Луч солнца

Я всего лишь хочу понимания,

Каплю чувств и несложной поддержки.

Мне не нужно много для счастья,

Лишь открытая дверца у клетки.

Тёплый свет настольной лампы неспеша плавает по комнате и в невесомых движениях касается предметов, что находятся вокруг. Вместе с ним воздух заполняет резко бьющий в нос запах кофе, кружек из-под которого на краю стола скопилось нескончаемое множество, слишком много, чтобы быть выпитыми одним человеком. Вот-вот и они точно упадут на пол и со звонком разобьются, стоит лишь случайно задеть их локтём или попытаться отодвинуть стопку бумаг подальше от себя. От последних исходит аромат свежих чернил, совсем недавно напечатанные тексты ещё не успели потерять этот неоднозначный запах. Он был приятен многим, но после проведённого в его компании не одного дня, признаться честно, начинал становится причиной лёгкого головокружения и боли в висках. И привычная тишина, прерываемая лишь скрежетом бумаги. Абсолютная, даже не звонкая, она больно давит на сознание, тянет к полу тяжёлыми кандалами, оставляя синие синяки на коже, что постепенно приобретают фиолетовые оттенки. Словно напоминание о своём визите, она оставляет на тебе больные отметки, прежде чем уйти. Ей не за чем, чтобы ты забывал её. Она становится тебе соседом по сознанию, но уже на следующий день бесшумно тащит в ваше общее жилище всякий мусор: воспоминания из далёкого прошлого, попытки предугадать будущие. И, что самое страшное, среди всего принесённого ею хлама обязательно найдутся выкинутые тобою же мысли о тебе самом, о настоящем. Может не все, лишь какая-то часть, но и этого достаточно, чтобы не выдержать и наконец устроить соседке скандал. Но какой в этом смысл? Позвав её к себе единожды, дальше отвязаться от неё крайне сложно. От неё нельзя никуда дется, сбежать или спрятаться, она преследует тебя везде, просачивается в каждую щель, даже если та шириной в миллиметр. И только ради того, чтобы снова показать тебе свою находку – очередную нежеланную мысль, приговаривая: «Посмотри, какая интересная вещица!» – Боже, за что мне только это.. - слишком долгий уставший выдох и быстрый взгляд на кружки, в попытках найти хоть каплю спасительного напитка. Все пусты. Мужчина не обращается к тишине, как бы того хотелось, ведь не понимает, что это именно она с каждой минутой приносит в голову всё больше и больше мерзких мыслей. Он винит в их появлении лишь себя, не замечая хитро ухмыляющуюся соседку. А ведь он так долго и старательно собирал их по всему сознанию, чтобы потом выкинуть и забыть о них, понадобилось же ей зачем-то вернуть их все обратно. Ручка исчезает из рук и теперь валяется где-то среди нескончаемых листков бумажной волокиты, от одного взгляда на которую голова уже начинает трещать по швам. На пальцах остались пятна синих чернил, но какое сейчас до этого дело? Он закрывает лицо ладонями, ставит локти на стол, на короткое время прикрывает глаза и оказывается в аккуратно окутывающей его тьме. Вновь из груди вырывается тяжёлый выдох, словно так он пытается избавиться от паутинкой повисшей на его душе тоски. Слишком много работает в последнее время, слишком долго сидит в одном положении, сгорбившись над своим столом, и слишком мало выходит за пределы четырёх стен своего кабинета. Что уж там, он и вовсе не выходит, уже который день ночуя за своим столом и вместо подушки используя свои руки. И то только потому, что не замечал, как сон заставляет веки сомкнутся, так бы он наверняка даже не спал, желая как можно скорее разобраться со всеми документами. А тех становилось только больше и больше. Замкнутый круг какой-то.. Но такой отвратительный режим не был основной проблемой. Нет, далеко не о нём говорит мужчина, когда позволяет себе на минуты закрыть глаза, как сейчас, дабы хоть немного передохнуть. Речь идёт о тех принесённых тишиной мыслях и только о них, ни о чём больше он просто не может так отзываться. Они слишком сильно давят на душу, пытаясь раздавить её. Втаптывают её в землю, вытирают о неё ботинки, как о коврик у входной двери. Не принимают её за что-то ценное и видят лишь как какую-то