Be your dog

Музыка громыхала из колонки, оглушая стоящих рядом семикурсников, которые собрались сегодня. Вечер пятницы. Время, когда Мародёры начинают свой праздник жизни, на который приглашены все, дабы разделить с ними этот момент и насладиться приятным вкусом свободы. Мародёрам так не хватало свободы в этот месяц, и теперь они могли хорошенько отдохнуть вместе, не заботясь ни о чем. Поставив чары против шума, наша четвёрка открыла первые бутылки огневиски и разлила по бокалам.

So messed up I want you here

In my room I want you here

— За Мародёров! — гриффиндорцы подняли стаканы и опрокинули их в себя; алкоголь приятно разливался по горлу, даря тепло и приятные мурашки. Пойло было высокоградусным, поэтому после первых стаканов Мародеры уже были навеселе и подтанцовывали в такт музыке. Приглушённый свет дарил атмосфере в зале толику загадочности и интимности, которая развязала студентов Хогвартса. Сириус уже выходил на танцпол к однокурсникам. Чёрные берцы постукивали в такт мелодии, чуть расстёгнутая рубашка открывала вид на множество татуировок на груди, а галстук под цвет его факультета лениво свисал с шеи. Чёрные смоляные волосы в творческом беспорядке лежали на его плечах, а глаза были в блаженстве закрыты. Тело полностью отдалось музыке. В руке алкоголь. В зубах сигарета. — Да! В крови Джеймса было слишком много алкоголя, он уже не контролировал своё тело, поддаваясь мимолётному порыву. И так непослушные тёмные волосы Поттера сейчас были в полном хаосе, а на лбу был завязан его галстук, придавая его образу небрежности; очки чуть сползли на нос, рубашка помята, но его это мало интересовало. Сейчас была одна цель, которая сидела на диване в углу, иногда переговариваясь с белокурой девушкой. — Давай, Джеймс! — крикнул из толпы Сириус, а остальные поддержали его, выкрикивая разные слова наподобие «Вперёд!». Джеймс, чуть пошатываясь, взобрался на стол, который не был усыпан стаканчиками, бутылками, а также и закусками с пепельницами, к которым Сириус периодически подходил. Поттер, совладав с собой, посмотрел в сторону Лили, которая без всякого интереса взирала на разворачивающееся вокруг неё веселье, поплотнее закутываясь в свитер толстой вязки. Марлин сидела рядом, положив ноги на изголовье дивана, иногда поднося руку с сигаретой ко рту. Болтая кедами в воздухе, девушка думала… Сегодня не было привычной для нее весёлости и улыбки; её лицо было каменным, а глаза смотрели в потолок. Рядом слышался голос Сириуса и какой-то девушки, что приводило её в негодование, но она пыталась это скрыть. Маккиннон не хотела идти сюда изначально, но просьба Лили и внутреннее желание девушки увидеть его пересилило здравый смысл. Сириуса Блэка нельзя было назвать постоянным человеком или же порядочным, нет, далеко нет. Ему быстро становилось скучно, парню вечно нужно был допинг во всём, начиная от экстрима и алкоголя, заканчивая новыми подружками. Марлин была той, кто поддалась на шарм Блэка и пожалела об этом. При встречах они никогда не обменивались ничем кроме как парочкой язвительных фраз и колкостями. Чуть взъерошив блондинистые волосы, Маккиннон проследила, куда направлен взгляд Поттера, и усмехнулась. Раз ей не суждено испытать счастья, то пусть подруга будет довольна. Лили пришла сюда лишь для того, чтобы проследить за порядком как староста Гриффиндора. Эванс выпила только один стакан и не курила как другие, а взгляд время от времени цеплялся за знакомую макушку и широкую улыбку, которая пробуждала внутри странное тепло. Джеймс, покачиваясь, пел в унисон с певцом: — Now we're gonna be Face-to-face, — и он поиграл бровями, подзывая к себе смущённую девушку. — Иди, не заставляй кавалера ждать тебя, — Марлин встала и потянула за руку Лили, которая еле двигала ногами. Проникновенный взгляд Джеймса смущал ее до чёртиков, а протянутая рука заставляла колени дрожать…

