catalogo di Mandela

       — Я на работу так опоздаю.        — Ты там должен быть через двадцать минут, а идти тебе минут пять от силы.        — А если с учётом колена?        — А если с учётом колена - максимум десять. Так что заткнись.        — Но я ещё даже не оделся.        — Не ври.        — Ты посмотри в мои честные глаза. Разве я могу тебе врать?        — Можешь. Ты уже даже обулся, тебе только рубашку застегнуть осталось.        — А почему ты мне не даёшь её застегнуть?        — Вот только не говори, что ты против.        — Да нет, в принципе, но у меня шея покраснеет скоро.        Арс закатил глаза и, напоследок коснувшись губами чужой шеи, принялся застёгивать рубашку старшего. Возможно, это могло бы выглядеть странно, но такая «процедура» уже стала чем-то обыденным для них - каждое утро, перед там, как мужчине нужно было уходить на работу, его сожитель задерживал его прямо у выхода и целовал во все места, до которых вообще мог дотянуться, так как утихомирить утреннюю любвеобильность просто так было невозможно. Чаще всего поцелуи перепадали как раз таки на шею и линию подбородка, что вполне могло бы стать помехой (вряд-ли кто-то обрадовался, если бы Шастун пришёл на работу с засосами на коже), но младший был крайне аккуратен и никогда не оставлял никаких следов.        — Сегодня важный день, - зачем-то напомнил голубоглазый, бросая мимолётный взгляд на своего молодого человека. - Волнуешься?        — Безумно, - честно признался Антон. - Сегодня либо решится всё, либо придётся познать все прелести разочарования.        — Я в тебя верю, - младший слабо улыбнулся и, застегнув последнюю пуговицу, обвил руками шею шатена. - Не зря ведь ты работал столько времени над этой.. Штукой.        — Месяц - это ещё не много, - мужчина пожал плечами, после чего хитро улыбнулся. - Поцелуешь на удачу?        Арсений хмыкнул и кивнул, затем приподнимаясь и коротко касаясь своими губами чужих. Странно, но поцелуи не казались чем-то смущающим ещё с самого начала. Сейчас, когда это стало уже частью ежедневной рутины, было даже как-то комфортно.        — Спасибо, - зеленоглазый довольно улыбнулся и открыл входную дверь, возле которой он стоял всё это время, чтобы выйти. - Удачи на работе.        — И тебе, - Попов помахал рукой на прощание, наблюдая за закрывающейся вслед за Шастуном дверью, после чего направился в сторону кухни, где остался его недоеденный завтрак и учебник по итальянскому языку.        И да, чуть меньше месяца назад парень всё-таки купил себе учебник, так как вечные фразы сожителя, которые невозможно было перевести, начинали напрягать. Мало ли, вдруг он там говорит что-то плохое?        Ну и, в общем-то, голубоглазый действительно принялся за изучение итальянского, но не всегда он использовал только учебник - иногда он просил Шаста помочь, вот правда такие «уроки» чаще всего заканчивались либо разговорами о их будущем, либо получасовыми поцелуями, а это, увы, никуда не годится.        Как бы там ни было, младший сейчас более чем доволен своей жизнью. Конечно, как и у любого здорового человека, у него были какие-то мелочи, которые могли слегка подпортить всё, но это всё ещё слишком рано обсуждать. Пока что остановимся на том, что сегодня всё хорошо.

