catalogo di Mandela

       — Я так устал, что хоть сейчас готов умереть.        Антон тихо хмыкнул, наблюдая за своим сожителем, который как раз заваливался в кровать, издавая при этом усталые звуки.        Дорога в Питер далась им в самом деле тяжело - раннее пробуждение, долгий полёт с пересадками и с задержками из-за сильного ветра. Да и у старшего главной задачей в голове было контролировать комфорт Арса, который неплохо так паниковал. И сейчас, наконец-то, повезло попасть домой. Вернее, в то место, которое совсем скоро перестанет быть для них домом, хоть и останется чем-то особенным для каждого из парней.        — Лучше не надо, - шатен слабо улыбнулся, вновь опуская взгляд к папкам с документами, связанными с альтернативами, которые он хотел просмотреть до того, как пойти на работу.        — А тебе “лучше не надо” так нагружаться на ночь глядя, - Арсений указал на бумаги в чужих руках. - Разве ты не устал?        — Не очень. Но ты прав. Займусь этим завтра, - кивнул Шаст, после чего оставил своё занятие и поднялся с кресла. - Наверное странно после Италии об этом спрашивать, но всё же..        Так как любая формулировка этого вопроса звучала уж очень странно, зеленоглазый с вопросительным взглядом указал на место на кровати возле Попова. Последний же непонимающе нахмурился, после чего вздохнул и закрыл лицо руками.        — Только ты можешь сделать обычный разговор таким неловким.        Посмеявшись с реакции сожителя, Шастун всё же лёг рядом и прижал его к себе, мягко целуя в висок.        — Я просто не хочу, чтобы ты хоть когда-то ещё чувствовал себя некомфортно, - тихо объяснил мужчина. Конечно же, это было и так понятно, но ему казалось, что стоит напоминать о своих чувствах как можно чаще.        — Ты можешь не беспокоиться об этом, - Арс пожал плечами, после чего положил голову на грудь шатена, устало прикрывая глаза. - Знаешь, из-за этих дурацких альтернативов у меня всегда было чувство, будто меня окружают люди, которые никогда не были и не будут теми, кем они притворяются. И из-за этого я не понимал, кто я сам такой. Но рядом с тобой я чувствую себя тем, кем я должен быть. И в целом, я начал поднимать, что у меня есть будущее. Мне становится всё равно на то, что могут сказать другие. Я верю в себя и знаю, что всё будет хорошо.        Антон молча улыбнулся, поглаживая плечо возлюбленного, ведь отвечать тут вряд-ли было нужно - младший говорил это почти что в сонном бреду и, возможно, в обычном состоянии даже на стал бы это озвучивать. Но всё же, зеленоглазый был рад слышать эти слова, несмотря на то, что подобную уверенность он совсем недавно начал терять.        — Но я рад, что всё складывается именно так, - продолжил свой монолог Арсений, почти что через каждое слово зевая. - Я с детства мечтал о таком.        Кажется, сонный разум подростка больше не был способен на объяснение того, что он имеет ввиду. Но самое главное, что в голове у него всё было более чем чётко.        В самом деле, Попов сейчас как нельзя близко к жизни, которая была для него желанной, когда тот был ещё ребёнком. Стать актёром и, может быть, получить всемирное признание в этом деле. Жить в тёплой стране, где брюнета не будет мучать вечный холод. Быть таким, каким он должен быть, и не бояться, что кто-то его осудит за это. И, в конце концов, находиться рядом с человеком, для которого он не пустое место. Который всегда заботится и.. Тот, кто любит по-настоящему, а не ради какой-то выгоды.        Арс тихо посмеялся, прикрывая глаза. Конечно, он понимал, что в нём нет абсолютно никакой “выгоды”, ради которой кто-то сможет притворяться, что любит. Все люди в его жизни делали вид, что парень им небезразличен, чтобы получить что-то взамен, но ни с чем из этого голубоглазый не справлялся.        Родители хотели, чтобы их “идеальный сын” подкреплял репутацию их семьи, но всю жизнь он был для них разочарованием. Возможно, мама и любила искренне, но она точно так же видела эту самую необходимость в семейном авторитете.        Друзей до недавнего времени у Арсения толком и не было, кроме Иры и Димы. Последний видел любовь только как причину для занятий сексом, что и хотел получить в обмен на притворства о своих чувствах (даже если в какой-то момент они и были настоящими). Те люди, что появились в жизни голубоглазого после его переезда, вряд-ли на самом деле заинтересованы в дружбе - большинству из них просто выгодно иметь хорошие отношения с коллегами на работе. Скорее всего, вышеупомянутая Ирина была единственной персоной, которая общалась с парнем бескорыстно.        И вот, наконец-то дело доходит к тому человеку, которому совсем не нужно было ничего получать от Попова, ведь это была самая настоящая любовь.        Антону всё равно на репутацию и он знает, что его отношения с подростком не повлияют на неё. Шатену не нужно было налаживать общение ради комфортной работы, ведь их она не объединяла. Он никогда не принуждал Арса к близости, ему это не нужно было. Хотя..        Младший, который уже почти провалился в сон, угрюмо закусил губу от неприятного колющего чувства в груди. Иногда ему казалось, что нынешний Шастун и тот, с которым они познакомились почти три месяца назад, это совершенно разные люди. Тогда зеленоглазый вставлял пошлые шутки почти в каждое свое предложение. А если вспомнить все те ситуации, когда он с кем-то там..        Не выдержав внезапный укол ревности, Арсений зажмурил глаза и задержал дыхание, будто пытаясь прогнать навязчивые мысли из головы.        — Эй, ты в порядке? - тихо спросил старший, на что получил утвердительный кивок. - Ладно.. Тебе нужно поспать. Сегодня было тяжело, а завтра новый день.

