Вибраниумный маг

За свою не очень долгую жизнь, всего-то недавно перевалившей за третий десяток, лейтенант Брок Рамлоу считал, что повидал если не все, то многое и в этом списке не было радужных пони и гор сладкой ваты, скорее наоборот. Брок искренне считал, что познал самое дно жизни и даже заглянул под него, но что поделать, тяжелое детство в приютах, армия, а потом наемничество и служение Гидре, не способствовали выработке в нем веры в светлое будущее и человечность. Единственные, кто хоть немного удостоился заботы от потерявшего веру в жизнь командира, были его бойцы из Страйка, которых он практически вылепил своими собственными руками, а на остальной мир Броку было плевать. Или так он думал, пока его не познакомили с главным оружием Гидры – Зимним Солдатом и не приставили к нему в качестве нового хендлера, по-простому – дрессировщика. Стоило только посмотреть в глаза супероружия, как мир лейтенанта перевернулся, и на его небосводе зажглась еще одна звезда, которую он должен был укрыть собой и защитить. Кажется, то же самое понял и Солдат, который в тот момент даже воспринимать ничего не мог, но этот взгляд почувствовал и осознал. С тех пор для Страйка и их командира начались новые времена, где каждый старался обогреть и позаботиться о Солдате, потому что каждый видел, насколько тот поломан в душе, намного больше, чем каждый из них вместе взятых. Не до конца очерствевшим воякам было больно смотреть на мучения Солдата, когда того травили своими экспериментами садисты-врачи, вновь и вновь проверяя его живучесть с помощью новых ядов, но это было не так страшно, как обнуление. За малейший сбой в поведении, Солдата усаживали в кресло и подчистую стирали воспоминания, оставляя только базовые настройки и полезные знания, делавшими из него винтовку с глазами. Поначалу на таких сеансах присутствовал весь Страйк, обеспечивая безопасность тех, кого хотелось растерзать, потом Рамлоу все чаще оставлял большую часть бойцов за дверями, оставаясь только со своим заместителем Джеком Роллинзом, а в последний раз и вовсе остался один. Покидать Солдата в этот момент слабости он никак не хотел и не только потому, что по регламенту он первый, кого должен был увидеть Зимний, чтобы и дальше исполнять его приказы. Удивительно, но даже после обнулений Солдат помнил Рамлоу и приходил в бешенство, если не заставал командира возле себя. И стоило только Броку подумать, что больше его ничем не удивишь, ведь за время служения он даже увидел пришельцев и целых богов, как его пригласили посмотреть на нового подопечного, которого еще предстоит доработать, и он обязан быть там, следя за каждым этапом «улучшения». Не подчиниться прямому приказу Брок естественно не мог, а потому ровно в назначенное время стоял перед тяжелыми металлическими дверями, а за левым плечом тенью следовал Зимний, злобно сверкая на всех взглядом, от которого казалось можно было рассыпаться на месте. Входить в холодное полутемное помещение под несколькими тоннами земли и металла уже было неприятно, но стоило увидеть на огромном лабораторном столе тонкую бессознательную фигурку, как Брок почувствовал стекающий по спине неприятный ледяной пот. Вокруг стола с пристегнутым подростком толпились врачи, техники и высокое начальство, поэтому Брок со своим сопровождением постарались встать как можно дальше от них и поближе к выходу, но даже так они прекрасно видели все, что происходило в центре комнаты. Вперед, под ослепляющий свет ламп, вышел, как Брок догадывался главный техник в белом халате и, смотря прямо на Пирса, принялся за презентацию своего нового эксперимента, буквально лучась от гордости и собственной важности. У Брока от его самодовольства заныли разом все зубы, а кулаки так и чесались, чтобы начистить его рожу, но командир Страйка сдерживал свои порывы. Пока что. Солдат, чувствуя недовольство командира и сам начал раздражаться, готовый броситься вперед по первому приказу. Учёный продолжал вещать и Брок старался вслушиваться в каждое слово, чтобы знать, с чем ему в очередной раз придется столкнуться. Из хвалебной и технической чепухи удалось вычленить немного, из главного было то, что парень на столе являлся магом, причем невероятно могущественным и бессмертным, и Брок не представлял, как его при этих талантах удалось схватить Гидре, которая намеревалась сделать из него еще одно подвластное своей воле оружие. - По проведенным ранее тестам, объект излучает неизвестную энергию, что вступает в конфликт с электронными приборами, устойчив к большинству известных ядов животного и искусственного происхождения. Предположительно бессмертен, мозг быстро восстанавливается, но на остальную регенерацию уходит много времени, физические показатели ниже среднего. При блокировке магии все показатели снижаются до обычного человеческого лимита. Устойчив к электрошоку, поэтому личность не может быть стерта. Воспоминания заблокированы самим объектом после перенесенных испытаний. Цель эксперимента: улучшить физические показатели и регенерацию с помощью нового состава сыворотки суперсолдата, изменить состав крови с помощью облучения энергией тессеракта. Внедрить в кровь, кости и ткани вибраниум. Установление якоря и куратора. Брок слушал и все больше презирал всех находящихся в зале, которые довели мальчишку-мутанта до сумасшествия и жаждут посмотреть, что с ним станет после новой сыворотки. Интересно еще, как они собираются с ним управляться, если его невозможно укротить как Зимнего кодами и стиранием памяти. Кулаки с каждой минутой сжимались все сильнее, как и у Солдата за спиной, что был очень тонко настроен на смену настроения своего командира и сейчас чувствовал его недовольство, вызванное лежащим на столе парнем. В то же время, как учёный закончил с докладом, к лабораторному столу опустилась конструкция с трубками и длинными иглами. В литровых емкостях, которые с ними соединялись, переливались неоновым светом различные составы, которые вскоре один за другим вольются в тело бедного парня. Брок, как и прежде с Зимним при обнулениях, заставлял себя смотреть и не отводить