на него даже не смотрел, опустив взгляд к столу.       Наконец, верхнее ханьфу. Пояс. Ло Бинхэ подал его и отошёл на пару шагов. Полы халатов расстелились вокруг учителя диковинным цветком. Вот с ним в историю роковой любви демона он бы поверил. Ради него — убивать, из кожи вон лезть, приходить в чужих обликах? Да. Запросто. Без вопросов.       — Шицзунь позволит этому ничтожному ученику помочь ему с волосами? — предложил Бинхэ.       Страх кончился. Его, скорее всего, и так убьют, так зачем тратить оставшееся время на страх? Да, учитель сразу его не убил, хотя запросто мог свалить всё на демона. Но зачем учителю вообще на кого-то сваливать?.. Как будто кто-то за Бинхэ спросит.       Шицзунь чуть повернул голову в его сторону, посмотрел искоса. Едва заметно кивнул.       Ло Бинхэ поспешил подхватить гребень, сесть за спиной учителя и начать разгребать мягкие пряди. Колючки у этого куста шли не только по веткам, но ещё и по прожилкам листьев — мелкие, острые, почти невидимые взгляду и оттого ещё более цепляющие.       Разделить на пряди. От кончиков к корням, крепко зажимая прядь в руке, чтобы даже если он случайно дёрнет волосок — шицзунь не почувствует.       Меньше чем за четверть палочки благовоний все листья оказались на столе, и Ло Бинхэ прочёсывал всю длину.       — Этот ученик... может переплести пучок? — предложил он.       Это была дерзость, но он не собирался себя останавливать — учитель с этим прекрасно справится за него.       А тот только кивнул.       С замирающим сердцем Ло Бинхэ вытащил шпильку, снял корону, и весь объём чёрных волос рассыпался по плечам. Он видит учителя простоволосым!.. Ло Бинхэ стрельнул взглядом в зеркало — шицзунь выглядел таким!.. Бинхэ пришлось до боли прикусить губу, чтобы не сказать чего-то неуместного.       Ло Бинхэ быстро собрал новый пучок, на том же месте, оставив свободными те же пряди, что учитель обычно сам не забирал.       Он закончил, отложил гребень, отошёл. Испытать ли судьбу ещё раз?..       — Этот ученик принёс исцеляющую мазь. Шицзунь позволит этому ученику помочь обработать руки? Шицзунь же помогал этому ученику... этот ученик может вернуть услугу.       Пауза. Аура стала ещё темнее и гуще. У Ло Бинхэ задрожала рука, и ему пришлось сжимать её в кулак, чтобы это было не так заметно.       А затем шицзунь вытянул руку. Ладонью вверх.       Ло Бинхэ придвинулся быстро, пока шицзунь не передумал. Открыл баночку с зельем, зачерпнул мазь. Кожа учителя была такой тёплой и гладкой... не удивительно, что перевёртыш на неё покусился.       Учитель всё ещё на него не смотрел. Учитель всё ещё хотел его убить. Но его рука в его ладонях была такой тёплой, нежной и мягкой...       Ло Бинхэ закончил со второй рукой, не удержался, провёл кончиками пальцев по тонкой голубоватой венке...       И осознал, что не может дышать.       Рука шицзуня была на его горле, и он даже не успел заметить, как она там оказалась.       — Что ты о себе возомнил? — тихо спросил учитель, наконец посмотрев на него. Пустыми, безжизненными глазами человека, чьи эмоции целиком ушли в ауру.       Ло Бинхэ и хотел бы что-то сказать, но для этого нужен был воздух.       Шицзунь вглядывался в него и, видимо, найдя что искал, отшвырнул его. Ло Бинхэ проворно сел на колени и коснулся лбом пола.       — Этот ученик просит прощения за неподобающее поведение.       Учитель в ответ только недовольно цыкнул. А учитель-то благосклонен!       — И этот ученик, — продолжал Ло Бинхэ. — Просит прощения за то, что не помог в битве с демоном-перевёртышем.       — Тц. Ещё меня дети от демона-идиота не спасали. Свободен.       Шицзунь отвернулся. Ло Бинхэ поспешил свалить.       Он выжил? Серьёзно?       Учитель ему о-о-очень благоволит.