Это как с душой расстаться,жить без тебя.

Кто приходит и заводит эти часы Словно наши дни возводит солнце на весы Дней до разлуки Как мы жили, не ценили Каждый светлый час Мы с тобою позабыли Всё, что Выше нас Там во вселенной Знаю, сердце разорваться может любя Это как с душой расстаться, жить без тебя Ты — боль моя, любовь моя Я всё тебе отдам, любовь моя Всю себя Океаны расплескаться могут любя Это как с душой расстаться, жить без тебя Ты — боль моя, любовь моя И над тобою стану солнцем я Для тебя Утром темным, днем холодным Тихо войду Отведу лучом покорным От тебя беду Друг мой сердечный Ты поверь мне, я не стану Солнцем для других На твоём плече оставлю След своей руки Свет всей вселенной Знаю, сердце разорваться может любя Это как с душой расстаться, жить без тебя Ты — боль моя, любовь моя Я всё тебе отдам, любовь моя Всю себя Океаны расплескаться могут любя Это как с душой расстаться, жить без тебя Ты — боль моя, любовь моя И над тобою стану солнцем я Для тебя Кто приходит и заводит эти часы (Ани Лорак — Солнце.)

Корабль на подлёте к станции основательно тряхнуло. Пилот чертыхнулся, но бросив взгляд на капитана, сморщился и замолчал. — Стэн, объясни мне ещё раз, за каким хером мы летим в эту клоаку? — не первый раз за рейс спросил он. — Так уж вышло, друг мой, что нам не оставили выбора. — вздохнул капитан. — Когда папаша Дев о чём-то просит, умные люди не отказываются. — Мне не понятно, что такого важного в перевозке одного пассажира? — пилот был в возрасте и бурчал больше по привычке. — Это самый важный пассажир. — капитан поморщился, но всё же пояснил. — Единственная дочь самого папаши. — Эта славная девочка? Дочь хозяина Флешки? — пилот почувствовал как вспотели ладони. — Как такое возможно? Этот ангел и ... папаша? — Информация не для всех. Сам понимаешь, если что... — не договаривая,капитан выразительно чиркнул по шее. — Ох, бедная девочка... — пилот говорил искренне. Их пассажирка была очень похожа на его собственную дочь. Невысокая, худенькая и невероятно улыбчивая.

****

Чарли смотрела на приближающуюся станцию. Огромная, висящая посреди космоса махина. Конструкция, которую никто так и не смог повторить. Ей, прожившей всю свою недолгую жизнь на луне, под одним из куполов, чудилось, что впереди маячат тысячи приключений. Но самое главное. Самое важное. Папа. Они не виделись в живую десять лет. А связь по сети, всё же совсем другое. Хотя отец, исправно, выходил на связь каждые два дня. Он её обожал. Она его тоже. Папина дочка, так говорила мама. Получив в четырнадцать лет на руки сертификат гражданина и возможность принимать решения, она хотела улететь к отцу. Но они с матерью, отговорили. А ещё, папа очень обидно пригрозил, что не пустит корабль с ней на борту на станцию, без диплома о высшем образовании. Теперь, у неё на руках было два диплома. Хирург и ксенохирург. И несколько сертификатов. Мелочи вроде акушерства и той же хирургии в условиях диких планет. И папе нечего было ей противопоставить. Он сдался, даже не уточняя, какую специализацию она получила. Пока у неё было приглашение погостить на станции. Но это только пока. Девушка собиралась остаться. Как бы не упирался папа. Транспортник дёрнулся и замер. Чарли подхватила грависумку и выскочила из каюты. У шлюза уже собралась небольшая команда судна. Пилот посмотрел на девушку с отчётливой жалостью. Но она не смотрела ни на кого. У трапа, в окружении небольшой толпы стоял папа. Высокий, широкоплечий с сединой на висках. Строгий взгляд выдавал бывшего военного. Но в глазах, стоило девушке сойти с корабля, зажглось тепло и радость. Чарли с восторженным писком кинулась к отцу на шею. — Папа, ну наконец-то. — она обнимала отца, чувствуя что ещё чуть-чуть и разревётся, позорно как ребёнок. — Ох, детка. — мужчина искренне улыбался, от чего у глаз появились едва видимые морщинки. — Ну как ты долетела? Как корабль? Никто не обижал? — при этих словах он зыркнул в сторону команды транспортника, глазами в один миг наполнившимися