взгляд, запоминая, и может, когда выдастся удача, напомнит Гидре об их зверствах. У стола стало оживлённее, из парня начали выкачивать кровь, совершенно не замечая, как он при этом бледнеет практически до синевы, пока из него по капле вытекает жизнь. По предположениям Брока, когда они закончили, крови в парне осталось на самом донышке, удивительно как в нем еще жизнь держалась. Но пустое место не может оставаться таким слишком долго и заместо крови начали вливать фосфоресцирующую жидкость фиолетового цвета – жидкий вибраниум. Брок точно его определил, так как недавно тот же состав тестировали на Солдате и, судя по тому, как суперсолдат потом несколько дней не мог пошевелиться, процедура была крайне болезненной. Может даже и хорошо, что парень без сознания, меньше почувствует. Вены тут же расцветились фиолетовым под полупрозрачной кожей, а в парня уже вливали следующий состав, ярко-голубой. Сыворотка. И не сбавляя оборотов, опустился последний состав и тонкая игла стала вплавлять в тело расплавленный вибраниум, вырисовывая на руках, груди и ногах невообразимо красивый рисунок из отливающих серебром линий и это было бы поистине красиво, если бы кожа в этих местах не прожигалась до костей. И в заключение всего – облучение энергией артефакта инопланетного происхождения. Брок смотрел на парня почти не мигая и только поэтому первым, помимо Зимнего, сообразил, что тот пришел в себя. Еще не окончательно, но губы начали подрагивать, как и пальцы, а вокруг сильнее загудела техника. По крикам засуетившихся техников Брок понял, что магия буквально рвалась из парня, несмотря на антимагические наручники, которые уже не справлялись со сдерживанием силы молодого мага. Понимая, что парень вот-вот очнется от разрывающей его адской боли и откроет глаза, Брок поспешил к столу, не желая, чтобы первое, что он увидит, были безжалостные техники. Зимний естественно двинулся за ним и никто не посмел его остановить, если не хотели лишиться жизни и только из-за этого они успели вовремя, остановившись перед столом ровно в тот момент, когда маг открыл глаза. Тут же поток магии двинулся к ним, желая покарать своих обидчиков, но Брок не был бы собой, если бы не смог найти решение. Подняв руки в безоружном жесте, он начал говорить, тихо, еле слышно, пытаясь успокоить, являя собой и Солдатом защиту, надеясь, что все получится. Маг слушал внимательно, смотря затуманенными от боли глазами, но постепенно успокаиваясь, пока Брок внутренне стирал холодный трудовой пот, поздравляя себя с тем, какой он удачливый сукин сын. А потом парень перевел взгляд на Солдата и видимо увидел в нем нечто важное, так как поток магии успокоился, а он вновь потерял сознание. Перед проявившим инициативу Броком тут же возник Пирс, брызжа слюной и ругательствами, говоря что-то о сорванном эксперименте из-за его вмешательства. Что теперь он стал для мага якорем, самым важным существом на планете, ради которого стоит жить и защищать, когда изначально на эту роль планировалось поставить Солдата. Брок от таких новостей немного прифигел, но внешне остался безучастным к выволочке начальства. Оставалось только думать, чем это впоследствии обернется в будущем. Но так как связь между ними уже образовалась, хотя было непонятно, как умники это определили, Брока и Зимнего попросили на выход, чтобы больше ничего не испортили. *** В следующий раз Пирс вызвал их через три дня, в тот же бункер, где до этого происходило истязание над магом. Тот все так же был прикован к столу, только сдерживающего металла стало намного больше. Пирс был как всегда самодоволен, рассказывая Рамлоу о его новом подопечном, хвалясь между делом, что является куратором мага, единственной его сдерживающей силой, которая в случае непослушания лишит парня якоря и смысла жизни, то есть Брока. Для Рамлоу было больно слышать, что его жизнь для кого-то настолько дорога, что он будет жертвовать своей свободой в угоду мелочного и жестокого мудака. Сердце от этой мысли неприятно сжалось. Парня отцепили от стола, который сейчас зачем-то стоял вертикально и он повалился на пол безвольной тушей, сильно ударившись о каменный холодный пол. Парня было по-человечески жаль, так как никто со дня эксперимента не удосужился не то, что кровь с него стереть, но даже во что-нибудь одеть. Брок единым жестом сорвал с себя форменную куртку и накинул ее на съёживающегося парня под проницательным взглядом Пирса, которого сейчас хотелось просто-напросто убить. А тот продолжал. - С этого дня Жнец поступает в ваше распоряжение. У вас месяц, чтобы натренировать его достаточно для проверки потенциала. Все необходимые инструкции уже у вас на столе и надеюсь Рамлоу, что вы меня не разочаруете. И последнее, не думайте, что ваш новый статус хоть как-то вам поможет, любого можно заменить. - Я вас понял, директор Пирс, - сквозь зубы ответил Брок, сдерживаясь из последних сил. Пирс окинул его внимательным самодовольным взглядом, словно весь мир принадлежал ему (на самом деле нет, но жизнь одного конкретного наемника очень даже) и собирался уже покинуть бункер, как сделал вид, что вспомнил о чем-то в последний момент и, подойдя к Жнецу, за волосы сильно дернул его голову наверх. Они замерли, смотря в глаза, и у Брока возникло чувство, что Пирс мысленно что-то говорит пареньку, отчего тот сильнее бледнеет и как-то потеряно кивает в конце. Брок почти пропускает момент, когда Пирс достает что-то из кармана и надевает на шею мага, а разглядев, сильнее сжимает кулаки. Толстая полоска темного металла очень уж походила на рабский ошейник. - Этот артефакт надежно закроет настоящую личность так глубоко в разуме, что он оттуда никогда не выберется и снять его смогу только я, - зачем-то сказал Пирс, хотя и так было понятно, что за столь сильного парня взялись всерьез и Броку опять стало интересно, как его смогли поймать. После этого Пирс, наконец, ушел окончательно и они с Солдатом остались наедине со Жнецом. Странный позывной ему дали, но может Брок найдет пояснение в тех файлах, что ему оставили для тренировки нового супероружия. Сейчас же парень, довольно