***

       — Ты уверен, что стоит это делать?        — Уверен. А ты?        — Я то уверен, но мне кажется, что это ни к чему не приведёт.        — Но нам стоит попробовать. Согласен?        — Угу. Вот только.. Мне это сделать или..?        — Думаю, лучше мне.        Никита облегчённо вздохнул. Он совершенно не хотел делать то, что они задумали с Антоном, причём это ещё мягко сказано. И, кажется, старший это прекрасно понимал. Мало кто согласится остаться с альтернативом наедине и при этом проводить на нём какие-то свои эксперименты.        Зеленоглазый кивнул сам себе и опустил взгляд к шприцу, в который младший через иголку набирал мутную жидкость. А ведь эта штука ещё даже не успела получить название, ведь её эффективность всё ещё находилась под вопросом.        В какой-то момент Резнев, несколько раз постучав по ёмкости, передал её стоящему рядом Шастуну. Делая всё это, он не отводил взгляда от существа, находящегося за стеклянной стеной.        — Если что-то пойдёт не так, сразу выходи оттуда, - напомнил кареглазый, наблюдая за тем, как его коллега направляется к двери.        — Я более чем уверен, что всё пройдёт хорошо.        — Но есть же..        — Всё, тихо, - Шаст махнул рукой и, поправив маску на носу, закрыл за собой дверь, тем самым оставаясь взаперти с.. Этим.        По центру комнаты находился стул, к которому был привязан, на первый взгляд, обычный мужчина. Он сидел, опустив голову, и тяжело дышал, словно до этого пробежал марафон. Но всё же кое-что отличало его от других людей. Например, отсутствие глаз и то, что из пустых глазниц вытекала чёрная жидкость, которая медленно прожигала кожу на лице.        Антон еле заметно вздрогнул, пытаясь сосредоточиться, и подошёл вплотную к существу. Оно незамедлительно подняло голову, а его губы растянулись в хищной улыбке, являя на свет ещё одно отличие от человека - острые клыки вместо зубов.        — Он знает твой главный страх. Он использует его, - прошептал альтернатив. Возможно, это и звучало бы зловеще, если бы находящийся рядом с ним рабочий предварительно не заткнул уши.        Шастун бросил короткий взгляд в сторону одностороннего зеркала, за которым сейчас стоял Резнев, и наклонился к оголённой руке существа. Благо, на поиски нужного участка кожи не понадобилось много времени, так как уже в следующую секунду кончик иглы начал проникать внутрь, из-за чего альтернатив зашипел и попытался сдвинуться с места. Сделать это у него, конечно, не получилось.        — Показатели меняются, - прозвучал голос младшего из громкоговорителя, висящего под потолком.        Кивнув самому себе и сделав какие-то выводы в голове, Шаст нажал на заднюю часть шприца, после чего жидкость всё же попала в организм того существа, которое было категорически против этого. Оно шипело, вертело головой, пыталось увернуться и дать отпор, но это не позволяли сделать верёвки и наручники.        Не прошло и минуты, как альтернатив задрожал всем телом и издал какой-то странный рык, тем самым давая понять шатену, что ему пора уходить, пока не случилось что-то плохое. Решив больше не медлить, Антон достал уже пустой шприц из тела и как можно быстрее покинул комнату, закрывая дверь на щеколду.        — Тело всё ещё мертво, но альтернативная активность значительно уменьшилась, - сообщил Никита, утыкаясь взглядом то в монитор, то на комнату, находящуюся за стеклом.        — Ну, мы и не рассчитывали на то, что мы сможем воскресить кого-то. Человек ведь умер окончательно, ещё до воссоединения со злоумышленником. Главное - просто покончить с этими тварями, чтобы новых жертв не было, - старший скрестил руки на груди и встал за коллегой, чтобы лучше видеть происходящее перед ними.        Альтернатив всё ещё трясся так, словно сидел не на обычном стуле, а на электрическом, и при этом продолжал шипеть. Сложно было понять, что вообще с ним происходит, ведь выглядело всё, как типичное поведение ему подобных существ. Но вот показатели в компьютере говорили о другом.        — Кажется, у нас есть возможность сделать это, - задумчиво протянул кареглазый. Когда Шаст вопросительно посмотрел на него, собеседник указал на одну из строк на мониторе. - Оно погибает.        Шатен нахмурился и перевёл взгляд на альтернатива. В этот же момент последний издал очередной хриплый рык, который был более похож на тяжёлый вздох, и перестал двигаться, замирая в неестественной позе.        — Ты уверен? - решил переспросить Шастун. Хоть он и понимал, что буквально всё сейчас указывает на то, что его «вакцина» убила это создание с концами, но разум мужчины был целиком и полностью затуманен, а с головы будто вылетели все стандартные признаки того, что альтернатив умер.        — Более чем, - Резнев повернул голову и, увидев шокированное выражение лица напарника, усмехнулся. - Ты сделал это.        — Чёрт.        Зеленоглазый запустил ладонь в свои волосы, медленно отворачиваясь в сторону стены, чтобы спрятать облегчённую улыбку. Ещё толком и неизвестно, повлияет ли его небольшое «достижение» на последующее развитие дела об альтернативах, но в его душе уже поселилась небольшая надежда на то, что всё наладится.        Может быть, сейчас он сможет довести всё это до конца.        Может быть, в скором времени люди смогут жить спокойно, не боясь лишний раз выйти на улицу.        Может быть, его собственная жизнь наладится.        — Ну и чего ждёшь? - поинтересовался младший, мельком наблюдая за коллегой и отмечая что-то в документах. - Вали к Шеминову, докладывай.        — Закончишь тут со всем за меня? - зеленоглазый взял одну из папок со стола и, заметив кивок со стороны Никиты, направился к выходу. - Спасибо. Встретимся позже в курилке.        — Без хороших новостей не приходи, - бросил младший вслед уходящему мужчине. Последний лишь хмыкнул в ответ, закрыл за собой дверь и пошёл куда-то в конец коридора, где должен был находиться кабинет главного в их отделе.        Ну что же. Сейчас либо он наладит хотя бы половине человечества жизнь, либо в очередной раз молча пойдёт домой, где сможет спокойно подумать о своей бездарности ровно до того момента, пока не придёт его сожитель.        Какой же всё-таки ответственный день это чёртово воскресенье. Слишком много волнения сегодня. Тем более, стоит напомнить, что сегодня двадцать второе, а это значит, что переживаний добавляет и сомнительное состояние шатена, связанное с вечными.        — Шастун? - Станислав склонил голову набок. Скорее всего, звал он своего подопечного уже не в первый раз, просто тот совсем отключился от реальности. - Что у тебя там?        — Я тут.. - поняв, что у него в горле что-то явно встало поперёк, Антон прокашлялся и продолжил. - Кхм-кхм, я закончил своё исследование. Честно сказать, результат меня порадовал. Надеюсь, порадует и вас.        — Доклад? - коротко спросил Стас, в ответ на что получил утвердительный кивок. - Тогда говори.        — Только послушайте до конца, пожалуйста, - вспомнив о привычке начальника обрывать рассказы, если он подумает, что они не стоят его внимание, попросил младший. Затем он положил папку на чужой стол и глубоко вздохнул, чтобы отхватить для себя несколько лишних миллисекунд, за которые он мог успеть придумать, с чего именно начать. - То моё лекарство, с которым я приходил к вам две недели назад, оказалось действенным. Альтернатив погиб почти сразу же после того, как я вколол это ему. И по ранее проведённым исследованиям я пришёл к заключению, что альтернатив не может попасть в.. М-м, «вакцинированное» тело меченого. Если сопоставить всё то, что нам удалось выяснить на протяжении всех этих лет, с новыми показателями, то получается, что новые злоумышленники не смогут появляться, ведь зарождаются они после обретения альтернативом тела. Если «вакцинировать» как можно большее количество людей, злоумышленники чисто физически не смогут стать альтернативами. А те люди, которые уже стали мечеными, должны будут получить мэдомил, благодаря чему не доведут себя до заражения M.A.D. и не покончат с собой. По моим подсчётам, нам понадобится максимум полгода, чтобы вывести всех альтернативных существ с планеты.        Резко выдохнув, Шастун затих и уставился на старшего так, словно готов был в любой момент сбежать из кабинета, лишь бы только не слышать каких-то гневных высказываний. Но, кажется, Шеминов не собирался говорить ничего, что могло содержать в себе негатив. Он сейчас более походил на человека, который пытался как можно быстрее переварить полученную информацию или думал..        — А ты уверен, что это не вызовет у людей проблем со здоровьем?        ..думал, до чего же докопаться.        — Я с Резневым провёл ряд экспериментов в лаборатории. По составу мэдомил был безопасен даже для аллергиков с самого начала, а насчёт «вакцины».. - зеленоглазый затих на секунду, чтобы сформулировать своё объяснение правильно. - Мы исключили из неё все элементы, на которые бывает аллергия. Там осталось лишь то, что безопасно для всех. На первой странице в докладе есть полный состав.        — Но ведь это вакцина. И кому, как не Резневу, знать, что в наше время у многих людей вакцина вызывает аллергию по умолчанию. Иногда доходит даже до анафилактического шока.        — По сути, это не вакцина. Это просто временное название. На самом деле состав значительно отличается от среднестатистических вакцин и там нет тех частей антигенов, которые как раз и вызывали аллергическую реакцию, - подметил Шаст. - По сути, это лекарство будет даже полезно для аллергиков. В составе есть много витаминов.        — Серьёзно? - старший удивлённо поднял брови и притянул папку ближе к себе, открывая её на первой же странице. - Но что мешает новому злоумышленнику зародиться после того, как эта «вакцина» перестанет действовать?        — Она действует три года. До этого времени все злоумышленники, которые не смогли стать альтернативами, погибнут. А так как «видный» не сможет создавать новых своих подопечных из-за смерти предыдущих, он умрёт следом за ними. Они не смогут снова зародиться без их создателя, - объяснил шатен, при этом прокручивая у себя в голове то, что ему ещё вчера рассказывал Позов насчёт этого дела.        Станислав неопределённо дёрнул плечами и глубоко вздохнул. Кажется, поводы для сомнений в этом лекарстве закончились, ведь следующие несколько минут мужчина не произнёс ни слова. Он лишь задумчиво смотрел на папку с бумагами, даже не читая содержимого.        — Дай мне полчаса, - в конце концов махнул рукой начальник, тем самым намекая на то, чтобы Антон ушёл из кабинета. Последний решил даже не спорить и не спрашивать ничего, поэтому просто коротко кивнул и покинул помещение, закрывая за собой дверь.        Шатен прикрыл глаза и облокотился спиной на стену, приобнимая себя руками. Уже тогда он понимал, что следующие тридцать минут пройдут просто отвратительно, ведь неизвестность пугала намного больше, чем обычное понимание того, что будет что-то плохое.        Внезапно почувствовав, как сердце забилось быстрее, а в голове начался знакомый шум, Шаст достал из кармана пиджака небольшой пузырёк и, достав оттуда одну таблетку, положил её под язык.        — Ты в порядке? - неожиданно прозвучавший рядом женский голос заставил мужчину вздрогнуть.        — Вроде да, - слабо кивнул зеленоглазый, бросая мимолётные взгляды на возникшую рядом Добрачёву. - А что?        — Сегодня ведь двадцать второе. Обострение, - коротко ответила девушка, после чего встала прямо напротив собеседника. - Ты в такие дни обычно приходишь ко мне, вот и решила подойти.        Антон тихо хмыкнул. С этими своими «экспериментами» он совсем забыл, что контролировать собственное состояние тоже нужно.        — Да и.. - Катя на секунду затихла, словно задумалась, стоит ли ей говорить это, но в итоге продолжила. - Дима волнуется.        — Кто бы сомневался, - шатен закатил глаза и усмехнулся. Да, не всегда хорошо, когда твой близкий друг встречается с психологом. - Но я в порядке. Сейчас как-то проще проходит.        — Я даже догадываюсь, почему, - младшая пожала плечами и прикусила губу, когда заметила непонимающий взгляд зелёных глаз. - Не подумай ничего такого. Я наоборот рада, что ты наконец оклемался после всего, что произошло.        — Да, я тоже рад, - кивнул мужчина, после чего уже тише добавил: - Но я не думаю, что стоит обсуждать всё это в коридоре.        — Да, ты прав, - сразу же согласилась Екатерина, виновато отводя взгляд. - Тогда обсудим всё в моём кабинете, но позже. Идёт?        — У меня разве есть выход? - подняв бровь, переспросил Шастун, в ответ на что получил отрицательное покачивание головой.        — Вот и договорились, - Добрачёва слабо улыбнулась и, мимолётно коснувшись ладонью чужого плеча, ушла в ту сторону, куда направлялась изначально.        Проследив взглядом за коллегой, Шаст вновь вернулся к своим прежним мыслям. Хоть он и научился не обнадёживать себя каждый раз, когда появляется надежда на что-то хорошее, но сейчас это умение испарилось к чертям собачьим, ведь он уже обнадёжил себя.