льдом. Пилот транспортника успел остановить свою руку, занесённую для того чтобы перекреститься. Капитан наоборот выпрямился. — Ой, пап. Они классные. Настоящие космолётчики. Мне очень понравилось с ними лететь. — зачастила Чарли. Зная, что выглядит как восторженная девчонка. Но ничего не могла с собой поделать. — Хорошо. — отец кивнул одному из людей, что стояли рядом и тот прошёл к капитану. Станция была действительно огромна. Они с отцом шли больше получаса к крылу которое занимал он сам и администрация станции. Большие комнаты. И ей выделили отдельные. До разговора с отцом, она промолчала. Незачем расстраивать его, пока. Наконец, они остались в кабинете папы вдвоём. — Пару неделек поживёшь, а потом можно будет махнуть на курорт. — он присел за длинный стол. — Я вообще-то приехала чтобы остаться. — Чарли улыбнулась и вытащила из рюкзака папку. Подавая её отцу. — А? — впервые на её памяти он растерялся. А пролистывая документы дочери, всё сильнее хмурился. — И что же ты хочешь? — Работать врачом. — девушка склонила голову к плечу. — Ну я могу тебе предложить место в верхнем секторе. — он задумчиво потёр подбородок. — Нет, папочка, я хочу настоящую работу. Не для того я училась, чтобы лечить геморрой у шишек. И прыщи у их отпрысков. — она посерьезнела. — Либо тут, либо на нижних ярусах. — мужчина видимо хотел её запугать. — Мне подходит. — ответила Чарли. — Милая... — он прикрыл глаза. — Ты похоже не понимаешь куда попала. — Прекрасно понимаю. Станция Флеш — пиратский притон. Азартные игры, бои без правил. Проституция. Наркотики. Всё незаконное и запретное, что есть в галактике, есть здесь. — девушка могла сколько угодно притворяться восторженной идиоткой, но сейчас, собиралась настоять на своём. — И? Раз ты это понимаешь... всё равно собираешься работать... там? Среди швали и отбитых наглухо отбросов? — отец скривился. — Да, отец. — улыбка девушки стала жёсткой. — И жить, хочу либо в больнице, либо очень близко. — Да там от больницы одно название. В том секторе даже освещение не везде есть. — он пытался отговорить её по хорошему. — Папа, я хочу работать именно там. — Чарли упрямо поджала губы. — Детка, там врачей убивают! — мужчина вскочил. — Я денег подкопила, давай просто закажем мне телохранителя андроида. — у неё были ответы на все его аргументы. — Ты взрослая и отговаривать тебя бесполезно, вся в мать. — он вздохнул. — Бесполезно, только это во мне от тебя. Пап, я всё решила. Это поможет мне в будущем. Я просто хочу помогать тем, кому реально нужна помощь. — Чарли сделала те самые глаза, которые с лёгкостью позволяли получить всё что угодно у матери и отчима. — Хорошо, но за твоим телохранителем пойдём прямо сейчас. — увидев кивок, он вздохнул. Начальник станции Флеш любил дочь. Но сейчас на него навалилось понимание, что перед ним больше не его малышка. А взрослая женщина. Он сам когда-то ушёл в армию, проигнорировав просьбы отца заняться семейным бизнесом. И не жалел. Никогда. Офис компании, которая торговала андроидами располагался в светлом, почти стерильном помещении. Чарли только зайдя внутрь, чётко осознала, что тут нет того, что ей надо. Вот просто нет и всё. Дальше был уровень на котором жили рабочие и продавались киборги подешевле. Но и тут её ждало разочарование. В итоге им с отцом пришлось спуститься на самый нижний уровень. Носящий название "Муравейник". Тут обитали ксеносы и разная шваль. И именно тут ей предстояло работать. А ещё, здесь можно было купить что угодно. Наркотики, разного рода контрабанду и рабов. Тёмные коридоры вывели их к рынку. Похоже, раньше это помещение было ангаром, но теперь, здесь жил своей жизнью настоящий город. Вагончики стоящие штабелями до самого потолка, заменяли местным обитателям жилища. А на узких улочках, всё в тех же вагончиках велась торговля. Первые несколько павильонов она пропустила. Не то, всё не то! Чарли уже отчаялась. Когда на глаза ей попался марсианин. Он стоял возле одного из вагончиков. Расслабленно и без страха глядя