молодой, никак не походил на это звание. Да он даже стоять самостоятельно не мог или же не хотел, так или иначе, но он все так же оставался на ледяном полу и вставать явно не собирался. - Ты можешь встать? – решил все же начать общение Брок с новым подопечным, не совсем уверенный в том, что надо говорить. Жалость в нем боролась с приказом сделать из него еще одного Зимнего, а тут без жестокости не обойтись. Парень не ответил, но посмотрел так, что Брок реально застыл. До этого момента ему как-то не доводилось видеть глаза парня настолько близко и открыто, и вид двух изумрудов поразил наемника в самое сердце. Настоящие колдовские глаза. Магию момента прервал Зимний, который переместился от плеча Брока к Жнецу и, не мудрствуя долго, просто подхватил его на руки, вместе с курткой брошенной ранее. Смотрелась это несколько дико, по сравнению с Солдатом Жнец выглядел совсем ребенком. И жалость начала перешивать чувство долга и собственного сохранения. В расположение отряда шли молча, не желая выдавать свои тайны понатыканным на каждом углу камерам, вот доберутся до своего пристанища и смогут спокойно поговорить и обсудить, что им делать дальше. Зимний, уже немного пришедший в себя после последнего обнуления, перестал изображать бездушную машину стоило им только пересечь казармы Страйка и так посмотрел, что было понятно, его одолевают схожие чувства, вон как вцепился в мальчишку и не отпускает. - Для начала надо бы привести его в порядок, - больше для себя пробормотал Брок, но Солдат, никогда не жаловавшийся на плохой слух уже понес Жнеца в сторону душевых. Теперь осталось найти для парня одежду подходящего размера, а это было довольно сложно, так как в Страйке все отличались богатырскими размерами, даже Мэй, единственная девушка в отряде была на порядок больше их нового подопечного. Но даже так в данной ситуации это намного лучше, чем вообще без ничего и Брок отправился на поиски Мэй. Пока разбирался с одеждой успел пересечься взглядом с Джеком, своим замом и жестом показал, что все вопросы после и поспешил к душевым, не желая оставлять Зимнего надолго. В результате Брок отсутствовал примерно минут пять, но ему казалось намного больше, особенно когда он увидел крайне занимательную картину того, как Солдат, полностью обнаженный, аккуратными движениями промывал черные волосы парня. Брок застыл и видимо в ближайшее время это станет для него довольно привычным состоянием, но кто бы не остался равнодушным, увидев перед собой двух таких разных, но по особенному, совершенных людей. Точнее не совсем людей. С Зимним и так понятно, Брок восхищался им с самой первой встречи и осознание опасности, что может нанести лучшее оружие Гидры за любой неподобающий взгляд в свою сторону, только подстегивал командира Страйка присвоить себе этого потрясающего суперсолдата. Жнец казался его зеркальной противоположностью: тонкий и изящный в противовес мощному Солдату. Его даже сложно было назвать жилистым, настолько сильно тот был истощен. Такого хотелось защищать, и видимо Зимний поддался этим чарам, как однажды и сам Брок по отношению к нему. Очень хотелось присоединиться к ним, но Брок отогнал от себя такие мысли, позволяя Солдату пока в одиночку устанавливать контакт, а он сам пока понаблюдает, ведь это не преступление. Взгляд Брока часто останавливался на тонких линиях вибраниума, которые создавали на теле Жнеца замысловатый узор и слегка блестели, походя на татуировки, а потом перед глазами сразу вставала картина, как парень получил эту «красоту» и его передергивало от отвращения и фантомного запаха горящей плоти. Брок вспомнил слова Пирса о том, что стал якорем Жнеца, знать бы еще точно, что это значит на самом деле, а не только скупые объяснения о самом дорогом. Но и так понятно, что если Брок накосячит, то больно будет парню, потому что тот не сможет вынести наказания своего якоря. Это все было очень сложно для простого вояки и нужно было время, чтобы все хорошо обдумать, но быть заложником и одновременно тюремщиком Броку раньше не приходилось. Его жизнь сдерживает чужую свободу и он не собирался так это оставлять. Когда с водными процедурами было, наконец покончено, Брок смог получше разглядеть Жнеца, пока Зимний сушил его короткие волосы полотенцем. Стоило признать, что все было не настолько плохо, как казалось в бункере. Парень хоть и оказался худым, но достаточно жилистым, правда Брок не знал, был ли он таким до сыворотки или нет, ведь она улучшала физические показания. Рост оказался средним, примерно на полголовы ниже Рамлоу тоже не отличающегося двумя метрами, как тот же Солдат. Кожа слишком бледная, короткие волосы подстрижены неровно, так чтобы закрывать еле заметный шрам на лбу и зелёные глаза, сейчас словно покрытые ледяной корочкой, ничего не выражающие. Вполне обычный подросток, не старше семнадцати, судя по виду, которому многое пришлось пережить, так думал Брок, пока парень не повернулся к нему спиной. Если несколько дней назад Брок считал, что парень страдал только с момента попадания в Гидру, то сейчас был готов забрать свои слова назад, так как на спине Жнеца обнаружился шрам. Он занимал почти всю спину, начинаясь между лопаток и доходя почти до талии и выглядел так, словно его выжигали на коже калёным железом, как клеймо. Да и странный рисунок чем-то его напоминал: треугольник с выходящей из вершины прямой и вписанный внутрь круг. И как Брок уже отметил, шрам был старым, очень старым, нанесенный не менее десяти лет назад. Неужели кто-то когда-то клеймил ребенка? За что? Брок перевел взгляд на Зимнего и увидел, что в его глазах читались те же вопросы, а ещё желание убить всех тех, кто это сделал. Брок не знал, почему Солдат взял под опеку этого паренька, но был этому очень рад. Одежда ожидаемо не подошла по размеру и была слишком велика, но искать что-то меньше сейчас не было возможности. Брок немного побурчал и принялся потуже стягивать ремни, чтобы штаны не слетали. Жнец смотрел на его потуги как-то индифферентно, после чего провел рукой вдоль тела и одежда сжалась до нужного размера. Просто