ненужную безделушку, зря занимающую место. А она тем временем не способна на что-то большее, кроме как тихо всхлипывать от боли и кашлять алой кровью. Пытается позвать на помощь, но смысл, когда разум постоянно занят работой, а сердце слишком сосредоточенно на отбиваемлм ритме и никогда не обратит внимания на что-либо вокруг? Душа одна, никто не придёт ей на помощь, и поделать с этим ничего нельзя, она слишком незаметна, чтобы кто-нибудь хотя бы кинул на неё взгляд. А мысли дымом пожара продолжают пробираться к ней, намереваясь вот-вот лишить её последнего воздуха и заменить его едкой чёрной сажей. Неужели все мои дни будут выглядеть только так? Только горы бумаг и ничего больше? Только стены этого кабинета, этот стол? Звучит тихий вкрадчивый голос где-то над ухом, уже который день, пока мужчина продолжает работать. Хотелось бы знать, чей это голос, да только выяснить это невозможно. Каждый раз такой бесцветный, ничем не выделяющийся среди сотни других возможных голосов, абсолютно лишённый каких-либо оттенков. Словно чистый белый лист, ещё никем не тронутый и не исписанный. Что за глупости. Это же моя работа, как я могу быть ею недоволен? А даже если и могу, это не меняет того факта, что я обязан разбираться со всеми делами своего государства. Как у правителя, у меня нет другого выбора. Так какой смысл даже задумываться о подобном? Первое время пытается отвечать этому раздражающему голосу, нельзя же просто оставлять его без внимания. Как никак, он пытается задеть за живое, а это уже заставляет захотеть ответить ему чем-нибудь, дабы доказать его неправоту. И всё же.. ..у меня нет желания провести большую часть своей жизни в таких условиях. Но, кажется, всё именно к этому и идёт, верно? Никто даже не заглянул ко мне, не проверил, как я себя чувствую. Банально не поинтересовался, как у меня дела. А ведь я не появлялся на людях уже несколько суток. Возможно, просто не хотят мешать? Это логично. Знают же, что работы у меня предостаточно. Считают, что я слишком занят для общения, даже самого минимального. Решили, что не за чем меня отвлекать. Но разве может быть человек слишком занят для минутного диалога? Самого простого и незамысловатого? Нет, не думаю. Прошу, просто зайдите ко мне, не важно, для чего. Впервые так одиноко. В какой момент я стал настолько сентиментальным? Нужно отдохнуть, дать себе перезагрузку. Нет, нельзя, не сейчас, ещё слишком много дел. Боже, как же всё болит. Я так устал.. – Привет, Куро! - Радостный парнишка неожиданно влетает в кабинет, принося с собой слишком много для этой молчаливой комнаты звуков. Где-то за его спиной слышен недовольный бубнёж, наверняка он сбил кого-то по пути, слишком спеша увидеться с мужчиной. - Дела в Фелиции пошли в гору, твои советы сделали своё дело как нельзя лучше! Полностью занятый радостью и, кажется, счастьем, юноша не сразу замечает подавленный вид хозяина государства, в которое прибыл этим морозным днём. Сейчас все его мысли лишь о удавшейся попытки привести дела в яркой Фелиции в норму, вновь наладить её экономику и справиться со всеми проблемами. Не без помощи мужчины, конечно. Именно поэтому он сейчас здесь. Хочет лично отблагодарить, не считая, что переданных телефонным аппаратом слов будет достаточно. Нет, этого явно мало, он намеревается заключить верного друга в крепкие объятия, дабы показать всю свою искреннюю благодарность. Достаточно нелепая причина для внезапного приезда, но разве это не в радость удивить товарища неожиданным визитом? Это же так здорово, такой сюрприз! Парнишка уверен, что мужчина оценит подобный жест и потому наконец смотрит ему в глаза, широко улыбаясь и ожидая увидеть во взгляде напротив приятное удивление. На к его сожалению, ожидания не оправдываются и перед ним кардинально отличающаяся от желанной картина. – Я, безусловно, рад, что смог тебе помочь, - привычно сдержанный ответ, пока уставший взгляд бегает по слишком уж резко прервавшему тишину юноше. Хотя, он, пожалуй, должен благодарить его за это, ведь так хоть крохотная часть неприятных мыслей исчезла из сознания. - Но неужели это единственная