Тараканы в голове у брата и сестры Швагенвагенс

Глэм и Вики находились в своей спальне. Женщина пыталась влезть в чёрное платье и с большими усилиями это получилось. — Ну, как я выгляжу? — Устрашающе. Байкерша засмущалась. — У нас осталось 15 минут. Я пошёл одеваться. — Надеюсь во что-то такое же нелепое как у меня? — Конечно. Спустя двадцать минут Вики спускается вниз, чтобы найти мужа и встречает в дверях Лидию. Сестра Глэма была одета в синее платье, а волосы у неё были собраны в хвост. У женщин были довольно неплохие отношения, Вики даже немного уважала Лидию, когда та, в самом начале их с Глэмом отношений, почти смогла разбить ей нос. А это удавалось мало кому. К ним подошёл Глэм, который до этого беседовал с таксистом. — Давайте уже поедем. Быстрее приедем, быстрее оттуда свалим.- предложила блондинка. Вики села на сиденье рядом с водителем, а брат с сестрой расположились сзади. — Глэм, я всё хотела спросить, нам там что-нибудь светит? — Нет. Не думаю. — Тогда нафига нам переться на эту унизительную процедуру? — Чистая формальность. Члены семьи обязаны присутствовать. Лидия чуть было не рассмеялась. — Мы были членами семьи лет двадцать пять назад. — А кстати, почему Анна не поехала с тобой? — спросила Вики. — Мы пусть и женаты, но общество, которое соберется там приверженцы «традиционных» ценностей. Анна бы просто пересралась там со всеми. А я хочу просто приехать, услышать завещание и уехать. Без каких-либо проблем. Вскоре такси приехало к довольно большому дому. Герои зашли внутрь и прошли в нужную комнату. Там собрались уже почти все. Троица заняла соседние стулья в первом ряду. Справа от Лидии сидел черноволосый, голубоглазый мужчина, лет на десять младше её брата. Заметив чужой взгляд на себе, тот повернулся к женщине. — О! Вы тоже соизволили прийти? Он сказал это так надменно, что Лидия едва ли не подавилась воздухом от возмущения. — Я что-то вас не припомню среди родственников. — Меня зовут Виктор и я — сын Густава. — Что?! Глэм тоже обернулся и посмотрел на внезапного родственничка. — У нашего отца не было ещё одного сына.- Лидия продолжала не верить в услышанное. — Вы просто не знаете, что происходило, после вашего ухода. Ваш отец усыновил меня, когда мне было пять. Их беседу прервал взрослый лысоватый мужчина. Он сел за стол и вскрыл конверт. — Завещание! В этот момент Вики проснулась и стала внимательно слушать. — Заверенное 30 января этого года. Читаю дословно. Я — Густав Шваненвагенс, Виктория пыталась сдержать смех. — Проститете. Продолжайте. — Завещаю своему строгому и целеустремленному сыну Виктору следующую часть моего имущества. Далее по списку: поместье общей площадью в 32 гектара, 2 особняка на улице Шоулд, 4 Роллс-Ройса все 98 года выпуска, 2 мерседеса Макларен, коллекцию картин общей стоимостью в 2 миллиона долларов, золотые украшения общей стоимостью 4 миллиона долларов, а также 89% акций на мою фирму по производству бильярдных шаров. Вики от такого аж со стула упала. — Афигеть. — Далее моему племяннику… — А как же яхта «Керолайн»? — возмутился Виктор. — Извините, но тут не слово о яхт… — Вы чертовы идиоты не можете даже правильно составить документ. Немедленно займитесь вопросом о собственнике яхты «Керолайн». Даю вам три дня! — Хорошо, мистер Виктор. Мы всё проверим. — Яхты блин! Да ему на Титаник бабла хватит.- с шоком произнесла Виктория. — Далее своему племяннику Валену я завещаю мои золотые часы. Лидия уже была на пределе и казалось, что у неё сейчас пойдёт пар из ушей. Все встали и женщина повернулась к черноволосому. — Какого хрена всё досталось именно тебе?! Ты даже не его биологический сын! — Если бы вы тогда не отреклись от своей семьи, то это всё могло быть вашим. — Мы не отрекались! Это он от нас отрекся! — Вот только не надо мне вешать лапшу на уши. У вас было всё: большой дом, тёплая кровать, вкусная еда, лучшая одежда, огромные финансы, но вы решили от всего этого отказаться. — Это была не жизнь, а кошмар! Мы существовали в тюрьме с золотыми решетками! — Да вы даже не представляете что такое настоящий кошмар! Что значит жить в детском доме и понимать, что ты никому не нужен! Даже собственным родителям! Густав меня усыновил, подарил мне все то, о чем я и мечтать не мог. — Да он был психопатом! — Это вы, неблагодарные отпрыски так считаете. Лидия уже была готова взорваться. Она хотела накинуться на Виктора, но её схватила за талию Вики, но женщина не оставляла попыток вырваться. — Пусти меня! Я расцарапаю этому гаду лицо! Перед ней встал брат и положил руки ей на плечи. — Лидия, успокойся. Посмотри на меня. Женщина перестала пытаться вырваться и Вики её отпустила. Глэм крепко обнял сестру и она сделала то же самое. — Прости. — Ничего страшного. — Себастиан! — произнёс тот самый лысый мужчина. Все обернулись к нему. — Своему сыну Себастиану и дочери Лидии я завещаю коробку 37. Вики сразу оживилась и стала трясти мужа за плечи. — Аааа! Открывай её скорей! Ключи от яхты нам не помешают. Женщина потирала руки в предвкушении. Брат с сестрой подписали документ и все втроём сели в такси. — Хэй, Глэм, что там в коробке? Ты не смотрел? — Нет. Мне не интересно. — А мне интересно. Вскрой хоть для приличия. Брат с сестрой переглянулись. Лидия словно говорила ему «Не открывай. Ты же знаешь, что там может быть.» Но Глэм всё же вскрыл коробку и улыбка пропала с его лица. Лидия тоже посмотрела на содержимое и положила свою руку поверх руки брата. — Глэм, что там? Что там? Глэм? Да чёрт, что там? Лидия, может ты скажешь? Лидия? Но брат с сестрой её не слышали. Они снова погрузились в те далёкие воспоминания и словно заново пережили всё это. Глэм словно в трансе попросил водителя остановиться и вышел на улицу. Лидия последовала за ним. Они несколько минут стояли у мусорки, смотря на осколки макета, которые лежали в коробке, а в голове был слышен крик отца «Вы выбрали ХЛАМ!» Отойдя от этих воспоминаний, Глэм выкинул коробку в мусор. — Мы выбрали семью, в отличие от тебя. Лидия всё это время держала брата за плечо. Рядом появилась Вики. — Не то, чтобы я рассчитывала на яхту. А вот этот ключик он случайно не… — Нет, Вики. Это просто ржавый ключ. — Да и чёрт с ним. Давайте поедем по домам, а то тут мой мотоклуб рядом. Не хочу, чтобы мои придурки запалили в костюме Джессики Рэббит. Глэм продолжал стоять на месте. Вики положила руку на соседнее плечо. — Эй, ты чего? Да хрен с ней, с этой яхтой. Нашел из-за чего париться. Проживем и без этой посуды. Или как там её? — Пасудины. — Кароче, не парьтесь. Погнали по домам. В этот момент мимо них проезжают байкеры с камерой. — Эй, Виктория! Ахуенное платье! — Бляяяя. Рыжеволосая была очень расстроена, а блондинка тихо хихикала в кулак слегка согнувшись. Глэм же пытался успокоить жену, но это не особо помогало.