***

       Кажется, дела начали налаживаться не только у каких-то конкретных людей, а и у той кофейни, где месяц назад произошёл довольно неприятный инцидент. Хоть владелец этого заведения и стал альтернативом, после чего морально травмировал некоторых сотрудников (ну, одного из них травмировал физически), но уже к середине августа все успели прийти в себя и забыть о том, что здесь случилось. И это не могло не радовать, ведь если бы это место ассоциировали именно с тем происшествием, то.. В общем, было бы ужасно. Сейчас же единственное, что хоть как-то напоминало о случившемся - так это небольшое светло-коричневое пятно на щеке одного из работников, которому вовремя не помогли справиться с ожогом. Кстати, об этом работнике.        Сегодня Максим должен был работать в вечернюю смену, из-за чего надеялся, что ему не придётся столкнуться с работающим утром Арсением, ведь в последнее время тот уж слишком сильно начал намекать на то, что пора младшему признаться, что его лучший друг для него не совсем друг. Но, увы, этот голубоглазый подросток поджидал коллегу на работе, специально задержавшись на пол часа.        — Ну и? - даже не поздоровавшись, с ходу начал брюнет.        — Что? - переспросил Макс в надежде, что сможет как-то уйти от темы, после чего окинул собеседника взглядом.        Первое, на что все обращали внимание - это контраст тёмных волос с яркими оранжевыми кончиками, которые парень только несколько дней назад вновь покрасил, чтобы цвет не казался слишком бледным. Выглядело немного странно, но даже Загайский признавал, что это довольно красиво. Во всяком случае, Попову это шло. Тем более если учитывать, что за счёт этого яркого цвета глаза старшего были более выразительными.        — Как там с твоим Сергеем?        «Твоим». Это, кстати, было специальным обозначением конкретного Сергея. Если имелся в виду Шевелев, к которому Заяц всё никак не мог подобраться, то это был его Сергей. Если же речь шла про Матвиенко, который неплохо так сдружился с Поповым, то этот Сергей уже «присваивался» голубоглазому. Странно, да?        — Да никак, - махнул рукой младший, бросая короткий взгляд на сидящего за одним из столиков друга. - А у тебя как с твоим Антоном?        Как же всё-таки легко хотя бы ненадолго заставить Арса растеряться. Последний сразу затих на несколько секунд, будто бы задумавшись о чём-то. И да, такие вопросы всегда давались ему тяжело, так как было слишком неловко обсуждать свои отношения с кем-то. Возможно, у него были свои «загоны» по этому поводу, но узнать что у него в голове было невозможно.        — У тебя есть шанс признаться. Давай, - вновь приободрившись и выбросив лишние мысли из головы, Арсений кивнул в нужную сторону.        — Разве это так необходимо? - Максим поднял бровь, стараясь смотреть только на своего собеседника, который вновь несколько раз кивнул.        — Да. Ты не пожалеешь.        Казалось бы, он не должен быть настолько уверенным в своих словах, но.. Но за тот месяц, что он знаком и с Максом, и с Серёжей, брюнет был полностью уверен в том, что признание первого увенчается успехом, ведь последний определённо питал к нему какие-то чувства. А значит, стоило сделать что-то, что подтолкнуло бы хоть одного из них к верному решению.        — Если я сделаю это, ты успокоишься?        — Конечно.        