магия какая-то. Тут-то до Брока дошло, что парень на самом деле является магом, ведь об этом говорили, а он не сразу осознал реальность происходящего. *** Знакомство с отрядом преподнесло несколько сюрпризов. Самый главный заключался в том, что стоило парню увидеть команду состоящую из тринадцати парней и девушки, что своим видом могли сравняться с Зимним, как он схватил Брока с упомянутым ранее Солдатом и что-то прокричав на незнакомом языке, создал вокруг них полупрозрачный щит, прочный даже на вид. Понять, что Страйк полным составом его напугал, было не сложно, все же они создавали довольно угрожающее мнение, особенно когда стояли все вместе. Брок даже хотел засмеяться, но ситуацию требовалось исправлять. Повернувшись к Жнецу, все ещё удивляясь на выбранный позывной, Брок постарался как можно понятнее и мягче объяснить, что люди за щитом не опасны. То, что надо было обращаться именно мягко, но, никак не сюсюкаясь Брок понимал и без подсказок вычитанных когда-то в умных книгах, хотя бы на первых порах. Но парень среагировал только тогда, когда к нему "обратился" Зимний. Снова безмолвный обмен взглядами и щит спадает, так же как и тот, кто его вызвал, но был вовремя подхвачен Солдатом. - Обморок, - односложно доложил Солдат и было понятно, что беспокоиться не следует. Брок же тем временем оглянулся к остальному отряду, все же желая представить им нового члена. - В общем, с этого дня у нас пополнение по приказу Пирса. Позывной Жнец. Возможный маг, прошедший испытание сывороткой. Возможности неизвестны, но у нас всех месяц на то, чтобы это исправить. Поближе познакомитесь позже, и, пожалуй, не все сразу. Большего говорить не стоило, все и так все поняли правильно, поэтому оставив Жнеца на попечении Солдата, который точно к нему никого в ближайшее время не допустит, Брок удалился в свой кабинет, чтобы все же ознакомиться с информацией на нового бойца. Точнее так он думал, что ему понадобиться много времени, но данных по Жнецу было настолько мало, что на изучение понадобилось меньше часа, а все остальное время Брок старался уложить все в голове. В предоставленной записке, а по-другому как-то назвать сей шедевр язык не поворачивался, был указан лишь пол, возраст (и Брок нехило так удивился, узнав, что парень старше него на два года) и так сказать профессия – маг, Повелитель смерти. Конечно же, без всяких пояснений, так что сиди и разбирайся сам. В графе навыков тоже было негусто и легче было описать, все, что душа пожелает. Из подтвержденных, было лишь мгновенное перемещение, владение поражающими цель проклятиями, что заставляли ее неподвижно застывать, уже знакомый щит и вызывание голубого пламени. А вот дальше шли прогнозы учёных, которые нашпиговали парня коктейлем из сыворотки и вибраниума. Почти стандартный список: регенерация, улучшение реакции, ускоренный метаболизм, сила. Но также было и кое-что новенькое, например как, создание оружия из крови, управление металлом, наноброня и адаптация к любым условиям, что и предстояло проверить Броку и его команде. Ну, еще и лично от себя, Брок решил обучить парня рукопашному бою, в чем ему, несомненно, поможет Зимний. Составив примерный план действий, командир Страйка поспешил вернуться к своим бойцам. Вернувшись, Брок застал невероятную в своей нелепости картину. Весь отряд Страйка подпирал стены, держась на безопасном расстоянии от расположившегося в центре на матах Зимнего, который сжимал в объятиях Жнеца, словно тот был плюшевой игрушкой. Последний против этого ничего не имел, внимательно смотря куда-то вверх и жестикулируя руками. Броку стало интересно, поэтому он тоже посмотрел чуть выше, удивляясь, как сразу не обратил на это внимания. На высоком потолке тренировочной базы, что сейчас выглядел как ночное небо, сверкали самые настоящие звезды и, как и они, были холодны и пусты. Такие же, как глаза Жнеца, что за ними наблюдал. И Броку было так больно видеть этот взгляд, что захотелось вернуть в него свет. *** Тренировки Жнеца проходили странно даже для тех, кто не так давно познавал общение с не до конца размороженным Зимним. Если Солдат был как робот или винтовка с глазами и мало проявлял эмоции, то Жнец был несколько другим, еще более закрытым и сломленным, и Брок даже не догадывался какие события должны были так повлиять, чтобы сделать из живого человека тень. Он никогда не говорил, но всегда понимал, что от него хотел Брок, когда он приводил его в зал для тренировок и говорил, что они должны заняться магией, хотя и сам не знал, как это должно быть. Жнец кивал и вокруг него начинали летать предметы, загораться огни или лить дождь. Выглядело это иногда забавно, а иногда опасно, когда из воздуха начинали появляться змеи ядовитой окраски, особенно когда они оплетали Жнеца так, словно хотели его защитить. В такие моменты Брок не раз замечал ревнивые взгляды со стороны Солдата, если вообще его можно представить испытывающего такие эмоции. Зато Зимний воодушевлялся, когда дело доходило до рукопашного боя. В такие моменты он никого к парню не подпускал, даже командира, прорабатывая все удары самостоятельно и получая от этого искреннее удовольствие, так как в схватках со Жнецом не надо было сдерживаться. Парень был юрким, быстро соображал и просчитывал бой на несколько ходов вперед, а еще он был бессмертным и покрыт самым мощным металлом на земле, который укрывал его даже от вибраниумного протеза Зимнего. Ну и помимо этого, отвечал на опасные выпады магией: огнем, льдом, странным заклинанием, что рассекало плоть до костей и много чем еще не менее смертоносным. И, по общему мнению, их поединки всегда заканчивались ничьей, так как насколько бы не был силен Жнец, но против более полувекового опыта не попрешь, да и Солдат был настолько упрямым, что мог сражаться даже с тяжелыми ранами, которые почти сразу затягивались благодаря ускоренной регенерации. Нередко на такие тренировки приходил Пирс, и каждый раз оставался доволен своим новым супероружием. И явно был горд, что смог создать нечто настолько полезное для нужд родной организации. Брока это злило, как и