***

       Сегодня новый день. И он, кажется, ещё тяжелее, чем был вчерашний.        Арс молча наблюдал за людьми на улице, слыша за спиной, как его сожитель складывает их вещи по коробкам. Полчаса назад они занимались этим вдвоём, но на младшего нахлынула внезапная грусть из-за переезда, поэтому Антон отправил возлюбленного посидеть возле окна, чтобы подышать воздухом и немного успокоиться. Тем более, что мужчина вполне может справиться сам. Это было значительно лучше, чем смотреть на то, как каждый предмет, который отправлялся в коробку, вызывал у брюнета бурю эмоций. Конечно же, у полицейского это было точно так же, но он не позволял себе показывать свою грусть. Кто-то из них должен оставаться сильным.        Арсений тихо вздохнул. Хоть он находился и не в своей квартире, но он сейчас был именно там, где чувствовал себя как нельзя хорошо. Каждый предмет в этом месте запомнился подростку. Каждая стена будто бы отбивала от себя отлуние всех тех разговоров, что звучали тут.        Хоть переезд и был новым этапом их жизни и мысль о нём казалась правильной, почему-то в груди всё равно что-то сжимается. Будто бы Попов оставлял не чужую квартиру в этом городе, а часть себя.        — La mia volpe, - почти что промурчал Шастун, обнимая сожителя сзади и укладывая голову ему на плечо. - У тебя скоро вена на лбу лопнет. О чём ты там думаешь?        Голубоглазый неопределённо пожал плечами и поднял руку, запуская пальцы в чужие отросшие кудри.        — Меня терзает чувство, что я оставляю всю свою жизнь тут. То есть, даже не жизнь, а свои воспоминания. Вот, здесь я впервые услышал твой настоящий смех, - Арс грустно улыбнулся в указал на кровать. - А вот там я впервые поцеловал тебя. А вот там..        Договорить Арсению не дали - его голову вдруг повернули за подбородок и с хитрой ухмылкой прильнули к его губам. Так как Антон не дал ему никакого выбора, парню осталось лишь ответить на поцелуй, продолжая сжимать чужие кудри между пальцами.        Шаст удовлетворённо промычал что-то и, не разъединяя губ, обошёл кресло, в котором тот сидел. Не успел Попов как-то среагировать, как почувствовал, что по обе стороны от его бёдер опираются чужие колени. После этого поцелуй стал только настойчивее.        Шастун уверено положил руку на шею младшего и притянул его ближе к себе, пропуская свой язык между его губ. Второй же рукой мужчина взял свободную ладонь Арса и поместил её на своё бедро. Тот не стал медлить, мягко поглаживая предоставленый участок тела.        Тихо посмеявшись сквозь поцелуй, Антон аккуратно прикусил язык сожителя, вырывая сдавленный стон из его рта, после чего отстранился, но всего на несколько миллиметров. Как раз достаточно, чтобы прошептать:        — Поверь, от моего смеха и поцелуев ты успеешь устать, - зеленоглазый хмыкнул и, наклонившись чуть ниже, захватил губами нежную кожу на шее подростка. - И кто сказал, что у нас в Италии не будет особенных моментов? Вспомни только, как я тебя..        Арсений резко шыкнул и отстранил мужчину, придерживая его за плечи. На секунду последний даже подумал, что сделал что-то плохое, но когда он увидел расширенные зрачки младшего и недвусмысленно выпирающий бугорок в области паха, шатен посмеялся.        — Кажется, ты уже не грустишь, - Шаст натянул на своё лицо улыбку, пересел на свободный край кресла и потрепал длинные волосы голубоглазого, рыжие кончики которых уже почти потеряли свой цвет.        — Да блин, - растерянно пробурчал Попов, скрещивая ноги и опуская голову. - Просто.. Да просто буду скучать по этому месту, вот и всё.        — Не волнуйся из-за этого, пожалуйста. Мы ведь сможем сюда приезжать, я могу не продавать эту квартиру, - Шастун пожал плечами и притянул возлюбленного к себе, еле ощутимо целуя его в висок. - Как только у нас будет гражданство, мы сможем сюда приезжать в любой удобный момент. И с друзьями будешь видеться, и в кровати этой снова поспим, и поцелую я тебя здесь снова. У меня с гражданством вообще проблем не будет, у меня ведь родственники.. Оттуда. Долгая история. А ты.. О, через пару лет я возьму тебя замуж, и автоматически станешь итальянцем.        — Зачем тебе меня замуж брать? - Арс поднял бровь и взглянул на собеседника.        — Зачем-зачем, люблю я тебя. Но это всё потом, рано сейчас это решать, - увидев растерянный взгляд подростка, Антон закатил глаза.        