Иные

Пока меня вели куда-то в мешке, я обматерил всё, на чём свет стоит. Ну вот почему я? Я же, блять, и не рвусь в эти недо-группировки, я просто хотел спокойно учиться, получать знания, при этом не попадать в неприятности. Вели меня, по моим ощущениям, минут десять-пятнадцать. Слава вели не на улицу. Единственное из всего, что я понял, так это то, что мы очень долго куда-то спускались, перед этим открывая не малое количество дверей. Когда последнюю дверь открыли и меня туда привели, я почувствовал сырость, запах земли и гул людей. Человек, который вёл меня, отпустил моё плечо и приказал не снимать мешок, пока не прозвучит сигнал. Закатив глаза, я пытался хоть что-то рассмотреть сквозь материал мешка, но чёрт там плавал. Спустя какое-то время гул голосов затих, а я стал прислушиваться. — Дорогие наши участники, — громогласный голос распространился по всему помещению, заставляя съёжиться. Как я понял, говорил какой-то парень в микрофон, а колонки были расположены где-то рядом или надо мной. — Вам выпала великая честь – в этом году именно вы будете бороться за возможность попасть в альянс и показать на сколько вы круты, — я закатил глаза, потому что более дурацких слов я не слышал. — Вам предстоит пройти что-то типа полосу препятствий и заключается она в том, что за минимальное количество времени необходимо найти выход из катакомбы, — катакомбы? Да они охуели! — На всё про всё у вас шесть часов. Так же в этом году мы решили внести новшество, главы альянса и пару их людей расположились в катакомбах, они могут указать вам на сторону выхода, только если вы выполните от них задание, — заебись. — Так что желаю вам удачи, после гудка можете снимать мешки и начинать. После того, как гудок прозвенел, я снял этот чёртов мешок. В глаза мне ударил жёлтый подвальный свет. Сфокусировав зрение, я огляделся по сторонам. Все присутствующие были парнями, некоторых из них я встречал на совместных уроках, некоторых вижу в первый раз. Они как-то быстро закопошились и рванули кто куда. Я же как истукан остался стоять на месте. Вокруг полным-полно было ржавых труб, по которым, с вероятностью девяносто пять процентов, что-то да протекало. Выдохнув, я решил двинуться вперёд. Потому что стоять все шесть часов на месте нет желания, а так есть вероятность, что смогу найти Фостера и прописать ему по самое не хочу. Честно, такому количеству поворотов позавидует даже самый искусный лабиринт в мире. Я уже сбился со счёта, сколько раз повернул, а куда повернул – я вообще не запоминал. И вот, спустя какое-то время, я наконец-то наткнулся на человека. Когда он ко мне повернулся, то я чуть не вскрикнул. — Скотт Эванс, — парень обернулся на меня и гадко ухмыльнулся. — Макар, — обреченно выдохнул я. Этот парень, из альянса Прайса, он второй, после Адама, кто меня не переносит. Почему? Не ебу. — Не думал тебя здесь увидеть, — он сложил руки на груди и облокотился спиной о угол стены. — Я тоже не думал, что меня сюда затащат, — спародировав его мерзкий голос, я подошёл и удрученно посмотрел на того. — Что я должен выполнить? — Ты? — Макар оскалился и присел на стул. — Вообще, выполнить выпавшее действие, но раз сам Скотт Эванс ко мне подошёл, то, — парень слегка призадумался. — Знаешь, не надо, обойдусь без помощи, — я покачал головой и двинулся вперёд, но тяжёлая рука Макарова остановила меня. — Чего тебе? — этот чувак пугал меня, он был ростом с Прайса, то есть с моего роста, но значительно превосходил его в телосложении, да и характером был более развязным и дерзким. — Не так быстро, — Макаров улыбнулся и сжал руку на моём предплечье. — Сначала ты должен выполнить то, что я загадаю, а лишь потом уйти, — я закачал головой и с вызовом посмотрел тому в глаза. — Это если я захочу, но меня не привлекает мысль о том, чтобы выполнять