на приближающихся людей. Подойдя она почувствовала запах сигарет. — Здравствуйте! — жизнерадостно заявила она. Марсианин посмотрел на неё насмешливо. — Чего ты хочешь, куколка? — весело спросил он. — Андроида. Марсианского. С вшитой медицинской программой. — Чарли улыбнулась. Марсианин хмыкнул. — Редкость однако. — он призадумался. — Милая, может лучше человеческого? — отец наклонился к ней. — Нет, пап. Во время последней войны на Марсе, их андроиды зарекомендовали себя куда лучше чем наши. — И да, желательно чтобы это была девушка. — уже марсианину. — Смотри-ка, Дев, а девочка шарит. — он по свойски поздоровался с отцом девушки. — Только зачем такая охрана у вас на небе? — Она собралась работать здесь. — пожаловался мужчина. — Где здесь? — кажется, марсианина удалось удивить. — Здесь, в Муравейнике. — начальник потёр глаза. — Знакомься, Чарли Дэвидсон моя дочь, а по совместительству ваш новый врач. Марсианин открыл рот, снова закрыл и промолчал. — Так у вас есть то что я хочу? — Чарли сморщилась. Не любила чувствовать себя глупо. — Есть. — марсианин откашлялся и набрал что-то на браслете. — Сейчас привезут. Давно она у меня лежит, никто покупать не хотел. Сейчас понимаю, тебя ждала. Девушку всегда удивляло то, как марсиане наделяли технику не просто разумом, но душой. Хотя, а как по другому, если их мотоциклы были чудом. Не просто ИИ, а обучающийся организм. Вскоре возле разношёрстной компании затормозил грузовик и двое ребят выволокли из под тента ящик. Торговец нажал несколько кнопок и пространство за пыльным стеклом осветилось, голубоватым светом. Это действительно была марсианка. Светлая персиковая шерстка и закрытые глаза. Марсианин вывел на дисплей спецификации и приглашающе махнул Чарли рукой. У хрупкой девочки была масса программ. Отец удивлённо вскинул брови, разглядев несколько знакомых, устанавливаемых только космодесантным киборгам. Но саму девушку интересовали медицинские. И список её впечатлил. — Я беру её. Она, та, кто мне нужен. — Чарли улыбнулась. — Вот и хорошо. — марсианин улыбнулся, принимая платёж и настраивая андроида на подчинение девушке. — Самообучение включаю? — Конечно, только всё через ваш софт, пожалуйста. — новая улыбка. Никто не увидит, как она устала. — Умная вы девушка, мисс Девидсон. — хмыкнул торговец. — И добро пожаловать в Муравейник. Вы нам очень нужны, особенно сейчас. — В чём дело? — начальник станции напрягся. — Тебе не доложили? — марсианин нахмурился. — У нас малышня болеет. — Почему ты сам не сообщил? Я бы пригнал сюда врача сверху. — человек кажется действительно расстроился. — До наших детёнышей дело есть только нам и ты это знаешь. — к губам прилипла новая сигарета. — Лечил бы твой врач тяп ляп. Зачем это надо? — Боже! — Чарли всполошилась. — У вас болеют дети? Папа, я хочу приступить к работе уже сегодня! — и снова торговцу. — Скажите, что я приму всех! — Вот! Это другой разговор! — марсианин хохотнул глядя на начальника хитро. — Я Стокер, детка! С любыми проблемами можешь идти ко мне, помогу чем смогу! — У неё отец есть вообще-то! — возмутился начальник. — Ты высоко и далеко. А я рядом. Лишний пригляд не помешает. — Стокер с наслаждением затянулся. Больницы в Муравейнике действительно не было. Несколько помещений в небольшом закутке. В том числе крохотная квартирка для врача. Чарли осмотрела инструменты и препараты. Всего было в достатке. Отец пообещал наладить освещение в коридоре и поставить диваны. Он ушёл только когда убедился, что девушка активировала андроида. Чарли вздохнула и расслабилась. Обрушилась на стул, опуская лицо в ладони. Выдержала. Отстояла своё право на самостоятельную жизнь. И впереди работа. Переодевшись в голубой медицинский костюм, Чарли обернулась к застывшей посреди комнаты марсианке. — Привет, давай знакомиться. Я Чарли. А у тебя есть имя? — она подошла поближе. — Мгла. — голос был тихий. — Думаю нас в ближайшее время ждёт работа. Прими пока душ и вот костюм медицинский. Он чистый, новый. — она несмело