Несколько минут парни уделили для того, чтобы насладиться тишиной, и при этом каждый думал о чём-то своём. И в голубоглазого в голове были мысли лишь о том что, несмотря на такие тяжёлые в моральном плане события, он чувствует себя так хорошо, как никогда раньше. Хотя, честно признаться, его пугало то, как ведёт себя старший в последнее время. Такое чувство, будто тот всё время давит из себя радость. Но, может быть, это только так кажется?        — Думаю, я всё же пойду на встречу с отцом. Завтра, - вдруг донёсся до разума Арсения тихий голос сожителя. - И как раз завтра будем заканчивать все наши дела тут, да? Мне нужно будет на работу ещё как-то заскочить, да и.. Тебе тоже, ведь так?        — Угу, - брюнет хмыкнул, сильнее прижимаясь к мужчине. И именно из-за этого он почувствовал, насколько сильно у последнего бьётся сердце, что не могло не пугать. Поэтому подросток решился на следующий вопрос: - Слушай, м-м.. А альтернативы ведь могут влиять на людей с помощью телефонных звонков?        — Ну-у.. Да? - неуверенно протянул Шаст. Не успел он уточнить, с чего такие вопросы вообще, как голубоглазый поднял голову и пристально посмотрел на него.        — Ты нормально себя чувствуешь? - Попов прищурился, будто пытаясь высмотреть в чужом лице хоть что-то, что намекало на плохое самочувствие шатена. Но тот, как на зло, сразу же натянул на себя улыбку и тихо посмеялся.        — Tutto bene, amore mio, - не дожидаясь ответа (или очередного подозрения в свою сторону), Шастун прильнул к чужим губам в поцелуе и отстранился уже через мгновение. - Forse dovrei farti un pompino?        Арс непонятливо нахмурился, складывая в своей голове слова и их перевод в кучу. Но уже спустя несколько секунд бледные щёки подростка резко покраснели, а сам он поднялся с кресла.        — Я с тобой серьёзно, а ты.. - фыркнул брюнет, направляясь к выходу.        — Так я тоже серьёзно, ну эй, - Антон надул губы в наигранной обиде, после чего посмеялся, наблюдая как сожитель выходит из комнаты. - Верни-ись!        Поняв, что Арсений закрылся в другой комнате, зеленоглазый глубоко вздохнул и вернулся к своему предыдущему занятию - а именно, к складыванию их вещей. Благо, в этой комнате уже почти было закончено, поэтому осталось только собрать какие-то мелочи и перебрать документы с работы.        Хоть он и старался этого не показывать, Шастун так же переживал из-за переезда, вот только к этому месту он привязался даже сильнее, чем его парень. Ведь тут случилось слишком много всего. Не одни отношения эта квартира застала. Не один срыв, не одну попытку самоубийства. Но, возможно, это и делает переезд хорошей идеей. Есть возможность начать всё сначала и забыть о проблемах. Если, конечно же, это получится.        Звуки приближающихся шагов застали в мужчину врасплох - он резко обернулся к двери, где уже стоял Попов. И, кажется, он что-то прятал за спиной.        — Родной? - Шаст поднял бровь, с подозрением поглядывая на подростка. Последний кивнул, будто решая что-то для себя, после чего подошёл, присел рядом на пол и протянул шатену какой–то предмет. Старший нахмурился и опустил взгляд.        В руках Арса находилась небольшая рамка оливкового цвета, внутри которой уже находилась фотография. На ней были изображены..        — Мы.. - тихо выдохнул Антон, не без улыбки смотря на снимок.        И в самом деле - на фото они стояли в обнимку, голубоглазый улыбался прямо в камеру, в то время как его, на тот момент, “просто знакомый” с лёгкой ухмылкой на губах смотрел на него.        — Первое свидание, - Арсений хмыкнул, так же рассматривая фотографию. - Я купил рамку в Италии ещё, я хотел оставить нам это на память. Только сейчас понял, что нам понадобилась целая неделя после первого поцелуя, чтобы начать отношения. Ужас просто! А ощущалось так, будто вообще целая вечность прошла.        — Вроде недавно это было, а мы изменились так, - Шастун задумчиво провёл пальцами по поверхности фотографии. - А почему рамка именно зелёная?        — Ты всегда пахнешь травой скошенной, - посмеялся Попов, укладывая голову на чужое плечо. - А ещё похоже на цвет твоих глаз.        Через несколько секунд младший услышал глубокий вздох. И он готов был поспорить, что почувствовал, как Шаст вздрогнул.        — Спасибо, - прошептал последний. - Мы сохраним это навсегда.