Солдата, который за пару недель без прочистки памяти, стал резко очеловечиваться. Наверное, это был единственный плюс в нынешнем положении, что Пирс настолько был заинтригован новой игрушкой, что забывал чистить старую. Это развязывало Солдату и Броку с отрядом руки и помогало строить пути побега, который и так долго откладывался из-за неуравновешенного характера высокого начальства. А сейчас к ним прибавился и Жнец, которого тоже намеревались спасти, но что было особенно сложно из-за ошейника на его шее. Солдат хотел разобраться с этим, заставить Пирса снять ошейник, но он тоже был уязвим из-за кодов, поэтому спасть всех в очередной раз предстояло Броку. *** Месяц пролетел быстро и вот был назначен официальный смотр Жнеца. Брока вся эта показуха с повышенным вниманием невероятно бесила, но поделать он ничего не мог. Жнец был готов, по крайней мере, настолько, насколько можно быть готовым за такое короткое время. Брок, да и весь его отряд, успели оценить его возможности и ограничения в магическом плане, а так же физические тренировки, которые сделали Жнеца явно быстрее и ловчее, но никак не сильнее. Мышцы словно отказывались нарастать на его тело, все еще оставляя его крайне худым, но самому Жнецу это похоже никак не мешало. Раз его это не волновало, а главное, не мешало, то и Броку нечего было волноваться. Но все же было кое-что, что его волновало – пустота из глаз парня так и не ушла. И это после всех стараний по очеловечиванию этой «механически двигающейся куклы». Весь этот месяц Броку так же было запрещено выезжать на мисси, по крайней мере, не со всем отрядом и не с Зимним, словно Пирс чувствовал, что если отпустит их всех, то они больше не вернуться. В принципе они так это и планировали до того момента, как в их рядах появился новый боец, которого Брок просто физически не мог бросить, да и не хотел: либо они уходят всей командой, либо не уходят вовсе. Только так. Команда как всегда поддерживала своего лидера безоговорочно, как и Зимний. Мнение Жнеца понять было невозможно, но все склонялись к тому, что он тоже согласен. Для демонстрации навыков их всех привели в огромный подземный комплекс с развернутой полосой препятствий, мишенями и пустым местом в центре. Высшее руководство расположилось на трибунах за пуленепробиваемым стеклом, Брок и его бойцы рассредоточились вдоль полигона, так что в центре остались лишь Жнец и Солдат. Испытания по большей части им придется выполнять вместе, чтобы показать истинную силу, что должна была быть не хуже, что уже представлял из себя Зимний солдат, давний и самый ценный актив Гидры. Поначалу все шло хорошо. Два суперсолдата без труда проходили полосу препятствий, стреляли по мишеням (один из винтовки, другой огненными шарами), а после устроили рукопашный спарринг, что выглядело особо впечатляюще, учитывая разницу в размерах. Схватка шла почти на равных и там где Солдат выигрывал силой, Жнец брал хитростью и ловкостью. Для всех казалось, что бой был на пределе возможностей, так как оба получали и мгновенно заживляли повреждения, но Рамлоу и его бойцы знали, что данная демонстрация далеко не предел, но все же больше, чем показывал Солдат ранее. Бой пришлось остановить Пирсу, так как было понятно, что его можно продолжать очень и очень долго, но у руководства Гидры были дела поважнее, чем осмотр ценного оружия. Все шло вполне хорошо, но Брок не спешил расслабляться, и как показали дальнейшие события, это было верным решением. Когда Пирс лично спустился вниз, покидая защищенную всеми возможными способами смотровую ложу, все почувствовали неладное. Брок мог даже сказать, что по его спине промаршировали ледяные мурашки, но все же он был военным, так что остановился на просигналившем чутье. Бойцы заметно напряглись и к бойцам Брок также отнес Солдата и Жнеца, что давно уже стали частью команды. Пирс подозвал Брока к себе и на его лице было столько самодовольного любования, что наемник боялся, что оно вот-вот треснет по швам. Интуиция вопила бешенной сиреной с каждым шагом, но Брок продолжал идти, сохраняя спокойный и невозмутимый темп, никак не показывая, что чувствует надвигающийся звездец. Стоило ему встать рядом с Пирсом, как тот сразу ухватил его за шею, приставив к ней нож. Ростом они были схожего, но вот телосложения разного и сейчас Брок был словно его недобровольным щитом. Рамлоу на нож даже не дернулся, что-то такого, ожидая, особенно когда его повернули лицом к Жнецу, для которого Брок вроде как являлся якорем и самым значимым на свете человеком. Но видимо кандидатура Брока на это место Пирса не устраивала и он решил его заменить. Брок вполне мог принять это спокойно, но видел, как от этого простого действа глаза Жнеца разгорались инфернальной зеленью. Совсем не так, как это было при угрозах месяц назад. Тогда Жнец был не таким эмоциональным и защищающим. Что ж, кажется Броку все же удалось пробиться под эту безэмоциональную броню, он мог вполне собой гордиться. *** Гарри за всю свою жизнь пережил немало невзгод и страданий, а стоило оказаться в волшебном мире, так все несчастья словно решили раздвоиться и обрушиться на его голову разом так, что ему лишь в последний момент удавалось избегать смертельных опасностей. Но в любом случае, от Смерти убежать не вышло, более того, пришлось идти к ней самому и тем самым выполнить еще одно условие для становления бессмертным. Чего Гарри естественно не хотел, но кто его вообще спрашивал? Впрочем, как всегда. Умирать от Авады Волдеморта было не больно, а вот принимать наследие Смерти очень даже. Особенно когда на его спине извечным пламенем выжигалось клеймо Даров Смерти. Этот шрам не уйдет с его тела никогда, как и молния на лбу, зато все остальные отметины его бурной жизни волшебным образом исчезли. Смешно сказать, но со смертью все его недостатки, кроме почти скелетированной худобы, исцелились. Особенно его в этом плане радовало улучшившееся до небывалых показателей зрение. Это в какой-то мере помогало не замечать отрицательные стороны бессмертия. В первые годы все было хорошо. После победы над Волдемортом мир