причина, из-за которой ты приехал? – Изначально да, это была единственная причина, но теперь я вижу, что есть ещё одна, - неожиданно строгий и серьёзный тон парня заставляет глаза в удивление открыться чуть шире. Не часто можно было увидеть, как, сложив руки на груди, этот юноша со всей возможной ему строгостью сверлит тебя взглядом. - Скажи честно, когда ты в последний раз нормально спал и выходил на свежий воздух? Вопрос, признаться честно, ставит мужчину в тупик и вынуждает секундное молчание повиснуть в воздухе. С чего вдруг он подобным интересуется? Просто так, случайно догадался? Или неужели по нему настолько сильно видно, что его режим сбит в пух и прах? Слабая ухмылка трогает губы. Вот, вот именно этого так желала его побитая душа, именно таких произнесённым серьёзным тоном вопросов, именно таких нахмуренных в искреннем беспокойстве бровей. Ему просто хотелось, чтобы кто-нибудь проявил к нему хоть каплю.. внимания? Наверно. Вряд-ли это можно назвать заботой, но вот вниманием - вполне. Таким, что даже при одном взгляде на его бледное лицо с угловатыми чертами человек мог понять, что следует силой заставить мужчину выйти из-за стола и отправить его в сторону спальни. Таким, чтобы даже самые незначительные детали были подмечены и правильно поняты. Хотелось, чтобы кто-то интересовался тобою и твоим самочувствием, что сейчас и делал этот весёлый парнишка, из-за чего ухмылка так и не стиралась с лица. – Даже не знаю.. пару дней назад? Думаю, в последний раз спал в кровати я не меньше, чем двое суток назад. - Даже не пытается придумать какую-нибудь ложь, на ходу состряпать нелепое оправдание. Для начала на это просто не было сил, для продолжения – юношу было бессмысленно обманывать, всё равно расколет тебя уже через минуту. - На свежий воздух я не выходил ещё дольше. – Куро! Нельзя же так с собой! - Через секунду он уже стоит перед мужчиной и, беря его за руку, заставляет встать с насиженного места. Лицо как никогда серьёзно, а намерения, кажется, даже не предполагают попытку сопротивления. - Ты немедленно пойдёшь к себе и хорошенько выспешься, а потом мы вместе пойдём гулять, чтобы ты хоть вспомнил, что такое небо, ясно? До жути милая картина, на которую мужчина просто не мог смотреть без улыбки на губах. Парнишка, которого он так давно уже считает младшим братом, проявляет к нему самую настоящую заботу и пытается вразумить старшего, разве можно реагировать на это в негативном ключе? Уже давно привычным явлением стала помощь мужчины для юноши. Объяснение всё тех же договоров и документов, какие-то советы для управления той или иной сферой государства - такая помощь часто поступала от правителя Курограда и уже стала нормой. Конечно, старший же должен заботиться о младшем и следить за ним, верно? И как же невинно выглядели попытки парня ответить мужчине тем же. Совершенно иной вид заботы, абсолютно другая помощь, отличающаяся своей упрямостью и простотой. Но даже при этом такая нужная и приятная, действительно приносящая пользу. Одно удовольствие наблюдать за попытками младшего как-то помочь своему брату: вся эта его беготня и по-детски незамысловатые способы поддержки сами по себе вызывали тёплое ощущение в груди. Что уж говорить о том, когда все эти попытки всё-таки окупались и после тихого «Тебе лучше?» в ответ доносилось ещё менее слышное «Намного, спасибо тебе». Бесценные моменты, за которые мужчина был готов отдать, кажется, вообще всё, что у него только было. Лишь бы получать от парня его наивную поддержку и помощь, спасающую в периоды тяжёлой тоски. Парнишка был для него маленьким лучиком солнца, которое ему доверили охранять, а взамен на это он неожиданно получил всё его тепло. Желанное кем-то в подсознании и слишком внезапое для кого-то снаружи. Но всё-таки нужное, настолько, что теперь мужчина не хотел отходить от личного кусочка солнца ни на шаг, даже если его яркий свет будет с силой бить в глаза. – Как прикажете, король Феликс, - негромко добродушно усмехается, на что получает довольный кивок в ответ. Всё-таки, действительно следует поспать. А потом наконец убрать кружки со стола.