***

       По Антону всегда было видно, когда он нервничал. Особенно если в переживаниях он провёл всю ночь, что и случилось сейчас. Парень почти не спал, просыпаясь от каждого шороха, из-за чего у него так сильно опухли глаза, что открыть их было почти нереально. Да и визуально это тоже было заметно. Как раз сейчас шатен стоял напротив зеркала, которое расположилось возле входа в заведение, и рассматривал себя на наличие изъянов в своём внешнем виде. Но последние несколько минут Шаст уже просто смотрел в одну точку, хотя не видел даже, в какую.        В голове творился полнейший хаос. Мысли о том, как может пройти эта встреча, будто организовали гонку между собой - они летели со скоростью света, врезались одна в другую. И каждое такое “столкновение” отпечатывалось болью в груди, в которой уж очень громко и сильно билось сердце. Такое чувство, будто этот стук слышал каждый прохожий.        Ладони уже давно вспотели так, что казалось, что кольца с пальцев в любой момент могут слететь. Возможно, так и случилось бы, если бы эти руки не сжимали одежду на Шастуне, таким образом пытаясь избавиться от волнения.        Что отец может сказать? Для чего он позвал сына спустя четыре года, если во время последнего их разговора он чётко сказал, что они больше друг другу никто?        Антон скривился и опустил голову. В животе что-то шевелилось от этого страха, и чувствовалось так, будто вот-вот оно должно было вырваться наружу.        Глубокий вдох. И выдох.        Он чувствовал, как паническая атака подбирается всё ближе и ближе.        Вдох. Выдох.        Такое ощущение, будто он стоял сейчас на краю пропасти и в любую секунду готов был слететь вниз.        Вдох. Выдох.        Может, ещё не поздно убежать?        Вдох. Выдох.        Вдох.        Вдох..        — Мужчина, вы в порядке?        Шастун резко обернулся, натыкаясь плывущим взглядом на лицо нахмуренной бабушки, которая с неким недовольством смотрела на парня. Последний лишь молча кивнул и, собравшись с мыслями, на негнущихся ногах направился внутрь заведения где, кажется, его уже ждали.        Андрей не изменился. Как и раньше, ходит в своём неизменном синем смокинге. Как и раньше, заказывает двойной американо с лимоном и корицей. И, как и раньше, вместо приветствия смотрит на своего собеседника с неким осуждением во взгляде.        — Ты ужасно выглядишь. Последний раз спал четыре года назад? - проворчал мужчина, даже не удосужившись пожать руку подошедшему сыну.        — И тебе привет, отец, - Антон вздохнул, не поведя и бровью, и сел напротив. Он сразу же окликнул проходящую мимо официантку и попросил для себя чай. Конечно, проснуться ему сейчас не помешает, но вряд-ли кофе будет полезным для него сейчас. В конце концов, вечным во время обострения нужно как можно меньше тревожить свой организм чем-то вроде кофеина.        — Здравствуй, сын, - будто бы передразнивая младшего, мужчина продолжил визуально оценивать его внешний вид, будто бы выискивая что-то конкретное. - Как твоя работа, сынок? Слышал, ты делаешь успехи?        — Давай без формальностей, прошу. Ты ведь для чего-то меня сюда позвал, - невольно Шаст поёжился от пронзительного взгляда сидящего напротив человека.        — Если точнее, то ты меня сюда позвал. Неужели не рад видеть? Позволь хоть немного узнать о тебе.        Шастун-младшему хотелось кричать и сбивать со своего пути всё вокруг. Сердце неприятно сжалось от предчувствия чего-то плохого.        Всё это точно не просто так. Этот человек что-то задумал.        — Ты прав. Я делаю успехи. Мои исследования.. Принесли пользу. Я в числе лучших работников, - тихо выдохнул Антон, опуская взгляд куда-то в пол.        — Не сутулься ты так. Не позорь меня, хотя бы сейчас.        Зеленоглазый поднял голову, с нескрываемым отвращением смотря на Андрея.        — Может, порадуешь меня и скажешь, что нашёл ещё и лекарство от этого вашего семейного проклятья? - последний вопросительно поднял бровь.        Шаст фыркнул что-то себе под нос и вновь отвернулся, чтобы собеседник не увидел обиду в глазах, которую так тяжело было скрыть.        — Нет, не нашёл.. Пока что, - медленно, будто обдумывая каждое слово, ответил парень. Нервно сжав ткань своей рубашки, он спросил: - Когда-то это и твоя семья считалась. Забыл разве?        — Нет-нет, не вплетай меня в это дерьмо, - Шастун-старший покачал головой, скривив губы. - Единственное, что меня связывает с этой чертовщиной, это то, что благодаря мне ты с сестрой появился на свет. Тебе стоило бы меня за это поблагодарить, ведь не каждый бы стал лезть к таким, как твоя мать.        