улыбнулась. Марсианская мышь кивнула. Да она была андроидом. Но... Слишком похожа на живое существо. Чарли откинулась на диванчике. Марсиане её завораживали. Ксеносы, да. Не люди. И всё же... Общий предок. И всё, кроме внешности, общее. Гордые, сильные, не ведающие страха. И бездомные... Марс в последнюю войну, погиб. Величественные, подземные мегаполисы поглотили ядерные взрывы. Спасшиеся рассеялись по галактике. Вот и тут, на Флешке, обосновалась колония марсианских мышей. Чарли была уверена, жизни у них точно не сахар. Её помощница вышла из душа одетая и готовая к работе. — Ну, с богом! — вздохнула девушка и распахнула дверь. Марсианок пока было лишь три. Две с годовалыми малышами и одна с младенцем. — Здравствуйте. — Чарли улыбнулась. — Думаю начнём с самого маленького. Мамочки закивали. Младенцу было от силы несколько дней отроду. Глаза совсем недавно открылись. Голое розовое тельце. В придачу, к умилившему Чарли малышу, шла заплаканная мать. Как теперь разглядела доктор, совсем молодая мышка. Не старше самой Чарли. — Колики. Ну это в таком возрасте норма. — Чарли легонько подула на нос малышу. Тот чихнул. А вот проверка слуха, дала неутешительный результат. — Скажите, вы делали прививку от песчаной лихорадки? — Нет, я переболела. — мышка сжалась. Худенькими руками обнимая себя за плечи. — У вашего сына снижен слух. Частое последствие у детёнышей чьи родители переболели. — она повернулась к марсианке. — Операция поможет. Но сделать её нужно как можно раньше. Я могу дать направление, скажем на Луну. — Это дорого? — в голубых глазах марсианки обречённость. — Я поговорю с начальником станции. А пока, чтобы не ухудшилось его состояние, возьмите капли. Раз в день, по две капли в каждое ушко. — она ласково улыбнулась и малышу и его маме. — Сколько, я вам должна? — марсианка несмело улыбнулась. — Нисколько. Мне платит станция. — Чарли осторожно завернула мальчика. — Мы не нищие! Брат хорошо... зарабатывает. — тонкие песочные брови нахмурились. — Так пусть и дальше зарабатывает. А мне, платит станция. — девушка подмигнула. И мышка расслабилась. Некоторое время ушло на заполнение карты в компьютере. Чарли мельком глянула на имя своего первого пациента. Энди Ван Хамм. Стокер был прав, детёныши марсиан действительно оказались больны. У них были паразиты. Организм взрослых был слишком стоек для такой болячки. Но детки, цепляли его с лёгкостью. Следующие шесть часов Чарли и Мгла раздавали пилюли. И марсианские матери очень быстро поверили, что им хотят помочь. Первый шаг к сердцу гордого народа, доктор Девидсон сделала. Пусть и не совсем честно, через детей. Последним посетителем оказался Стокер. Увидев Мглу, он одобрительно кивнул. — Ну что, как первый день? — он присел на корточки возле двери в кабинет. — На меня пару раз срыгнули. Но в целом, неплохо. — она присела рядом. Ну всё же до чего вкусно пахнут его сигареты. — Правда одному малышу нужна серьёзная помощь. — Чарли нахмурилась. — Это кому? — Стокер повернулся к ней. — Энди Ван Хамм. Там потенциальная глухота, последствие лихорадки у матери. Вот думаю папу подключить. — девушка нахмурилась. — Не стоит. Об этом мальчике есть кому позаботиться. — хмыкнул марсианин. — Отец? Мама Энди говорила ещё про брата. — Чарли с любопытством посмотрела на Стокера. — Отец умер, от той же лихорадки. Харли вдова. Но с таким братом как у неё, считай и смерч не страшен. — судя по улыбке, торговец вспомнил что-то очень хорошее. И тут же вновь посерьезнел. — Хотя лучше бы он больше себя жалел. Раздолбай! — Видимо очень занятный персонаж. — девушка потёрла глаза. — О, ты с ним ещё познакомишься, поверь. — Стокер поднялся. — Эх, шкурой чувствую, нас ждут большие перемены. Спать идите, девчонки. Её разбудили всего через пару часов. Настойчивый стук в дверь, перерос в грохот. Она даже не удивилась, что на пороге снова были марсиане. Двое парней держали под руки тело покрытое чёрной кожей. Вирианин? Она никогда не видела этих существ в живую. Похожие на марсиан, только с