~3~
17 декабря 2021 г., 23:00
У самого злого человека расцветает лицо, когда ему говорят, что его любят. Стало быть, в этом счастье… Толстой Л. Н.
***
Чонгук расстегивает ширинку джинсов Тэхена, сразу же запуская руку в кружевное белье. Омега от неожиданности и вечно холодных рук альфы протяжно стонет, лаская острый слух мужчины. — Подожди… прошу. Чонгук нехотя отстраняется. Даже несмотря на то, что он, по словам всех живущих в этом городе, кровожадный убийца, комфорт Тэхена для него превыше всего. Стоп. Как давно для него чувства какого-то человечка важны?.. Ах, да, с тех пор, как в его жизни появился милый, но в тоже время очень сильный омега Ким Тэхен. — Я сделал тебе неприятно, мой птенчик? Ким краснеет еще больше от прозвища, которым его альфа наградил в их первую встречу. И омега очень долго не понимал, почему именно «птенчик». Почему не, как у всех «малыш», «зайка», «дорогой», «любимый»?.. И в голове всплывает их разговор после того, как они впервые вышли в высшее общество вдвоем. Вместе. Держась за руки. Говоря всему городу, что с этого самого момента, обидев Ким Тэхена, ты будешь иметь дело с Чон Чонгуком — Главой высшего общества. — Почему для Шона я был змеюкой, а для тебя птенчиком? — Потому что ты, как маленький, растерянный птенец, который выпал из гнезда и которого моя душа требует защищать, мое сердце приказывает забрать себе, а разум утверждает, что из вот этого беззащитного птенца ты превратишься в сильного феникса. Почему феникса? Птенчик, ты столько раз уже погибал и был уверен, что вот этот раз тебя окончательно сломает, но в итоге возрождался из пепла в миллион раз сильнее? Думаю, что много… — Ты мне делаешь очень хорошо, но… — Но? Тэхен поднимает голову, встречаясь взглядом с небесно-голубыми глазами, которые никак не подходят образу Главы Чон, но так чертовски сильно подходят его альфе Чонгуку. — Я боюсь нырнуть в тебя настолько сильно, что больше не смогу выплыть. Чон от такого заявления на пару секунд выпадает из этого мира. Его птенчик что только что сказал?.. Он ближе притягивает к себе омегу, чтобы между их телами не было даже места воздуху, и впивается в итак зацелованные губы. Человек его принял. Спустя долгие месяцы его неловких ухаживаний Тэхен его пустил в свое сердце, которое, по словам того самого, давным-давно заледенело и умерло. У омеги от насыщенных феромонов альфы начинает кружиться голова, но он, вопреки этому, притягивает ближе (куда еще ближе?) Чона и утыкается тому в шею. У альфы был запах ирландского кофе, который манил, пьянил, сводил с ума не хуже наркотиков. Чон на обнюхивание омеги реагировал… дико, так, будто быку показали красную тряпку. Он одним движением стянул джинсы с нижним бельем и опустился на колени. — Что… что ты делаешь? Тэхен пытался поднять альфу, ведь его воспитали так, что только омега должен доставлять удовольствие альфе, а не наоборот. И вообще, минет омеге делать унизительно. Что он и пытался сказать альфе, но, услышав предупреждающий грудной рык, в ту же секунду замолк. — Мы с тобой обязательно поговорим об этом, но сейчас помалкивай и наслаждайся. Понял, помалкивать и наслаждаться. Пфф, легче простого. Было… Было легко до того момента, когда Чонгук не начал быстро скидывать с себя одежду и красоваться своими мышцами. Ким на эти выпендривания только закатывает глаза и притягивает альфу для поцелуя. Целовать, когда чувствуешь что-то к человеку, оказывается очень волнующие, у тебя внутри как будто маленькие бомбы взрываются, и ты от этого ловишь райское наслаждение. Чонгук, не разрывая поцелуй, берет того на руки, неся к кровати. Все-таки у него в приоритете все еще доставить удовольствие его омеге. Положив бережно своего птенчика, он вновь опускается на колени, намереваясь продолжить начатое. Он целует головку члена, а затем кончиком языка на пробу проводит по кругу и, раскрыв рот шире, вбирает до середины длины. Тэхен зарывается руками в густые вьющиеся волосы, и невольно сжимает их в кулак, начиная толкаться бедрами навстречу чужому горячему рту. Альфа заглатывает до основания, жадно посасывая член, наслаждаясь тем, что его птенчик доверился ему полностью, и начинает двигать головой активнее. И пока омега толкается бедрами все активнее и активнее, преследуя свой оргазм, альфа проталкивает внутрь два пальца, из-за которых Тэхен крепко сжимается и распахивает свои карамельные глаза. Он явно не ожидал ничего такого от Чона. А Чонгук, чувствуя, что в омеге свободно из-за обилия смазки, которую тот сам производит, добавляет еще один палец. Ким мечется взглядом по ухмыляющемуся Чонгуку, который пошло выпускает его член изо рта и ровняется с ним. — Птенчик, ты позволишь мне продолжить? — интересуется альфа, попутно растягивая под себя омегу. А тот только шумно дышит, и, не в состоянии выговорить хоть какие-то слова, согласно кивает. Он уже отдал Церберу душу, а отдав еще и тело — положение он свое не улучшит.