то, что загадает твой больной мозг, — последние два слова я буквально выплюнул и резко подавшись вперёд ударил Макарова коленкой в пах. Высвободившись от его руки, я быстро побежал вперёд, потому что Макар отбитый на голову и умереть в грязной катакомбе мне не хочется. Когда я отбежал достаточно далеко и убедился, что тёмная годзилла за мной не гонится, я выдохнул и прикрыл глаза. Когда я только начал убегать от Макара, до меня донеслась его брошенная фраза, что если я попадусь ему на глаза, то мне стоит молиться. М-да, умею же я обретать друзей. Переведя дыхание, я прошёл буквально метров двести, как перед мной оказалась три прохода. По всем канонам, один вёл налево, второй прямо, третий направо. Отлично. Теперь полагаемся на свою интуицию, которая к слову, вообще отсутствует. Взвесив все бля и нахуй, я пошёл прямо. И походу на этот раз интуиция на моей стороне, потому что спустя недолгой ходьбы, я встретился с Эммой. Я так обрадовался, что заключил её в объятия. — Ты что тут делаешь? — Эмма, не отстраняясь от меня, задалась вопросом. — Хороший вопрос, потому что я сам не знаю, — наконец выпустив Эмму из оков моих рук, я устало улыбнулся. — А тебе как тут сидеть? — Скучно, — взвыла девушка. — Интернет ловит через раз, музыку уже всю переслушал, двум парням уже помогла, — я улыбнулся и сел на стул, на котором до этого сидела Эмма. — У тебя есть вода? — она согласно кивнула и полезла в рюкзак, отдав мне бутылку со святой жидкостью, полезла в свой телефон. — Так что, — она оторвалась от экрана, когда я допил и отдал ей бутылку. — Тебе нужна помощь? — я сжал губы и умоляюще на неё посмотрел. — Можно я останусь с тобой до окончания времени, потому что я не хочу бегать по всему этому подвалу и искать долбанный выход, — Эмма громко засмеялась и согласно кивнув, опять полезла в рюкзак, достав плед, она постелил его на сухую плитку и села на него. — Плюхайся, — она постучала по пледу, призывая меня сесть к ней. К слову, нужно сказать, плед был достаточно плотный, потому что, сев на него, я не почувствовал холода, исходящего из плитки, да и вообще саму плитку практически не чувствовал. Эмма включила на своём телефоне какой-то фильм, и мы принялись его смотреть. Уже на десятой минуте, ко мне подкралась мысль, что это ужастик, потому что как-то странно и знакомо развиваются события. — Ты включила ужастик, — констатировал я сию информацию и посмотрел на Эмму. Та, сука такая, ярко улыбнулась и кивнула головой. Я лишь закатил глаза, и отвернулся обратно к экрану телефона. Смутно помню, как отключился. Помню лишь как на меня навалилась усталость, а веки стали тяжелыми, что терпеть не стало возможным и поддавшись биологической потребности, я закрыл глаза и провалился в сон, примостив при этом свою голову на плече у Эммы. Проснулся я из-за того, что моя опора исчезла, а музыка фильма сменилась на диалог двух лиц. Одним из лиц была Эмма, а второй… Я резко открыл глаза и сел, на меня уставились две пары глаз, одни из которых были карего оттенка и принадлежали парню, с белыми волосами. Адаму. Ну мозг и загнул. Я поднялся на ноги и посмотрел на ребят. Адам каким-то нечитаемым взглядом посмотрел, я бы даже сказал, отсканировал меня всего. — Собирайся, — кинул он мне. — Всё практически закончилось, — он развернулся и ушёл куда-то в темноту коридора катакомбы. — Чего? — из-за того, что сон ещё не покинул меня, я плохо понимал происходящее. Эмма тепло улыбнулась и подошла ко мне. — Всё, все игроки нашли выход, квест окончен. *** На часах было начало шестого, когда мы вышли из катакомб. В зале собрались все организаторы, главы альянсов и участники. Фостер, когда увидел, что я вошёл в зал с Эммой, подошёл ко мне. — Ты откуда? — Кэм злобно зыркнул на Эмму, но при взгляде на меня, смягчал свой взгляд. Зевнув, я спрятал руки в