And I'll lay right down In my favorite place

Студенты подпевали группе, включая и Ремуса, который стал более развязным и свободным. В его руке был полупустой стакан огневиски, а сам он танцевал с одной своей обворожительной однокурсницей. В гостиной стоял запах алкоголя и табака, который распространился повсюду, впитываясь в потные от танцев тела и проникая под кожу. Никто не думал о том, что будет завтра. Не думали и о том, что завтра всем будет плохо. Было только здесь и сейчас. — Пахнет сексом, — крикнул Ремусу пьяный Сириус, подошедший к нему, поднося сигарету ко рту и выдыхая кольца дыма. — Или его преддверием, — ответил Ремус, расплывшись в пьяной улыбке. И это было так. Некоторые не особо стеснительные парочки расположились прямо на диванах, не стесняясь в звуках и поцелуях. Другие же зажимались у стен, приподнимая юбки девушкам и поглаживая в самых интимных местах. В этот вечер не существовало скромности; не было место смущению. Его оставили за дверью спален. Лили подошла к Джеймсу, а тот ловко, даже для пьяного человека, поднял её к себе и притянул за талию. Эванс задержала дыхание, глядя в тёмные глаза Поттера, в которых на глубине, где не плескался алкоголь, таилось тепло. — Целуй! — крикнул из зала Сириус, приподнимая бутылку вверх. Его рубашка уже была в руках какой-то девушки, которая ухватила его за воротник, в желании поцеловать. Поцелуй она получила, а как приз забрала его рубашку, оставляя Блэка по пояс обнажённым. Но он нисколько не смутился, иногда припадая к горлышку почти опустевшей бутылки и затягиваясь почти одним только фильтром. — Целуй! — скандировала толпа пьяных студентов, повторяя за Сириусом. — Целуй! — где-то на полу послышался голос Питера, который допивал ещё одну бутылку, сидя в одиночестве. — Целуй! — заорала Марлин, перекрывая песню своим рыком. Её губы расплылись в хитрой улыбке, когда она увидела то, как у Лили расширились от шока глаза, а лицо стало почти под цвет волос. Джеймс, не теряя времени, накрыл её губы своими, сминая их в аккуратном поцелуе с привкусом огневиски. Лили, поначалу оцепенев от шока, хотела оттолкнуть его, но после пары секунд сдалась, притянув его ещё ближе, запуская руку в его волосы, из-за чего тот довольно простонал ей в губы. Завтра она спишет всё на алкоголь, но сегодня она позволит ощущениям завладеть ею, позволит себе раствориться в нём без остатка. — Да! Наконец-то! — громче всех в толпе звучали голоса Марлин, Ремуса и Сириуса, которые внутри облегчённо выдохнули, искренне радуясь за парочку.

And now I wanna be your dog

Now I wanna be your dog

Откидывая голову назад, Сириус расплылся в улыбке, слушая песню.

Now I wanna be your dog

Well come on

И закричал, однако этот крик был схож с лаем, от которого многие вздрогнули, а после и подхватили. Ремус также подхватил это, отрываясь от своей девушки. Джеймс с сожалением оторвался от губ раскрасневшейся Лили, которую всё также придерживал за талию. — Давно хотел это сделать, — сказал он, улыбнувшись. — Стыдно признаться, но я тоже, — брови Поттера взмели вверх, выражая крайнюю степень удивления. Пока он, ломая голову, ежедневно думал о ней, о том, как растопить её сердце, время сделало всё за него. Джеймс обнял Лили, зарываясь в рыжие локоны и вдыхая аромат её волос.