постепенно начал меняться, но слава всем богам не настолько кардинально, как многим того хотелось. Маги все еще были крайне консервативны, а из-за множества погибших еще и закрыты. Стоило только отгреметь победным фанфарам, как все, кто мог это сделать, закрылись в своих менорах и домах и никого не впускали, появляясь лишь на редких мероприятиях. Гарри тоже закрылся на площади Гриммо, что не нравилось его друзьям, ожидающим от него решительных действий в переделке старого чистокровного мира в нечто новое и свободное от предрассудков. Но Гарри ничего не стал делать и порой не виделся со своими ближайшими друзьями месяцами, если не годами. Время после смерти текло для него странно непостоянно, то несясь на всех порах, то замедляясь. Из-за этой особенности восприятия Гарри вдруг стал ненавидеть часы, что никогда не совпадали с его внутренним ощущением, но при этом были последней надеждой для ориентации в окружающем мире. Оказалось, что то, что для Гарри прошло достаточно быстро, для окружающих составило несколько лет и когда он появился на очередной годовщине победы, все смотрели на него с настороженностью. Гарри совсем не изменился за прошедшие десять лет. Он уже не был таким потрепанным, все травмы зажили, цвет лица теперь был здоровым, а одежда сдержанней, но во всем остальном, его облик так и остался семнадцатилетним, когда остальные явно стали выглядеть старше. Тогда Гарри не обратил на это внимания, но это был первый звоночек в разрастающейся ненависти. До обвинений дело еще не дошло, но первые сомнения появились. Когда и через пять лет, на очередной годовщине, его облик не изменился, поползли первые подозрения в темной магии. Те, кто знали о крестражах, прямо высказывали свои опасения, что и Гарри обзавелся похожей вещицей, не слушая его оправданий и объяснений. Потому что слова, что он стал Повелителем смерти для остальных звучали, как я наделал крестражей и стал новым темным лордом. Ему никто не верил, не принимая правду, а со временем Гарри настолько устал повторять одно и тоже, что в какой-то момент ему просто надоело. Вот тогда все, кто долгие годы жаждал его крови и падения, смогли разгуляться на славу. Гарри пытались поймать и убить, узнать его секрет, самому стать Повелителем смерти, но он умело оставлял всех с носом, пока не попал в ловушку от той, от кого не ожидал. Гермиона не могла смириться с тем, что бесценные знания уплывали из ее рук, и то, что эти знания были привязаны к ее некогда лучшему другу, бесило ее еще больше. На несчастье Гарри он все еще считал Гермиону той, кем она являлась раньше, а потому с радостью согласился провести с ней вместе время и попал в плен. В Гидру. Точнее его туда просто продали для опытов, чтобы потом получить все знания, которые скрывало его обновленное тело. Ну и конечно же, чтобы не попасть в застенки Гидры самим. Гарри был так поражен этим, что неосознанно запер свое собственное сознание, становясь похожим на жертву дементора. Он все еще мог частично функционировать и реагировать на мир, есть, выполнять простые движения и даже колдовать, но он почти не осознавал самого себя, не чувствовал боли, ничего не желал. Это его состояние казалось, даже нравилось тем, кто над ним измывался, так как он им никак не мешал, не спорил, не пытался напасть или сбежать. Они знали о нем и его силах не так много, лишь то, что могли рассказать о Гарри друзья, а это помимо бессмертия был почти стандартный волшебный набор, что изучали в школе. Гарри запер свое сознание и эмоции, но все же продолжал иногда наблюдать за миром, как сквозь щелочку. В один из таких моментов, испытав невообразимую боль, словно в его вены заливалось жидкое пламя, Гарри и встретил их: сильных, устрашающих, но невероятно притягательных мужчин, что пытались успокоить его боль словами. Гарри почувствовал, как между ними начала сформировываться связь: не дружба, не семья, а нечто большее, но этот притягательный миг, когда он почти был готов вернуться в «мир», прервали, надев на него старый ошейник от которого фонило такой сильной темной магией, что становилось дурно. Гарри был вынужден подчиниться, но не потому, что он был слабее, просто хотел выждать и вновь понять себя, проверить тех, кто теперь его окружал. И он не пожалел о своем решении притвориться бесчувственной куклой. Он узнавал новый мир магглов, который напоминал скорее боевик, чем реальную жизнь, проникался военной эстетикой и почти семейной идиллией. Ему это нравилось. Нравилось не чувствовать в людях фальши. Гарри  слышал, что они хотели сбежать и собирался помочь, но сначала ему было важно дождаться смотра способностей. Это был единственный приказ, что отдал тот человек, надевая на него ошейник, когда он все еще не хотел становиться собой, потому приказ и сработал так сильно, но после магия ошейника уже больше не будет над ним властной. Гарри дождался нужного дня и показал себя довольно хорошо. Не на пределе собственных способностей, но достаточно, чтобы впечатлить грезящих мировым господством магглов. Солдат рядом с ним поступал точно так же и Гарри уже не в первый раз замечал, как они с ним внутренне похожи, несмотря на то, что внешне они были как небо и земля. Гарри с Солдатом почувствовали приближение Пирса вместе и так же синхронно чуть не скривились, но один изображал из себя идеальное оружие, а второй все еще не освободил свое сознание достаточно, чтобы сбросить чары прямо сейчас. Пусть внутри них и бушевала буря, внешне это никто не распознал, ровно до того момента, как Пирс не совершил свою поистине легендарную ошибку – попытался убить командира. Это событие настолько разозлило Гарри, что прорвало наружу его истинную сущность Повелителя смерти, а смерть, как известно властна над всеми и никакой темной магии ее не удержать. Пирс и пикнуть не успел, как отлетел к самой дальней стене и если бы она не была укрепленной специально для суперсолдат, то он был легко смог ее пробить. В данном случае он лишь оказался пришпилен к ней темным металлом, словно был экзотической бабочкой и мог прекрасно наблюдать, как древний артефакт рассыпается