Антон сцепил зубы, стараясь не сорваться. Его отец всегда был такой - для него “вечность” была чем-то демоническим, он верил в то, что весь этот род проклят Богом или.. Впрочем, неважно.        Всё детство шатена проходило в скандалах из-за этой темы. Хоть мужчина сам и выбрал себе жену, но каждый день считал за нужное озвучить мысль о том, что из-за неё их дети прокляты, и если бы он знал раньше об истории с родом Майи, то никогда бы в жизни не связался с ней. И, конечно же, куда без алкоголя в этой ситуации? Всегда легче напиться и сорваться на людей слабее тебя.        — Поверь, с такой жизнью мне не за что благодарить. Тебя - тем более, - процедил Шаст.        — Я уже это слышал. Знаешь, позвал тебя для конкретного вопроса, - наконец перешёл к делу Андрей, наклоняясь ближе и опираясь руками на стол. - Я так полагаю, ты сейчас в отношениях?        — Зачем..? - хмурится младший, не успев сформулировать свой вопрос.        — Пока что просто спрашиваю. Да или нет?        Шастун-младший приоткрыл рот, чтобы ответить что-то вроде “тебя это вообще ебать не должно”, но, наткнувшись на строгий взгляд отца, замолчал и опустил голову.        Этот самый взгляд, наверное, чаще всего фигурировал в страшных снах парня. Эти глаза преследовали его во всех ситуациях, когда тот чувствовал, что сделал что-то не так, ведь в детстве почти что каждое его действие было “чем-то не тем”. Во всяком случае, для старшего. И, кажется, сейчас это не изменилось.        Антон поджал губы и медленно кивнул головой, в мыслях молясь, чтобы собеседник не захотел узнать больше об этих отношениях. Делиться с ним чем-то настолько личным и светлым точно не хотелось.        — Ты счастлив?        Зеленоглазый прищурился, из-под лба всматриваясь в лицо отца. Он шутит сейчас? Или это в самом деле искренний вопрос?        — Да.        В ответ послышался смех, который больше был похож на издевательство. После этого Шаст почувствовал, как мужчина пересел на стул рядом с ним и сжал рукой его плечо.        — Вот что я хочу тебе сказать, не перебивай только. Ты должен меня хотя бы услышать. Твоя мать тоже была счастлива вначале, - со вздохом начал свой монолог Андрей. - Но под конец жизни она уже сотни раз успела пожалеть о том, что начала эти отношения. Понимаешь, никто ведь не хочет плохого для любимого человека. Каким бы ты не был бесчувственным человеком, я уверен, что и ты не хочешь испортить своей девушке жизнь, но ты это непременно сделаешь, если не прекратит всё сейчас. Я ненавидел тот период, когда Майя мучилась во время обострений. Это ведь нужно всегда быть начеку, вдруг что-то случится.. Это невыносимо. А сколько раз она пыталась навредить мне, я даже не сосчитаю. А ты представь, что твоей девушке придётся каждый месяц проходить через твои срывы. Вся ваша семья опасна. Благо, мир стал справедливее и прекратил мучения Майи и Виктории, но ты всё ещё здесь. И мой тебе совет - не пытайся даже строить семью. Ты испортишь жизнь не только ни в чём не повинной девушке, но и своим будущим детям. Думаешь, я хотел для вас с Вик такой судьбы? Была бы моя воля, я бы предпочёл не иметь наследия вовсе, чем растить это проклятие.        Антон поднял голову и уставился на чужую ладонь, которая так и оставалась на его плече и, кажется, её хватка становилась всё сильнее.        Младший еле заметно усмехнулся. Конечно же, он регулярно думал о том, что сейчас пытался донести до него отец. Между Алексеем и Арсением у него не было никаких серьёзных отношений, ведь для парня прошлый опыт стал довольно травмирующим, но последние два года он просто не хотел стать для кого-то проблемой. Да и летом, когда шатен встретил Попова, в его голове не обошлось без мыслей о том, что им нужны определённые границы, чтобы подросток не оказался в яме. Но, так уж получилось, что они сошлись на своих травмах и бедах, и им было легче. Но сейчас этот самый парнишка в норме - ему становится лучше с каждым днём. Оставаясь с ним, Шаст только потянет его на дно. Арс и так до ужаса боится всего что связано с альтернативами. Вряд-ли ему нужен кто-то, кто будет напоминать ему об этом ужасе каждый месяц. Если вообще выживет.        — Будь мужиком, сынок. Сделай ей одолжение, - продолжил Шастун-старший, но на эту фразу он уже получил отрицательное покачивание головы собеседника.        — Нет никакой девушки, отец, - выдохнул зеленоглазый.        