Now I'm ready to close my eyes

And now I'm ready to close my mind

— Не прошло и десяти лет, — фыркнула Марлин, падая на диван, доставая новую сигарету и ища зажигалку, которая непонятным ей образом пропала. Джеймс и Лили уже танцевали, то отодвигаясь, то придвигаясь друг к другу, а на лицах обоих были озорные улыбки. Столько лет ожидания того стоили. — Согласен, — прямо над головой Марлин прозвучал бархатный голос Блэка, который протягивал ей свою зажигалку с изображением пса. Рубашку он всё-таки где-то откопал, но не застегнул. Марлин, сглотнув и сделав лицо непроницаемым, благодарно кивнула и поднесла сигарету к огню. Выдохнув пар, она безмятежно легла на свой излюбленный диван, прикрыв глаза. — Тебя не учили, что курить лёжа нельзя? — сказал Сириус, также закуривая. Блэк, подняв кучерявую голову Маккиннон, присел, а после положил её голову себе на колени. Марлин широко открыла глаза, не ожидая такого порыва от Сириуса. Хорошо, что он не увидел, как розовеют её щёки. — Кто бы говорил, Блэк, ты умудрялся курить даже на уроках у декана. Не учи меня, — фыркнула Маккиннон, поправляя чёрные джинсы с потёртостями. Её губы были накрашены бордовой помадой, которые так и норовили расплыться в улыбке. — Ну, это же я, и мне это свойственно, — и сделал затяжку. Маккиннон промолчала, наслаждаясь этими минутами, когда они были одни. Сириус запустил руку в волосы Марлин, отчего её глаза закатились в удовольствии. Ей были до безумия приятны его ласки, хоть и сделаны под действием алкоголя. Возможно, он завтра ничего не вспомнит, но зато будет помнить она. — Как вы? — послышался чуть невнятный голос Ремуса, который опирался локтями на диван, глядя затуманенным взглядом на Марлин и Блэка. Марлин испустила чуть разочарованный вздох, но хорошо, что никто этого не заметил. — Губим свои лёгкие, — одновременно ответили Сириус и Марлин, а после удивлённо уставились друг на друга. Ремус, дунув на мешающую светлую прядь, буквально развалился на спинке диванчика, всё также подпевая: — And now I'm ready to feel your hand! — Чего молчите? — на другой стороне дивана опустился Джеймс, держа за руку Лили, которая присела на подлокотник. — А о чём говорить? — ответил Сириус, глядя на друга и на его счастливый взгляд, который был готов ослепить всё вокруг. — Например о том, что теперь мы вместе, — произнёс Джеймс, и ребята одобрительно загудели, аплодируя новоявленной паре. — Неужели, Лили, ты решилась? — с заботой сказала Марлин. — Да, твоё недовольство и наставления оказали большую роль, — ответила Лили, и ребята вновь зааплодировали, но теперь уже Марлин, которая с самодовольным видом кивала. Рука Сириуса всё также находилась в локонах девушки, и это заметила Лили, в голове которой уже была мысль после этого всего расспросить подругу об этом порыве. Ремус, кряхтя, перелез через спинку дивана, падая на ноги Марлин. Ребята засмеялись, видя состояние Ремуса и то, как он начал извиняться перед ней, хотя она и сама не удержалась и рассмеялась. В итоге она приняла сидячее положение, оказавшись вплотную к Блэку и его телу. Он закинул руку на спинку дивана и аккуратно притянул девушку к себе. Марлин невольно задержала дыхание, вдыхая аромат его парфюма и огневиски. Потянувшись к столику напротив них, Маккиннон взяла пепельницу и потушила сигарету. Когда она хотела убрать её на место, то почувствовала на запястье ладонь Блэка, который также тушил бычок. Отводя взгляд в сторону, Маккиннон подождала, и поставила пепельницу на место. — Привет всем! — икнул Питер, не твёрдой походкой подходя к ребятам. Ребята кивнули парню. Присев на пол, он начал беззвучно напевать: — And lose my heart on the burning sands… — Вам завтра будет очень плохо, — фыркнула Лили, наматывая кучеряшки Поттера на палец. — Это того стоит, мы живём здесь и сейчас, — ответил Сириус немного сонным голосом, кладя голову на плечо Марлин. Она улыбнулась. — Подумаем об этом завтра, а сейчас нужно жить на полную катушку, — закусила губу Маккиннон. — Согласен, — невнятно протянул Ремус, почти уже засыпая на подушках.

And now I wanna be your dog

And now I wanna be your dog

— За Мародёров! — крикнул Питер, поднимая бутылку вверх. — За Мародёров! — рассмеялась компания подростков.

Now I wanna be your dog

Well come on

Завтра им будет плохо, кто-то будет сгорать от стыда или жалеть о своём развязном поведении. А может, кто-то проснётся вместе с любимым человеком с улыбкой на лице… Но сейчас они вместе. Живут мгновением, радуются каждому мигу и возможности. Только здесь и сейчас… А завтра?.. Завтра ещё успеет наступить…