в пыль на шее его нового супероружия. И остальные, почувствовав, что это идеальный шанс для побега, не стали медлить, а отправились разбираться с остальной верхушкой Гидры. Внизу вместе с Гарри остались лишь Брок и Солдат, у которых тоже были претензии лично к Пирсу, что хоть и осознавал свое плачевное положение, все еще пытался давить на рычаги контроля. К сожалению, русский он учил недостаточно хорошо, чтобы Солдат в кой-то мере осознавал его приказы, а над Гарри никто не мог быть властен, только если он сам не давал кому-то такую власть над собой. Пирс к таким людям точно не относился, а потому и жить ему, по сути, оставалось недолго. Гарри заглянул ему в глаза, применяя легилименцию, против которой у Пирса не было защиты, так как, несмотря на всю свою уверенность в собственной исключительности, Александр являлся обычным магглом и на него не действовали амулеты от настоящей магии. Гарри не знал, что ожидал увидеть в голове Пирса, но в первую очередь посмотрел сведения о себе, коих оказалось так мало, что становилось даже смешно. Почти ничего нового о его силах, помимо того, что поведала Гидре Гермиона, они узнать не смогли. То, что Гарри был сильным магом, вокруг которого иногда создавалось ощущение, что законы природы переписывались под него, он и так знал, как и те, кто ставил над ним опыты, просто их беда была в том, что они забыли – злить таких магов крайне неудачное решение, часто несовместимое с жизнью. После того, как посмотрел мысленные файлы про себя, Гарри двинулся дальше и стал искать все, что касалось Солдата, Брока и его отряда. Занятная информация, особенно та часть, что была связана с кодами. Их Гарри запомнил, но не для того, чтобы использовать, а для того, чтобы полностью уничтожить. Был и такой код. Гарри продолжил копаться может в не самой умной, но невероятно упорядоченной голове. Информация обо всех и обо всем так и мелькала перед глазами, перетекая в собственную память. Теперь он знал всех приспешников Пирса, всех скрытых и явных агентов, всех жертв, что имели перед Гидрой долги и всех подопытных, многие из которых были добровольными. Этого всего было достаточно, чтобы уничтожить Гидру раз и навсегда, когда он передаст эти сведения Страйку и сам присоединится для помощи. Гарри только надеялся, что его не прогонят. По ощущениям Гарри провел в голове Пирса достаточно много времени, но в реальности прошло лишь несколько минут. Все это время бравые наемники, которые успели разобраться с верхушкой организации, не могли понять, что происходит и почему Жнец смотрит в глаза Пирса, продолжая излучать холодное изумрудное свечение. Выведав все, что ему требовалось, Гарри просто и без прикрас свернул Пирсу шею. После чего, как ни в чем не бывало, повернулся к ожидающему его Страйку, что быстро отметили произошедшие с ним изменения: ясный взгляд и природная стать, что выдавала в нем скорее аристократа, чем зомбированное супероружие. Оружие никто даже не спешил доставать, понимали, что это бесполезно и справиться со вторым суперсолдатом мог лишь Солдат или командир, но те были к магу привязаны и вряд ли бы напали первыми. Гарри не мог не усмехнуться про себя, смотря на бравых наемников так, словно те были детьми. Это было недалеко от истины, ведь самым старшим помимо Зимнего, был Брок, а Гарри был его хоть и немного, но старше. - Жнец? – Брок решил отвлечь внимание мага на себя, не зная, чего от него ожидать. Рамлоу верил, что он не нападет на него, но не мог сказать того же о своих людях, поэтому старался чтобы фокус внимания подростка (внешне) был сосредоточен на нем. - Можете звать меня Гарри. - Ты все вспомнил? – с надеждой задал вопрос Солдат и Гарри понимал, почему его это волнует сильнее, чем остальных, ведь он сам был в похожем положении. - Я и не забывал. Просто был в шоке и не мог адекватно реагировать на реальность. Все же меня не каждый день близкие друзья продают в террористическую организацию на опыты. Гарри старался немного смягчить атмосферу, быстро приходя в себя и анализируя дальнейшие варианты развития событий. Его здесь больше ничего не держало и Гарри мог покинуть это место в один миг по щелчку пальцев, но бросать отряд к которому проникся некой симпатией даже в своем почти бессознательном состоянии тоже не хотел. Поэтому хотят они того или нет, но он еще немного с ними задержится и поможет в побеге, уничтожив любое воспоминание об этой базе. Зимний солдат как всегда сообразил все первым и двинулся на выход. Судя по его решительному виду, путь его пройдет через оружейную, в которой Солдат заберет все, что не приколочено, особенно свою любимую винтовку. Гарри, да и все остальные, разгадавшие его намерения, никак его не осуждали. Страйк тоже был вооружен, но по минимуму, а Гарри оружие наоборот не требовалось. Его силы изменились месяц назад, а потому ему даже теперь не нужна была палочка, но с ней в руке, он, тем не менее, выглядел более драматичным. К выходу, со всеми вытекающими преградами, добрались минут за пять, почти никого не встретив по пути. Все, кого они все же встретили, не пережили встречу с Зимним и теперь составляли оформление коридора. Гарри хоть уже и не был наивным гриффиндорцем, но все же не мог спокойно смотреть на трупы, которые с каждым поворотом множились почти в геометрической прогрессии. Страйк и вовсе не смотрел на них, не сомневаясь в работе Солдата. Они даже успели зайти за некоторыми личными вещами и догнать Гарри с Броком до того, как к ним из очередного коридора вышел Зимний с набитыми оружием сумками, ровно по числу страйковцев. Почувствовать свежий воздух впервые за, кажется, полгода, было для Гарри счастьем, даже если небо заволакивало темными тучами, готовыми вот-вот разразиться дождем. Из подземной и наверняка тайной базы Гидры, Гарри выходил последним, хоть Брок и хотел пропустить его вперед, все еще относясь к нему, как к ребенку. Гарри такого отношения к себе не понимал, даже если бы он был реальным семнадцатилетним подростком, а не взрослым мужчиной, запертым в таком молодом и бессмертном теле. Гарри откинул его руку и повернулся