Его глаза цвета моря

      После произошедшего Дилюк явился на их место на следующий день с весьма неоднозначными чувствами.       Он не жалел о том, что они с Кэей переспали. Это было… Чем-то невероятным. Было столь приятно, необычно и непревзойденно лишь потому, что это был Кэйа. Огонек любви к русалу постепенно перешёл в самый настоящий пожар, отчего Дилюк наконец осознал — после вчерашнего он больше не сможет повернуть назад.       Он не сможет расстаться с существом. Не сможет его забыть… Если только его убьют, и он больше никогда не увидит ни Кэйю, ни сам белый свет.       Но всё же Рагнвиндра волновали их отношения и их положения в этом мире. Мифическое существо и разыскиваемый в нескольких королевствах пират — их дуэт был необычным во всех смыслах. И даже не в самых хороших…       Но об этом Дилюк старался не думать. Ему хотелось сейчас поскорее увидеть русала. Что-то тревожное поселилось где-то в груди, скреблось и требовало бежать на песчаный берег.       Это Рагнвиндр и поспешил сделать.       Оказавшись на их месте, мужчина огляделся вокруг. Но Кэйи видно не было, что заставило пирата начать волноваться. Дилюк постарался успокоиться, списать всё на то, что русал приплывет позже и надо просто немного подождать. Но он так и не появился. Рагнвиндр простоял много часов в ожидании, перерывая в голове миллион тревожных мыслей, и ушёл на корабль лишь к ночи, так и не дождавшись возлюбленного.       Так происходило и дальше.       Пират приходил, ждал, надеялся и молился всем богам о том, чтобы с русалом всё было хорошо. Но Кэйа так и не появлялся. Ни через день, ни через неделю. И чем больше времени проходило — тем больше отчаивался Рагнвиндр. Он до дрожи в коленях боялся, что больше никогда не увидит того, кто забрал его сердце и пленил глубокими синими глазами.

***

      Изменения в собственном капитане команда «Рассвета» уловила сразу. Трудно было не заметить, как за короткий срок стал гаснуть Рагнвиндр. Тот самый Рагнвиндр, который столько лет вёл их за собой и вдохновлял на новые приключения…       Конечно, команда пыталась как-то приободрить пирата. Но о причинах состояния мужчины знали только единицы, и то — большинство из них даже не догадывались. Беннет и Рейзор ещё не знали, что приветливый русал, с которым так тесно общался их капитан, бесследно исчез, ничего не сказав.       И единственным, кто понял абсолютно всё, стала Розария, бежавшая на пиратский корабль бывшая монахиня. Та самая, которую Кэйа из ревности окатил морской водой — тогда-то девушка и принялась узнавать, что это было за существо и почему оно знает их капитана…       Когда дверь тихо скрипнула, пропустив монахиню внутрь каюты, Дилюк оторвал усталый взгляд от разложенной на столе карты и поднял глаза на девушку. Рагнвиндр нахмурился, уже догадываясь, зачем та пришла.       — Что-то случилось, сестра Розария? Что-то нужно? — пират отвёл взгляд обратно на карту, на которой было его же рукой отчерчено несколько широких линий, затрагивающих парочку крупных портов.       — Да. Поговорить. — коротко ответила девушка, на что получила хмурый взгляд алых глаз, но, не обратив на это внимание, тут же продолжила: — Команда уже давно заметила, что с нашим капитаном творится что-то неладное. И я, кажется, догадываюсь, благодаря кому так происходит.       — Если ты здесь ради того, чтобы вправлять мне мозги, — грубо прервал монахиню Рагнвиндр, — то дверь прямо за твоей спиной. Я не собираюсь слушать нотации, Розария.       — Но придётся. — холодно произнесла девушка, зло сверкнув глазами. — Это не может продолжаться дальше, Дилюк. Корабль стоит дольше, чем нужно, власти успокоились — мы можем отправляться в плавание. Но наш дорогой капитан всё чего-то выжидает и явно не торопится отплывать. Хотя раньше бы так не сделал ни при каких обстоятельствах.       — Что ты хочешь от меня услышать? — устало вздохнул мужчина, немного откидываясь в собственном стуле.       — Хочу лишь убедиться в том, что во всем этом замешано то существо. — Розария прислонилась спиной к двери и сложила руки на груди, напряжённо рассматривая натянутого, словно струна, пирата за столом.       — Его зовут Кэйа. — хмуро произнёс Рагнвиндр, понимая, что этот разговор уже начинает его злить. — И он не виноват… Это исключительно моё решение.— Дилюк сжал в руках до хруста деревянные подлокотники.       — Не виноват? Неужели? — Розария вскинула брови и немного скривилась. — Очаровал нашего капитана, отчего тот не хочет покидать остров, ещё и гаснет с каждым днем… Это чертова русалка, сирена, они сводят моряков с ума, подчиняют своей воле так запросто…       — Довольно! — рыкнул Рагнвиндр, вскакивая с насиженного места и сверкая зло алыми глазами в сторону монахини. — Ты просто ничего не знаешь, не представляешь даже… Это моё дело и я буду решать, как мне поступать.       — Но не в то время, когда вред наносится всей команде.       Дилюк промолчал, сцепив зубы и отвернувшись. Как бы не было тяжело это признавать, но Розария была права — корабль больше не мог оставаться в бухте. Пора было отплывать, продолжить плавание, добраться до ближайшего порта и пополнить запасы еды и пресной воды… Это было необходимо. Было необходимо в ближайшие дни отплывать. И, как капитан, Дилюк должен был поступить именно так. Даже несмотря на то, что хотелось выть и рвать на себе волосы только от одной мысли о том, что придётся оставить Кэйю. Что если тот вернётся? Выплывет на берег, а потом поймёт, что его не дождались… Это может стать для него слишком сильным ударом. Настолько сильным, что русал может просто покончить с собой…       Розария же только вздохнула тихо и покинула каюту с тихим скрипом двери. Она не знала многого, в этом Рагнвиндр был прав, но она знала одно — то, что сейчас творилось с пиратом, не оставит его. И остаётся только надеяться, что Рагнвиндр сделает наконец свой выбор…

На следующий день корабль покинул остров.

