Психотерапия
11 ноября 2021 г., 18:42
После того дня, когда огласили завещание и Глэм получил в наследство коробку 37, прошло около недели. Эта коробка разблокировала все воспоминания связанные с отцом. Они могли всплывать в самый неподходящий момент и вводили мужчину в ступор. Правая рука снова начинала болеть, а в ушах постоянно слышался хлопок линейки о кожу.
Глэм считал, что полностью заблокировал воспоминания о прошлом и они не будут мешать ему жить, но это оказалось не так. Ночью ему постоянно снились кошмары и не давали нормально выспаться. Днём создавалось ощущение, что призрак Густава следует за ним попятам и повторяет одни и те же фразы «Ничтожество!», «Бездарность!», «Ты выбрал хлам!»
Маска, которую он носил с 16 лет начинала давать трещины и показывать всю боль, что за ней скрывалась все эти годы. От семьи странное поведение Глэма не скрылось, но он убеждал их и себя за одно, что всё в порядке.
В один из обычных дней Глэм спокойно работал в своём кабинете, как вдруг правая рука затряслась, а в голове снова были слышны эти хлопки. Музыкант не выдержал и ударил кулаками по столу. Ему уже надоело это терпеть, надоело то, что прошлое его не отпускает, что воспоминания об отце не дают ему нормально жить, и страх однажды стать таким же.
Глэм осознал, что без помощи специалиста ему с этим не справиться. Порывшись в интернете несколько часов он смог найти хорошего специалиста. И ему очень повезло, что сегодня у него было свободное место. Мужчина быстро собрался и поехал на машине по указанному адресу. Психолог принимал клиентов у себя на дому. Это было небольшое двухэтажное здание. Дверь открыл мужчина. На вид ему было лет 50-55. Уже было несколько прядей седых волос на голове и пара морщин.
— Вы наверное Глэм?
— Да.
— Проходите. Можете обращаться ко мне мистер Браун.
Музыканта провели в гостиную. Она выглядела вполне обычно: диван, рядом с ним кресло и журнальный столик, напротив телевизор и шкафы набитые книгами. Глэм присел на диван, а психолог спросил:
— Может чай или кофе?
— Не откажусь от чая с двумя ложками сахара.
Вскоре на столике появилась чашка с чаем и вазочка с конфетами.
— Располагайтесь как вам будет удобно.- сообщил психолог.
Сам же сел в кресло и взял в руки блокнот с ручкой. Блондин же сделал глоток чая и улегся на диван.
— Как я понимаю, Глэм — это не ваше настоящее имя.
— Да. Меня на самом деле зовут Себастиан, но я предпочитаю Глэм.
— Что ж. Может для начала расскажете немного о себе и своей жизни?
— У меня есть прекрасная жена и двое сыновей. Старшему 16, а младшему 13.
Он стал рассказывать про свою семью и по его голосу было понятно, что он их очень любит и счастлив рядом с ними. Когда он закончил психолог задал интересующий его вопрос.
— Я заметил, что вы постоянно улыбаетесь. Это ваш защитный механизм?
Глэму всегда было трудно открываться людям. Он предпочитал держать всё в себе скрывая это за улыбкой. По его лицу уже нельзя было понять радостно ему или грустно.
— Глэм, я не смогу вам помочь, если вы не захотите мне ничего рассказать.
— Всё дело в моём отце.
В этот момент словно плотину прорвало. Глэм не останавливаясь рассказал историю своего детства. С каждым словом от этой метафорическое маски отлетал кусок, обнажая израненую душу. На середине рассказа у музыканта потекли слёзы. Последний раз он плакал, когда прощался с Лидией.
— Вот. Возьмите.
Мистер Браун протянул ему коробку с салфетками. Глэм принял полусидячее положение и продолжил свой рассказ. На удивление, когда он закончил ему действительно стало легче.
— Судя по всему у вас все признаки ПТСР.
— И что мне делать, мистер Браун?
— Вас ждёт длительный курс психотерапии. Я выпишу вам несколько лекарств. Вы говорили, что ваша семья не знает о вашем прошлом.
— Да. Им это не интересно.
— Я бы посоветовал всё же им всё рассказать. Для вас в данный момент как никогда важна поддержка со стороны семьи. Вы, как музыкант должны понимать, что результата не будет сразу. Нужна долгая и упорная работа. А ваша семья поможет вам пройти через всё это.
— Думаю, вы правы. Они должны знать об этом.
— Жду вас на следующей неделе.
Мужчина протянул Глэму листок со списком лекарств и датой и временем следующего сеанса.
— Спасибо вам. До свидания.
Музыкант вышел из дома, сел в машину и поехал в ближайшую аптеку, а потом направился домой. Его встретила Вики и сразу накинулась с вопросами:
— Где ты был? Почему не сообщил, что куда-то сваливаешь? И что у тебя в пакете?
— Вики, позови детей в гостиную. Нам надо серьёзно поговорить.
Байкерша не стала спорить, поднялась на второй этаж и позвала детей. Через пару минут все сидели в гостиной. Глэм пытался собраться с мыслями и попытаться начать разговор.
— Я ведь вам никогда не рассказывал о своём прошлом. Думаю, пора это исправить.
Второй раз рассказывать эту историю было не так больно, но периодически мужчина замирал, глядя на свои руки, а на лбу у него выступал холодный пот. Глэм снял напульсник с правой руки и показал всем шрамы от линейки. Когда ему становилось совсем плохо и он не мог сказать и слова, а по щекам снова текли слёзы, Вики и дети его обнимали и давали время прийти в себя и продолжить рассказ.
— После того, как я получил эту коробку в наследство, прошлое снова стало меня преследовать. Я решил обратиться к психологу и он прописал мне таблетки.
Глэм не улыбался. Жена и дети впервые видели его настоящие эмоции. Они решили ничего не говорить, а просто крепко обнять мужчину. Без всяких слов было понятно, что они всегда его поддержат.