Правда, парень всю жизнь пытался быть лучшим для своих родителей. Хотел, чтобы они им гордились. Но есть ли смысл скрывать такую мелочную деталь своей жизни, как нетрадиционная ориенттация, если отец и так знает об этом?        — Ты соврал насчёт отношений? - медленно переспросил Андрей, поднимаясь со стула и нависая над сыном, из-за чего тот вздрогнул.        — Нет. Я в отношениях, - Антон пожал плечами. - Просто.. Девушки нет.        Этот момент (да и в целом - это утро) до боли напоминал детство. Тот момент, когда ещё будучи ребёнком дошкольного возраста он точно так же стоял с виноватым взглядом, пока над ним нависал отец и отчитывал за какое-то глупое недоразумение. Всегда начиналось с словесной перепалки, а заканчивалось синяками и сопровождалось одной и той же фразой.        — Ты это специально делаешь, да? Чтобы опозорить свою семью, свою личность, и каждого человека, который появляется рядом с тобой? - сцепив зубы, прошипел мужчина.        — Все окружающие меня люди думают, что моя семья мертва. И это даже не враньё - просто некоторые умерли буквально, а некоторые - только для меня. Как ты, например. Мне некого больше позорить, - глубоко вздохнув, Шастун-младший поднял голову и посмотрел в глаза напротив. И сразу же за этим последовал звонкий шлепок от пощёчины.        — Я то думал, что жизнь тебя чему-то научила, - разочаровано покачал головой мужчина. - А ты всё так же..        — Можешь не продолжать, - доставая наличные из кармана, фыркнул Шаст. Положив несколько купюр на стол, он так же поднялся со своего стула. - Я тоже много чего думал, но ты всё такой же эгоист, каким был всегда. Мне жаль, что я стал таким разочарованием для тебя, но я себя более чем устраиваю.        Вежливо кивнув, Антон быстрым шагом направился на выход. Живот снова начало сводить от страха, поэтому лучше было как можно скорее оказаться на свежем воздухе. Но, как только он оказался на улице, его тут же окликнули:        — Это твой последний шанс на то, чтобы одуматься, - достаточно громко и чётко произнёс Андрей, придерживая сына за локоть и не давая тому пойти дальше. - Если ты сейчас уйдешь, ты потеряешь отца навсегда.        — У меня его никогда и не было, - усмехнулся младший. - Мало наделать детей. Их нужно ещё и воспитывать, заботиться о них.        — Ты и не представляешь, сколько сил я вкладывал в вас! Чтобы из вас выросло что-то нормальное! - уже брызгая слюной от злости, крикнул мужчина. - И это твоя благодарность? Сам себе всё запорол, а я плохой отец? Я ради вас убивался, и это - то, что я заслужил? Сын вырос пидором и убил мою дочь, разве об этом мечтает каждый мужик?        Антон скривился от подобных слов и с силой оттолкнул старшего от себя, чтобы была возможность уйти отсюда.        — Не смей меня обвинять в её смерти. Ты прекрасно знаешь, что она не были за рулём тогда. То, что я доверился плохому человеку, не даёт тебе права скидывать все смертные грехи на меня. Если бы ты был хорошим отцом, тебя бы беспокоило и..        Не дожидаясь окончания предложения, Шастун-старший сжал кулак и ударил сына в скулу, да так, что тот пошатнулся и отошёл к стене.        — Вспомнишь ещё мои слова. И пожалеешь, - будто бы в подтверждение своих слов, Андрей кивнул и поспешил уйти, пока их конфликт не привлёк внимание прохожих. А тем, кажется, было совсем не до этого.        Шаст поднял голову и устремил взгляд к небу, нервно сжимая кулаки.        Благо, это всё закончилось. Конечно же, ничего такого не случилось, чего парень не ожидал. Но сейчас этот лишний стрес ему явно был не к месту.        Словно почувствовав в голове зеленоглазого мысли о стрессе, в его кармане зазвонил телефон.        — Сука, ну кто ещё, - пробурчал Антон и, не глядя на дисплей, принял дзвонок. - Слушаю.        — Шастун, мне Позов доложил, что ты в стране уже, - Стас, как всегда, решил не тратить время зря и сразу перейти к делу. - Плохие новости для тебя. Сможешь прийти завтра?        — Да, хорошо. Это насчёт моего проекта? - шатен нахмурился.        — Нет, с ним всё супер. Это насчёт тебя.        С этими словами Шеминов сбросил звонок. Но ему и не надо было что-либо договаривать - его подчинённый и так понял, что к чему.        — Как же вы меня заебали все.        Шастун уже чувствовал очередную волну обиды на весь мир на пару с паникой, которые накатывали с новой силой. Но всё, что он сделал, чтобы справиться с этим - это пошёл в ближайший магазин и купил зажигалку и упаковку Marlboro Red.        Тяжело бросить курить, когда жизнь оборачивается к тебе задницей.