более вытянутым лицом и ушами, которые наталкивали на мысли о книжных эльфах. Ну и вместо шерсти, кожа. Чёрная, без блеска. — Так и будешь смотреть? — рявкнул один из марсиан. Чарли вздрогнула и махнув рукой Мгле, вышла в коридор. В кабинете вирианина уложили на стол. У него в боку зияла рана. Плазма? — Мгла, готовь стол будем шить. — Чарли накинула халат, совершенно забыв о том, что на ней лишь топик и трусики. Один из марсиан тут же вышел. А вот тот, что на неё прикрикнул, остался. — Вы можете подождать в коридоре. — Чарли наконец-то смогла рассмотреть его. Синие штаны, высокие сапоги. Голый торс, под накинутой потёртой курткой и снежно белая шерсть. В красных глазах насмешка. А серебряная маска, на половину лица, придавала ему вид очень опасного существа. — Вот что я скажу, цыпа, на твоём столе мой лучший друг. Я отсюда ни ногой. — на тонких губах злая усмешка. Он будто предлагал попробовать его выставить. Чарли равнодушно пожала плечами. И наклонилась над столом. Чтобы распрямить спину лишь через два часа. Друг пациента сидел у стены и спал. Лицо разгладилось и стало видно, что он едва ли чуть старше самой Чарли. Она шагнула было к нему, но путь ей преградила Мгла. Покачав головой, она кинула в парня одним из приготовленных ватных шариков. В одно мгновение, воздух рассёк белый хвост. Красные глаза вспыхнули. — Хорошо, что сама не полезла. — буркнул он, поднимаясь. — В соседней комнате кровати. Можете занять одну рядом с другом. — она кивнула Мгле и та ловко перетянула пациента на гравиносилки. — Ты хочешь оставить его здесь? — уточнил белый. — Конечно. Что за странный вопрос? — Чарли запахнула халат, ощущая под его взглядом свою наготу. — Тогда мне и правда лучше остаться. — сейчас, он смотрел оценивающе. — Если вам нужен душ, можете воспользоваться нашим. Тут пока ничего не установили. — девушка вздрогнула, так быстро он оказался рядом. Нос к носу, глаза в глаза. — Наши были правы, насчёт тебя. Слишком добрая и наивная. Совсем не для этого места. — насмешливо заявил он. Чарли замерла. Слишком острый у него был запах. Сигареты, какой-то крепкий алкоголь. Кожа и шерсть. И кровь, много и не вирианская. — Ты ранен? — спросила девушка и схватила его за руку, чтобы не упасть. Крови пациента на полу было вполне достаточно. Но марсианин легко придержал её за шиворот халата. От чего тот благополучно распахнулся. Белый хмыкнул, оценивающе пробежался глазами по её телу и словно нашкодившего щенка,переставил на сухое место. — Нет, кровь не моя. — очередная злая улыбка. Чарли не смогла заснуть даже когда пациент с группой поддержки улеглись. Перегруженный мозг никак не хотел вырубаться. Девушка решила принять душ. Снова этот запах. Терпкий... призывный. Чёрт! Что только не придёт в голову, когда с ног валишься? Через три часа прибыли техники и мебель. Девушке пришлось запить таблетку стимулятора кружкой кофе и самой следить за работами. Наконец больничный закуток залил яркий, дневной свет. Вдоль стен расположились диванчики. В свободном уголке своё место занял столик для пеленания. Сразу стало видно, что ремонт тут не делали очень давно. Но это, поправимо. На станции наверняка имеется робот маляр. Неужели папа не одолжит его на пару часиков? Они с Мглой выгребали мусор и пыль. Чарли лишь ненадолго присела на диванчик и провалилась. Ей снилась бушующая песчаная буря. Но она не пугала, а согревала, кажется. Внезапно кто-то ущипнул её за нос. Приоткрыв глаза, Чарли ласково улыбнулась при виде красных глаз. По её щеке скользнуло тепло. — Ты в курсе что пускаешь слюни, когда спишь? — поинтересовался белый марсианин, моментом разбивая очарование своих глаз. Девушка встала и тут же зевнула. — Твой друг проснулся? — она потёрла глаза. Белый кивнул и направился в сторону палаты. У вирианина были жёлтые глаза. И слабая улыбка на губах. — Как вы себя чувствуете? — спросила девушка и начала растирать руки. Никому не могут быть приятны ледяные пальцы. Особенно на беззащитном животе. — Должен был подохнуть, но