Загайский глубоко вздохнул и, махнув напоследок рукой, ушёл к Шевелеву, даже не оглянувшись на собеседника. Последний же остался наедине, наблюдая за «парочкой» и размышляя над собственной личной жизнью, в которой хоть и было всё довольно таки хорошо, но что-то всё же подростка волновало.        Несколько раз Попов уже пытался разобраться, что же не даёт ему спокойно жить вместе с Шастуном. Сейчас в его голове уже была более менее чёткая картинка. Дело было в том, что голубоглазый просто не мог сопоставить то, как жил старший ранее и как приходится жить сейчас. Это ведь, наверное, непривычно, когда от ежедневных случайных связей ты переходишь к длительному воздержанию в связи с тем, что партнёра к этому всему не тянет. Но самое странное было то, что Шаст не пытался даже намекнуть на какие-то свои желания. Он никогда не настаивал вообще ни на чём, даже на объятиях. И тут уже возникала очередная проблема. Арсения волновало, почему же Антон ни на чём не настаивает. Неплохая логика, верно? Он хочет, чтобы его хотели, но не хочет хотеть в ответ. Хорошо так устроился.        Арс тихо хмыкнул. Слышала бы сейчас его мысли Ира, то вообще бы с ума сошла. По сути только благодаря ей брюнет смог привыкнуть к мысли, что вступить в отношения после всего случившегося - это нормально. А ведь в первые два дня после того, как он с зеленоглазым начал официально встречаться, это казалось вообще-то чем-то диким. Но тогда обо всём узнала Ирина, после чего она сумела убедить лучшего друга в том, что он не стал плохим человеком от того, что начал новые отношения спустя несколько недель после разрыва старых, и что тем более он не стал шлюхой из-за того, что с прошлым молодым человеком расстался из-за невозможности дать тому желаемое, но в итоге начал встречаться с человеком, который и сам признавался, что привык «получать всего и много». Вроде как, сейчас мысли о том, какой он отвратительный, не так сильно скребли душу Попова, что не могло не радовать. Но взамен этому пришла новая причина для волнений - а вдруг он слишком сильно привык к сотням поцелуев, которыми он в итоге раздразнит и разозлит Шастуна?        Подросток резко встряхнул головой и нахмурился. Ему срочно нужно отоспаться, пока он ещё не начал думать, что его молодой человек его изнасилует когда-нибудь.        — Что за поколение пошло? Одни геи вокруг, - цокнул языком внезапно возникший рядом Матвиенко, который также смотрел в сторону Шевелева и Зайца. Кажется, он расценил задумчивый взгляд коллеги по-своему. - А ты что, их сваха? Или, может быть, куко..        — О-о, ворчливый дед проснулся, - закатил глаза младший, не давая мужчине закончить свою фразу. - И я уже ухожу.        — Ты отоспись только нормально, - увидев непонимающий взгляд собеседника, Сергей усмехнулся. - У тебя мешки под глазами уже клиентов пугают. Совсем не спишь, что-ли?        В ответ Арсений не сказал ничего, лишь слабо пожал плечами.        Конечно же, он спит. Просто последние несколько дней он слишком часто просыпается и слишком долго потом не может уснуть. Думаю, тут даже раздумывать не стоит, что же стало причиной такого сбитого режиме сна. А точнее, не что, а кто. И, пожалуй, здесь мог бы быть сексуальный подтекст, если бы не факт того, что посреди ночи в уже знакомой всем квартире под номером «41» нет ничего, кроме волнения и заботы.