***

       — У меня всё прошло очень даже просто, - Арсений с улыбкой завалился на кровать в позе звёздочки. - Друзья, конечно же, расстроились, но меня отпустили с работы. Даже не заставили отрабатывать. Но я договорился завтра встретиться со всеми, на условный “последний ужин”. Ты ведь пойдешь со мной?        С того момента, как брюнет пришёл домой, его сожитель сказал только “привет, родной” и “всё хорошо, просто с работой ебусь”. Он молча сидел на кресле в углу спальни, прятал взгляд в капюшоне пижамы, купленной когда-то его возлюбленным, и перебирал какие-то документы. Немного подумав, Арс решил не доставать мужчину, пока не настанет время укладываться спать. И, как раз-таки, сейчас именно то время.        — Если ты хочешь, то конечно, - Антон усмехнулся и отложил папки на комод.        — Хочу. Думаю, туда все придут вообще с кем я общался - Ира, Серёжа, Макс, “его” Серёга, Оксана возможно. Ну, я надеюсь. Правда, там у Иры с Серёжей что-то случилось, вроде даже расстались, - Попов сел на кровати, пытаясь вглядеться в лицо сожителя. - А как твой день? Как встреча с отцом прошла?        Младший готов был поклясться, что даже в темноте от капюшона он увидел, как скривились губы Шастуна.        — Да так, нормально. Ничего толкового он не хотел, - махнул рукой зеленоглазый. Что-то решив для себя после этого, он перебрался на кровать и протянул руки к подростку, будто бы ожидая, пока тот ляжет рядом. Но младший наоборот лишь нахмурился:        — А это что? - брюнет осторожно отодвинул ткань, которая закрывала чужое лицо, и коснулся пальцами к большому синяку на скуле.        — Мелочь, - Шаст отвернул голову и уже силой потянул парня на себя. - Я устал сегодня, давай лучше поспим.        Арсений уложил голову на грудь мужчины и вздохнул, но не стал продолжать “допрос”. Конечно, он видел, что старшего что-то волнует и, конечно, чувствовал отвратительный запах крепких сигарет, который не появился бы просто так, но заставлять открывать душу он не хотел. Может в самом деле не всё так серьёзно, чтобы уделять этому внимание?        — Хоть мне и страшно, но я рад, что мы уезжаем вместе. Будто бы шанс на новое счастье, - улыбнулся Арс, прижимаясь к возлюбленному сильнее. - А когда мы уезжаем?        — Я взял билеты на следующий понедельник. Так что.. У нас осталась неделя. Завтра меня ещё вызвали на работу, так что забегу туда перед вашей этой встречей, - вяло ответил Антон. Из-за его голоса складывалось ощущение, будто он готов был провалиться в сон в любую удобную для этого секунду.        — Супер.        — Так.. Что там с Ирой и её отношениями?        Попов хмыкнул. Такое чувство, будто Шастун готов был схватиться за любую нить разговора, лишь бы только никто не задавал вопросов о его собственном самочувствии.        — Я не очень понял, если честно. Серёжа сказал, что она себя начала странно вести и заводить какие-то сомнительные разговоры. Ему это не нравилось, вот и разошлись или что-то вроде того, - младший пожал плечами. - Ну, я с ней ещё не виделся. Завтра и узнаю, что там не так.        — Какие ещё разговоры? - Шаст нахмурился.        Арсений резко поднял голову, заглядывая в чужие глаза. Благодаря тому, что сделал он это неожиданно для Антона, подросток успел заметить странное выражение лица последнего, которое выдалось ему достаточно подозрительным.        — Может, лучше о наших отношениях поговорить, а не о чужих?        — А ты разве не переживаешь за свою подругу? - зеленоглазый скептически поднял бровь.        — Переживаю, конечно. Но я переживаю и за наши отношения, - Арс печально улыбнулся и вновь коснулся ладонью к чужой щеке. - Я просто хочу быть уверен, что между нами всё хорошо.        Шатен склонил голову набок, ластясь к протянутой руке. Изначально его сожитель решил, что тот начал сомневаться в идее переезда или вообще разлюбил его. Но сейчас кажется, что тот всё так же влюблён. В чем же причина?        С того момента, как голубоглазый почувствовал ужасное, скрежущее чувство ревности в сердце, ему не давала покоя мысль, что в любой момент его партнёр может разочароваться в этих отношениях. Ведь, может когда-то для него что-то было лучше? Может, из-за этого он сейчас такой.. Странный?        — Слушай, а.. Тебе меня достаточно? - неуверенно спросил Попов, будучи обескураженным чужим внешним видом, из-за чего его уверенность в своих мыслях вмиг улетучился. Но, всё же, утихомирить негативные чувства нужно было.        — В каком плане? - сразу переспросил Шаст. Складывалось впечатление, что этот разговор стал для него чем-то вроде шанса вынырнуть из собственного плохого самочувствия. Либо это было возможностью скрыть от возлюбленного то, что он сам не в порядке.        — Не пойми неправильно, просто раньше ты высказывался об.. Кхм, интиме так, будто это твоя зависимость. Да и у тебя.. Столько всяких было.. Ох, - брюнет мигом поник, начиная чувствовать неловкость из-за всего этого. - Насколько часто тебе это нужно, чтобы тебе было хорошо со мной?        