к выходу. Поведя плечами из стороны в сторону, в следующий миг он почувствовал тяжесть мантии-невидимки, а на левой руке сверкнуло камнем кольцо. Гарри не стал говорить трогательных речей или объяснять свои действия, а просто направил в сторону зияющего темнотой входа руку с палочкой и мысленно произнес: «Адеско файр». Тут же пламя, похожее на живых гигантских змей, сорвалось с его палочки и расползлось внутрь базы, не оставляя без внимания ни один, даже малозаметный уголок. Не прошло и нескольких минут, как со всем было покончено, а от грозного сооружения остался лишь выжженный и словно оплавленный кратер. В огне сгорели все трупы и документы, в том числе и Страйка, что держали их в повиновении долгие годы. Даже если где-то и были копии, это все равно было существенным шагом к началу новой жизни без дальнейшего преследования. Гарри повернулся к ожидающему его Страйку и сумел разглядеть много эмоций: от удивления до радости, но главной было – освобождение. И Гарри был рад, что смог дать его этим людям. Тем не менее, все понимали, что сбежать с базы, убив при этом несколько высокопоставленных руководителей Гидры, это всего полдела. Настоящим побег мог считаться, когда они покинут страну и засядут в безопасном, заранее обустроенном месте. Пусть побег и был внезапным, у Брока был план и на этот счет, но, как и любой другой, он состоял в том, что Страйку придется на неопределенное время разделиться. Чего никто из них не хотел, но по другому просто было невозможно, так как их группа привлекала бы слишком много ненужного внимания. По одиночке действовать было проще. Гарри понимал все это, а потому хотел предложить свою помощь этой занятной «семье». Гарри представлял это так: Брок был отцом и главой семейства, Роллинз, как его заместитель, брал на себя роль мамочки, Солдат был странным дядюшкой, от которого никогда не знаешь чего ожидать, ну, а Гарри, надеялся стать феей-крестной и вытащить всех отсюда. Он даже уже знал куда. У Блэков, чьим наследником он являлся, имелось много тайн, часто не наносимых на карты. Одной такой был небольшой никому не известный остров в Карибском море, о котором Гарри узнал не так давно. Он знал, что остров не был обозначен ни на одной маггловской или волшебной карте, но не представлял, как Блэкам удалось это провернуть. На острове точно должен был быть дом, но возможно он был заброшен с прошлого века, так что о его состоянии Гарри старался не думать. Но с другой стороны, им ли выбирать, особенно когда такой идеальный вариант сам падает в их руки. Гарри внимательно осмотрел весь Страйк, что-то мысленно прикинул, рассчитал и решил, что вполне может с этим справиться. Поэтому быстро, пока все не разбежались, велел взять себя за руки, чтобы перенести их в безопасное место. Безоговорочно его послушал только Солдат, сразу вставший по левую руку и вцепившись в нее, как в драгоценность. Брок немного сомневался, но поймав взгляд Солдата, решил довериться его чутью, особенно потому, что именно тот проводил с Гарри больше всего времени. Стараясь вылепить из него супер оружие. После того, как командир взял его за правую руку, все остальные не могли оставаться в стороне, беря друг друга за руки и образовывая круг. Гарри сосредоточился, призвал все свои силы и четко представил место, куда хотел попасть. Пусть он не знал, как выглядел остров, но в завещании были четкие координаты, без названия, лишь с пояснением, что это. - Держитесь крепче, - только и сказал Гарри, прежде, чем аппарировать. Это не было легко сделать с такой группой людей, но все же не настолько плохо, как Гарри себе представлял. Он даже смог обеспечить им плавную посадку, лишь немного смазав в конце, отчего все они повалились вниз с высоты примерно в метр. Но что такое жалкое расстояние для тех, кто мог приземляться без усилий и с более высоких прыжков. Пораженный вздох отвлек Гарри от его размышлений о силе и возможностях Страйка. Оказалось, что пока Гарри предавался своим мыслям, он в это время покоился на руках Зимнего, что очевидно поймал и не дал ему упасть, когда они приземлялись. Для Гарри это оказалось слишком смущающим, для всех остальных, впрочем, в этом не было ничего особенного. Поэтому он решил посмотреть, что всех так удивило, помимо мгновенного перемещения черт пойми куда. Оказалось, что все смотрели на дом, который домом можно было назвать с большим преуменьшением. Это скорее было поместье или загородный дворец, построенный в колониальном стиле и окруженный множеством пальм и других экзотичных растений. Гарри не знал точно, сколько в этом «доме» было спален, но на всю их компанию точно хватит и еще останется, наверное. Действительно, Гарри был так же поражен, как и все остальные, но зная Блэков, что все любили делать с размахом, меньшего он и не ожидал. Как и не ждал того, что дом будет в хорошем состоянии и в нем даже имелись слуги – три ветхого вида домовика, но по опыту Кричера, Гарри знал, что немного его силы и они снова обретут бодрость, а постоянный приток сильной магии способен вернуть и молодость. Поэтому первым делом он собирался заняться этим, накормить домовиков и обеспечить людей за ним комфортным существованием. Повернувший к Страйку и особенно уделив внимание Броку, как главному, Гарри произнес ритуальную фразу приглашения в дом, что обеспечит гостей защитой, хоть Гарри и не собирался никогда вредить им, тем более в собственном доме, но от традиций в данном случае больше пользы, чем вреда, а ему не сложно магией заверить свои добрые намерения к этим людям. Разобравшись с формальностями, Гарри и сам почувствовал себя лучше. Все могли ненадолго выдохнуть и Гарри тоже. Ему так же, как и остальным нужна была эта тихая гавань, чтобы переварить свои обиды и собраться заново. Неожиданно, Гарри оказался в кольце сильных рук, лишь одна из которых была живой и покрытой кожей, в то время как другая, отдавала холодом знакомого металла, что также пронизывал и его собственное тело. Быстро пришло ощущение безопасности, но когда поверх первых рук легли вторые, Гарри почувствовал себя по-настоящему дома.