***

       — Арс?        В ответ ничего, кроме каких-то еле слышных звуков, доносящихся из кухни.        — А-арс.        И снова молчание. Тихо вздохнув, мужчина направился в сторону кухни, чтобы проверить, что на этот раз заставило его сожителя игнорировать всё вокруг. Но, в принципе, причина была вполне ожидаемой - наушники.        Какое-то время постояв в проходе, в то же время пытаясь понять, стоит ли ему подойти и, возможно, напугать подростка, или же позвать его громче и, опять же, напугать его, Антон всё же решил подойти и аккуратно коснуться локтя младшего. Последний, ожидаемо, вздрогнул и резко обернулся, не выпуская из рук нож, которым он до этого нарезал что-то.        — Так, сначала убери эту штуку, - напомнил шатен, убирая «оружие» из чужих рук.        — Если у меня когда-нибудь случится сердечный приступ - это будет на твоей совести, - поджав губы и отвернувшись обратно, сказал Арсений. После этого на его лице появилась слабая улыбка, чего старший не заметил. - У тебя всё хорошо? Ты сегодня долго.        — Меня немного задержали. Извини, - зеленоглазый облокотился на столешницу рядом с сожителем и глянул на настенные часы, которые показывали одиннадцать часов вечера. - Нужно было разобраться с бумагами, чтобы отправить их в другие участки и там уже проверить ещё раз и окончательно утвердить мой «проект».        Сначала Арс медленно протянул «м-м», словно вовсе не был заинтересован в разговоре, после чего ненадолго замер и шокировано посмотрел на собеседника.        — Его приняли? - переспросил младший, на что получил утвердительный кивок. - Оу.        Шастун склонил голову набок, наблюдая за реакцией брюнета. Тот смотрел в одну точку, а уголки его губ слабо подрагивали то ли от волнения, то ли от радости. Его реакция была уж слишком схожей с реакцией старшего, что лишний раз показывало, насколько сильно они уже привыкли к жизни друг с другом.        — Я сам был в шоке. Не ожидал, что из этого действительно что-то получится, - решил прервать чужие раздумья шатен, при этом блуждая взглядом по лицу Попова.        Порой Шасту даже не верилось в то, что всё это действительно происходит. И он даже не мог понять, что ему казалось страннее - то, что он смог начать новые отношения после всего случившегося или то, что с ним смогли начать отношения после того, как он рассказал о своей.. М-м, «проблеме». В конце концов, мало кто захочет иметь дело с человеком, которому навсегда суждено мучиться из-за злоумышленника. Наверное, примерно так же думал и подросток, ведь когда-то он уже задал вопрос, который был довольно похожим, но про злоумышленника там ничего не было. Ну и об этом вопросе мы поговорим позже.        — Я, конечно, верил в успех этого всего, но сейчас.. - Арсений вздохнул и опустил голову. - Извини, я в шоке.        — Да, я тоже, - хмыкнул мужчина. В какой-то момент он слабо дёрнулся в сторону сожителя, но в итоге лишь нахмурился. И это не скрылось от чужих голубых глаз.        Несколько секунд Арсений сверлил Антона взглядом, словно пытаясь проанализировать все его действия и предугадать, что он может сделать дальше, после чего махнул рукой и, подойдя вплотную, аккуратно обнял шатена за талию. Тот незамедлительно ответил тем же.       — Я горжусь тобой, - младший решил не озвучивать волнующие его мысли о том, что зеленоглазый никогда не действует первым, поэтому просто сказал то, что сейчас было главным, прикрыл глаза и глубоко вздохнул.        — Спасибо, volpe, - шепнул Шастун. Он затих на несколько мгновений, после чего спросил: - Ты сильно голоден?        — Если честно, я уже поел. Я привык, что ты возвращаешься к восьми, и приготовил ужин ещё тогда, но я был слишком голоден, чтобы ждать дольше. Прости, - юноша поднял виноватый взгляд. - Почему спрашиваешь?        — Я настолько устал, что даже есть уже не хочу. Так что, если ты не против, я бы предложил сразу пойти спать, - только когда эта фраза слетела с его уст, мужчина понял, как это прозвучало, поэтому хотел уже было исправиться, но его прервали раньше времени:        — Я знал, что так будет. И я не против, - Попов усмехнулся, «отлип» от молодого человека и убрал со стола то, что уже успел приготовить в холодильник. Благо, оно уже успело остыть, так что ждать не пришлось. - Но у меня будет к тебе небольшая просьба.        — Какая именно?        В ответ голубоглазый покачал головой, мол «не сейчас, ещё рано», а затем скрылся из кухни. Шасту не оставалось ничего, кроме как пойти за ним.        — Ты не против, если я попрошу тебя лечь со мной? - в конце концов спросил подросток, как только они оба оказались у входа в спальню.        От таких вопросов мужчина нахмурился. Стоит вспомнить, что за весь этот месяц они спали вместе только один раз (просто один из них двоих решил, что спать вместе без отношений - это другое, а к разделению одной кровати в отношениях нужно относиться более осторожно), и то после очередной попытки злоумышленника сломать Арса окончательно. Именно этот факт и вызвал у шатена сомнения. Что, если его сожитель спросил об этом потому, что снова столкнулся со своим «обидчиком», но он просто не хочет в этом признаваться?        На самом деле, он действительно в какой-то степени не хотел признаваться в чём-то, что напрямую было связано со злоумышленниками, но не касалось конкретно самого парня. Последний ведь последние несколько ночей слышал, как из соседней комнаты доносились тяжёлые вздохи. И это можно было связать с тем, что у Антона просто давно не было «процесса удовлетворения потребностей», если бы не факт того, что к этим вздохам прибавлялись ещё и звуки высыпающихся таблеток и тихий шёпот.        Только сейчас Арсений начал ненавидеть свой хороший слух, ведь каждую ночь у него почти буквально раздирало сердце от осознания того, что буквально через одну довольно тонкую стену мучается его молодой человек. И сегодня хотелось хоть как-то попытаться его поддержать.        — Да, конечно, не против, - в конечном итоге пробормотал старший, проходя внутрь спальни, где кровать уже была приготовлена ко сну. Подождав немного, пока подросток залезет под одеяло (как оказалось, он уже давно был в пижамных штанах и футболке), зеленоглазый замялся. - А-арс?        — Да? - Попов бросил на него непонимающий взгляд. Шаст же стоял столбом, не отводя глаз от своих вещей, лежащих на кресле в углу.        — Как мне.. В чём мне спать?        — Что? - младший нахмурился и приподнялся на локтях, чтобы была возможность с его-то плохим зрением чуть лучше рассмотреть чужое лицо, которое находилось на слишком большом расстоянии. И только спустя несколько секунд раздумий до него дошло, что Шастун имеет ввиду. - Эм-м, в чём хочешь?        Арс устало опустился обратно на подушку, теперь уже сверля взглядом белый потолок над собой.        Почему-то юноша был уверен, что Антон просто молча разденется до нижнего белья и ляжет спать, как он, наверное, делал всегда до того, как обрёл сожителя. Но нет же, он внезапно решил создать до жути неловкую ситуацию своими странными вопросами.        Твою ж мать, мы ведь уже спали в месте, и не единожды. И, кажется, не было ни единого раза, когда он был полностью одет. Он всегда был без футболки. Зачем было спрашивать подобное, если и ранее было понятно, что я к этой херне привык?        Хотя, наверное, стоит его поблагодарить за эту небольшую, но всё же заботу.        Или это не забота, а просто нежелание раздеваться передо мной?        Так, моему мозгу срочно нужен сон.        — У тебя всё в порядке?        От голоса старшего, который прозвучал слишком близко к Арсению, последний резко вздрогнул. Пора ему прекращать так глубоко уходить в свои мысли.        — Да, вполне, - брюнет пожал плечами и обернулся лицом к уже лежащему рядом Шастуну. Тот всё-таки решил снять футболку, но надеть какие-то лёгкие штаны. Возможно, чтобы не напрягать «соседа по кровати» слишком малым количеством одежды. Ну или он таким образом прячёт что-то, что не каждый должен видеть. Кто его знает? - Только можешь меня обнять?        Казалось бы, что мешает ему самому сделать это? А это уже то, что проскакивало сегодня уже не раз. Попова просто пугает, что первым делает всё только он.        Но, как бы там ни было, Шаста просить дважды не нужно было - почти сразу же он прижал младшего к себе за плечи и еле ощутимо коснулся губами его макушки.        — Ты в курсе, что ты можешь делать это и без моих просьб или разрешений? - решил уточнить голубоглазый, носом утыкаясь в чужую ключицу.        — Per me è più facile a dirsi che a farsi. Quindi per ora usiamo le mie parole finché non sono sicuro che le mie azioni non vanno troppo lontano. A proposito, riguardo alle parole. Sei bellissima, volpe, - тихо ответил Антон.        Сейчас Арсений промолчал, ведь не был уверен, что точно понял всё правильно. Но когда-нибудь, рано или поздно, он ответит то, о чём подумал прямо сейчас.        È più facile per me mostrare che raccontare.

когда все, с кем ты был знаком, предадут тебя - я буду с тобой. когда ты окажешься в темной комнате, я достану свет и буду с тобой.