карманы. — Одним из участников был я, — недовольно буркнул. — Ну, если кратко, то встретил Эмму и решил остаться с ней до конца, так как не было никакого желания проходить всё это, — Фостер сожалеюще посмотрел на меня и дотронувшись до плеча, кивнул Эмме, и они ушли на сцену. Выпускники что-то там говорили о выигравшем, о том, что теперь он один из лучших учеников этой школы и что он может выбрать один из альянсов. Я не запомнил имя победителя, но зато хорошо запомнил альянс, который выбрал этот парень. Альянс Прайса «Не самый лучший выбор». Адам на сия заявление никак не отреагировал, он лишь пожал парню руку и вроде бы, представил его остальным представителям. Но честно, я не запоминал, я так выдохся за весь этот день, что единственным желанием было плюхнуться в кровать и проспать минимум двенадцать часов, но этого не будет. Так как родителей я попросил приехать около восьми, а это значит, что меньше чем через два часа они приедут. Хорошо, что я додумался и собрал вещи ещё вечером. — Скотт Эванс, — я резко вернулся из своих мыслей и посмотрел на сцену, откуда донеслось моё имя. С микрофоном в руках стоял Макар и гадко улыбался мне. Я не понимающе уставился на него, а потом посмотрел на Фостера. — Ну что же ты замер, проходи на сцену, — я отрицательно покачал головой и остался стоять на месте. — Тогда я так скажу. Скотт Эванс единственный кто решил нарушить правила и не проходить квест. — я с широкими глазами тупо уставился на Макарова, — Он решил, что может не проходить квест и может отоспаться, а по правилам забивать на игру нельзя, так как это проявление неуважения к выпускникам, а во-вторых, посмел просто так поднять руку, а точнее ногу на меня, на судью игры и представителя альянса, — твою мать. Все присутствующие обернулись на меня, а Макаров злобно посмеивался и подмигнул мне. Вот же гад. Я не знал не о каких таких правилах, хотя, даже бы если и знал, то всё равно бы врезал ублюдку. Вернее не врезал, а сжёг в огне ада желательно, правда мне бы научится его призывать для начала. Ко мне подошли двое парней и привели меня к сцене. Забравшись на неё, я разъярённо смотрел на Макарова, который что-то шептал Прайсу. Фостер подошёл ко мне и подозвал к себе, нагнувшись он зашептал. — Что там произошло? — Он схватил меня за руку и сильно её сжал, чтобы выбраться, я ударил его в пах, но Кэм, я не знал не о каких правилах, — Фостер сдержанно вздохнул и обернулся на Макарова. — Во-первых, — все обернулись на Кэмерона. — Он находиться под моей защитой, и вы его не тронете, если не хотите иметь дело с моим альянсом, — обращался он к Макарову, но смотрел на Прайса. — Во-вторых, насколько я знаю, на этот раз никто не сообщил участникам о правилах квеста, поэтому с Эванса взятки гладки. — А в-третьих, — Эмма вышла к Фостеру и посмотрела на выпускников и на альянс Прайса, — это я позволил Скотт не проходить квест до конца и остаться со мной, — карие глаза Адама моментально вспыхнули и он вышел вперёд. — Не могу понять, что вы так возитесь с этим стипендиатом, — я встретился с глазами Прайса, в которых бурлил гнев. — Что же такого ты им предложил, что они бегают за тобой? Деньги не мог, так как твои родители обычные люди, — с неким отвращением произнёс это Прайс, после чего подошёл ещё ближе к Эмме и Кэмерону, так и продолжая на меня смотреть. — Себя? Не уж то ты, Прайс, будущая шлюха? Я понимаю, хочешь жить — умей вертеться, но если ты не знал, то это образное выражение, не обязательно вертеться на хуе Фостера и лежать под Эммой, тем более, как тебе не стыдно? У Эммы ведь недавно парень умер, как раз из-за тебя, ведь ты ей позвонил и позвал на помощь, — устав от мерзкого и черного, как дёготь, монолога Прайса, я вышел вперёд. — Адам, тебе не надоело? Каждый раз, когда ты узнаешь, что меня кто-то защищает, то