отчего-то выжил. — с усмешкой ответил пациент. — Да кто бы тебе позволил. — буркнул белый, хмурясь. — Винни, я тебе говорил, что ты слишком сентиментальный для того, чем занимаешься? — вирианин скривился. Так-то, смех и рана на животе не совместимы. — Чёрт, однажды я всё же отрежу тебе язык. — белый вздохнул и присел на кровать. — По старой дружбе, под каким-нибудь убойным наркотиком, чтобы не очень больно. Чарли осторожно ощупывала чёрную кожу. Воспаления нет, уже хорошо. — Мгла, измерь температуру. — попросила она. — Ой, да ладно вам, девчонки, я уже совсем здоров. — сверкая белозубой улыбкой заявил вирианин. И помахал чёрным хвостом с забавной кисточкой. — Предпочтительнее ректальное измерение температуры? — Мгла крутанула градусник в пальцах. Пациент открыл рот, куда тут же и получил этот самый градусник. Все показатели были в норме. Чарли уже собралась уходить, когда марсианин схватил её за руку. Девушка обернулась. Снова хмурится. Почему он всегда хмурится? — Меня не будет два дня. Не дай ему свалить! Головой отвечаешь! — не приказ, но и не просьба. — Без сопливых скользко! — неожиданно для самой себя, выдала она. Белый опешил и это позволило ей сбежать. Робот исправно украсил стены её любимыми пейзажами. На одной стене теперь бушевал океан. Серые валы с белыми шапками пены. В тупике, расстилался космос. А вот на другой стене была изображена красная пустыня и буря. Неукротимая стихия. Несколько пациентов за эти два дня, позволите ей даже выспаться. Ксеносы, все как один были вежливыми. Единственный, за эти дни, человеческий пациент, попытался её склеить. Причём, эта наглая рожа не сомневалась в своём успехе. Кажется, на лице Мглы, когда она выкинула мужика за дверь, промелькнуло удовольствие. Белый вернулся ночью на вторые сутки. Постучал в дверь. Чарли поняла, что что-то не так. Он держался за живот, но продолжал ухмыляться. — Дежавю? — девушка вышла в коридор, открывая дверь в кабинет. — Не, у меня в лайтовом варианте. — он ещё и шутил. Марсианин явно сцепился с тем кто обладал внушительными когтями. — Вот это я понимаю, обняли так обняли. — скривилась Чарли. — Твоя подружка? — Ага, у нас нежные чувства. — он стянул куртку, всё больше кривясь. — Никогда бы не подумала, что церианская медведка может запасть на такого как ты?! — девушка прикусила губу. Марсиане выносливы и хорошо регенерируют. Но на белой шерсти, эти отметины смотрелись слишком неправильно. — А ты в теме. — марсианин сидел на столе. И стало видно, что отметины идут от позвоночника и почти до пупка. — Ложись на живот, мачо местный, будем латать твою шкуру. — она прижала стерильную повязку к его животу. Он перехватил её. Их пальцы соприкоснулись, лишь на миг. Но по спине девушки пробежал табун мурашек. Под включенной лампой стало видно огромное количество шрамов на его спине. Поданный ей зажим с ватным тампоном выскользнул из рук. Марсианин прищурился. — Говорю же, я неотразим. — спокойно, даже весело. Он не вздрогнул, когда по открытым ранам потекло жидкое обеззараживающие. Девушка приняла из рук Мглы шприц с тонкой иглой. — Не трать зазря. Шей так. — он не отрывал от неё глаз. — Да сейчас! Машина для склеивания легче идёт по расслабленной коже. — врала, причём нагло. И белый просёк это моментально. — Ложь. — пальцы сжались на краю стола. — Ложь. Я просто не люблю делать больно. Хочешь кайфануть, мазохист фигов, сам себя шей?! — какой же всё-таки вредный марсианин. Машинка сваривала вместе края ран. И белому приходилось то и дело поворачиваться. Уже заканчивая, девушка практически уткнулась в его живот. И услышав выдох повернула голову. Он смотрел на неё странно. Жадно. Впервые, над операционным столом, её посетило желание прижаться губами к телу пациента. А может и не только губами. И это ужаснуло. Вкатив марсианину антибиотик и противовоспалительное, она отошла от стола. Спиной к нему было значительно легче. Ей снова снилась пустыня. Красный песок и буря. И белый и чёрный ксеносы покинули больницу через два дня.