***

      Один месяц плаваний был для тоскующего Дилюка словно год. А, может, даже и годы.       Рагнвиндр не находил себе места, не мог чувствовать себя таким, каким ощущал раньше: свободным, уверенным, жаждущим приключений. Разлука с любимым заставляла его сердце разрываться на части и молить небеса только об одном — о возможности хотя бы ещё раз увидеть Кэйю. Убедиться в том, что тот жив и невредим. Но вернуться на остров пират не мог — корабль только покинул его и возвращаться смысла не было. Так что мужчина уже почти отчаялся… Но внезапно команда сама предложила Рагнвиндру вернуться на остров.       Из-за того, что за поимку пиратов с «Рассвета» всё ещё была высока цена, стоило немного сменить курс и отправиться в другие, дальние воды. Поэтому, когда запасы на корабле были восстановлены, было принято решение вернуться к острову, чтобы забрать некоторые спрятанные ценности, а что-то оставить там… Ну, и может команда «Рассвета» решила немного приободрить своего капитана, поняв, что причина его тоски находится там.       Как бы то ни было, Рагнвиндр сейчас нарезал круги по собственной каюте, полный противоречивых чувств. Волнение, предвкушение, страх. Как же он боялся!.. Боялся, что найдёт на песчаном берегу мёртвое тело… Это будет концом. Концом не только русала, но и пирата, который отдал ему свое сердце и душу.       Такие назойливые мысли одолевали мужчину и не позволяли тому покинуть помещение. Ему оставалось только нервно бродить по каюте, отсчитывая минуту за минутой и ожидая, когда в дверь постучат и объявят о том, что корабль благополучно вошёл в бухту…       Но, как всегда внезапно, в каюту ввалился Беннет, запинаясь о порог и путаясь в собственных ногах.       — Капитан! Там человек! На берегу сидит человек! — тяжело дыша из-за бега и запинаясь от волнения, протрещал паренёк, размахивая руками. Дилюк резко остановился, вскинул взгляд в сторону парнишки и резко ринулся к двери, дабы затем подняться на дрожащих ногах на палубу. Сердце бешено колотилось, мужчина почти не дышал, когда замер у самого края и вгляделся в виднеющийся тёмный силуэт…       — К берегу! — хрипло выкрикнул Рагнвиндр, не веря своим глазам. С корабля он спустился самый первый и сделал это невероятно быстро, чувствуя, что пульс учащается с каждым шагом. Смуглая кожа, длинные синие волосы…       — Кэйа? — с неверием окликнул человека пират.       Одиноко сидящий на теплом песке парень повернул голову в сторону приближающегося мужчины, жмурил неприкрытый шелковыми волосами синий глаз, а после, рассмотрев наконец пирата, радостно заулыбался.       — Ди-илюк! — протянул Кэйа со смехом и попытался подняться… На ноги. Подбежавший к нему Рагнвиндр изумленно выдохнул и поспешил подхватить начинавшего падать возлюбленного. Руки пирата дрожали, но он продолжал крепко обнимать смеющегося Кэйю, который в ответ цеплялся за его плечи.       Кэйа жив. Он жив.       — Я так боялся… Так боялся, что больше не увижу тебя… — зашептал Дилюк, чувствуя, как по щекам побежали слезы. Это заметил и Кэйа, отчего нахмурился и немного отстранился, принялся вытирать солёные капли с щёк мужчины.       — Твой… Хвост. Это… — пират как-то неуверенно рассматривал возлюбленного. Тот теперь был как обычный человек. Две ноги… И то, что между ними, тоже есть… Хах, вот ведь.       — Я хотел быть рядом. — немного неумело, запинаясь, проговорил Кэйа. — А для этого… Нужно быть человеком. Я ни о чем не жалею. — парень улыбнулся ласково пирату и погладил его по шее нежно, смотря прямо тому в глаза. Вот только… Одним глазом. Второй же он постоянно жмурил и старался закрыть чёлкой. Дилюк, заметив это, аккуратно отодвинул синие пряди в сторону, дабы открыть вид на него. Кэйа же послушно взглянул им на возлюбленного.       — Это… — Рагнвиндр запнулся, с восхищением и беспокойством одновременно заглядывая в смотрящее на него золото.       — После заклинания… Мне не больно. Немного неприятно на свету, но не больно. Плата за то, чтобы быть человеком… И быть с тобой. — с каждым словом Кэйи сердце Дилюка разрывалось на части. Тот отдал свой хвост, свое происхождение, стал человеком только ради него, наверняка пройдя столько боли…       Кэйа взвизгивает удивлённо, когда его вдруг подхватывают на руки, и смеётся, когда кружат, крепко обнимая.       — Больше никогда и никуда не отпущу… — улыбается Рагнвиндр с нежностью.       — А я никуда не уйду! — смеются ему в ответ.       Кажется, их история ещё только начинается. И она наверняка будет счастливой.