Брови Шастуна медленно поползли наверх от удивления, от чего он вздрогнул, так как синяк на лице напомнил о себе. Спустя несколько секунд он тихо посмеялся, хоть и звучал этот смех довольно неискренне. Хотя, может это уже младший раздувал из мухи слона?        Не обязательно каждый человек вокруг из-за чего-то мучается. Если его будет что-то волновать, он поделится с тобой.        — Мне не нужно это. То есть, это всё здорово и я не.. - потерявшись в собственных словах, зеленоглазый глубоко вздохнул и нервно коснулся рукой к левому бедру, складывая мысли в голове. - Не думай, что я раньше этого хотел из-за.. Ладно, просто не думай, что хотел. Мне не хватало любви, я чувствовал себя одиноко, это было способом справиться - мимолётная радость от чужого тепла. Я не зависим от этого, тем более что для меня это.. Довольно травматично, понимаешь? Я сейчас чувствую..        Антон точно нервничал. Его взгляд бегал по всей комнате, а сам полицейский громко дышал, из-за чего в воздухе нависало напряжение, что не укрылось от Арса. Последний же переместил руку на чужой подбородок и повернул его голову в сторону, будто бы принуждая смотреть в глаза. Когда эта задача была выполнена, младший положил руку поверх чужой ладони, которая точно так же сжимала бедро зеленоглазого. От этого движение тот вздрогнул, но продолжил:        — Я чувствую тепло и без секса. Я никогда не проти.. То есть, я всегда не про.. Блять, - Шаст тихо простонал от отчаяния и всё-таки закрыл глаза, не выдерживая такого сосредоточенного взгляда, направленного на него. - Я готов в любой момент, когда ты захочешь, окей? Но я не буду настаивать, даже если не захочешь никогда. Я ведь..        Зеленоглазый, не в силах вынести такое давление, резко сел на кровати, тем самым отстраняя Попова от себя. Последний не знал, что ему делать - стоит ли обнять сожителя или же, наоборот, дать ему время?        Ссутулившись, Шастун зарылся руками в свои кудри и оттянул их, будто пытаясь прийти в себя с помощью боли.        — Я ведь просто хочу, чтобы ты был рядом. И не ушёл никуда.        Младший готов был поклясться, что слышал, как дрожал чужой голос. Когда Арсений уже подвинулся ближе, чтобы взять шатена за руку, тот резко встал и направился к выходу из комнаты, кинув напоследок что-то вроде “извини, я слишком..”.        Арс поджал губы и упал назад на подушки.        Наверное, лучше дать ему время всё обдумать. И тогда он поделится всем, что его тревожит. Просто сейчас он не хочет.

***

       Антон проснулся резко, будто кто-то с силой выдернул его из крепкого сна. В комнате было тихо и темно. Единственное, что было слышно - это тихое посапывание подростка рядом и то, как сильно билось сердце зеленоглазого.        Воздух становился тяжелее, из-за чего каждый вдох казался испытанием.        Шастун вздохнул и приподнял голову, сжимая одеяло между пальцами, которые вновь дрожали от неизвестного ему переживания. Мужчина не знал, что именно его пугало. То ли это была давящая на уши тишина, то ли кромешная тьма. Или же это был холодный ветерок, которому вовсе неоткуда было взяться, ведь все окна были закрыты?        — У меня есть подарок для тебя!        Шатен вздрогнул всем телом и инстинктивно отвернулся лицом в подушки, руками закрывая уши.        Как он мог забыть?       Сегодня ведь двадцатое число.        За дверью отчётливо слышались шаги, а тело Шаста начало изменять своему хозяину - сердце норовило вырваться из грудной клетки, живот сжимает от ледянящего страха, а к горлу подступал комок, не позволяющий нормально дышать.        — У меня есть сюрприз!        Вдруг квартиру наполнил шум от того, что ручку двери кто-то начал с силой дёргать. Что-то пыталось войти сюда, и вряд-ли с добрыми намерениями.        — Арс? Арс, родной, проснись, прошу, - дрожащей рукой Антон сжал плечо голубоглазого, почти что вжимаясь головой в его спину.        — М-м-м? - даже примерно не понимая, что от него хотят, Арсений привстал и посмотрел на своего возлюбленного сквозь еле приоткрытые глаза. - Что та..?        — Мэдомил. Пожалуйста, - чуть ли не скуля, произнёс шатен. Благо, младший сразу всё понял и дёрнулся к тумбочке, где лежали заветные таблетки.        Зеленоглазый вообще не понимал, что происходит. Почему-то в этот раз обострение чувствовалось значительно хуже, чем раньше. Что же изменилось?        Шастун тихо простонал, сильнее зажимая уши. “Нечто” по ту сторону двери не успокаивалось. Оно кричало, билось в стену, и издавало звуки, которые превращались почти что в ультразвуковой писк.        — Антон.. - растерянно позвал его Попов. - Его нет.        Не желая поднимать голову, мужчина тихо промычал что-то, чтобы уточнить, о чём идёт речь.        — Мэдомил закончился. Тут пусто.        Услышав это, Шаст лишь прикусил губу, сдерживая рвущиеся на волю слёзы.        Сегодняшняя ночь будет тяжёлой.

я чувствую, что попал в ловушку под названием "вчера".

просто воспоминание, в котором была лишь боль.

и я никогда не освобожусь, ведь когда я наедине,

я потерян в этом прошлом дне.