начинаешь нести такую околесицу, от которой вянут уши. Ты выставляешь себя посмешищем, нет, правда, строишь из себя богатого эгоиста, которому плевать на всё. А что на самом деле? — я с вызовом посмотрел на него и приблизился. — На самом деле, как я и говорил в начале нашей встречи, в тебе нет ничего, ты как пластмассовая дорогая кукла, вроде бы красивая, вроде бы привлекательная, но как только понимаешь, что больше ничего и нет в этой кукле, интерес пропадает и появляется чувство сожаления, что потратил время на такую пустышку, — Прайс сжал руки в кулак и ударил по мне ледяными осколками, которые прошли моё тело насквозь. Я отшатнулся назад, но не упал. Он притянул меня к себе и яростно посмотрев мне за спину, прорычал, наверное Кэмерону или Эмме, кому из, не знаю. — Советую остаться на месте, — после, держа меня за руки, быстро замораживая их, он отвел вторую руку в сторону и что есть силы ударил меня в живот. Ударив меня под коленом, он поставил меня на эти самые колени и ударил ещё раз, только теперь в спину. Я упал лицом на пол, так как Прайс меня резко отпустил, присев рядом со мной, он схватил меня за волосы и потянув за них, приподнимая мою голову — Видишь, — злобно шипел мне на ухо. — Прайс! — голос Фостера звучал грозно и очень пугающе. Я не любил, когда он включал бесчувственного мажора, так как очень боялся этого состояния. В таком состоянии Фостер становится безжалостным и непредсказуемым. — Не смей, я уничтожу тебя, — на что Прайс просто рассмеялся, приподнимая меня на ноги. — Кэм, оставь его, что тебе до него? Думаю, ты найдёшь того, кого можно бесплатно трахнуть, — из-за боли я моргал медленно, и не очень понимал происходящее, потому что в следующую секунду я оказался на полу, больно ударившись лбом. В глазах резко потемнело, а дышать стало трудней. Во рту почувствовался отвратительный металлический вкус крови, живот горел. Такое отчаяние и боль я никогда не чувствовал, всё тело горело, я не контролировал себя. Лишь злость, боль, и я чувствовал, как она на ростала. Глаза загорелись ярким оранжевым цветом, по всему телу вены загорелись оранжевым цветом, на моём теле появились что-то вроде оранжевых горящих трещин. Все раны с поразительной скоростью затянулись. Меня окутывала эта сила, что я просто не мог ей противиться, и я просто хотел показать всем им на что я способен! Поставить уже наконец этого Прайса и наконец-то найти своё призвание. Я почувствовал мысли всех людей, находящихся в зале, при чём не только чувства, а их мысли. Спустя пару секунд меня окружил огромный огонь, и до сих пор я понимал, что это был не пик. Я горел настолько ярко, что освещал весь зал, который был так сказать не маленьким. Огонь был на полу по всей сцене, будто бы пол превратился в огонь, но никого он, как ни странно, не трогал, никто не загорелся и ничего такого. Весь огонь на полу начал кружить вокруг меня. И тогда на пике сил, я создал разрушительную волну, появился огромный взрыв, который разрушил весь зал. Все кто были на сцене просто слетели с неё на несколько метров. Повреждения в зале были серьёзными, от колонн, стен, сцены практически нечего не осталось. После этого я не был в состоянии стоять и просто упал на пол, ударившись лбом. Меня опять потянули на верх, но на этот раз не за волосы и не жестоко, а как-то осторожно и аккуратно. Перед собой я увидел лицо Эммы, которая оглядев меня, передала меня Кире и Райту. Они повели меня на выход из зала, когда я обернулся, последнее что я увидел, так это руины зала и приходивших в себя людей, все были в ранах. *** Очнулся я в белой комнате, палата. Опустив взгляд с потолка, я встретился с обеспокоенными глазами. — Мама? — она мне мягко улыбнулась и сжала мою кисть, будто пыталась и поддержать, и забрать себе мою боль, хотя я её не чувствовал. — Что ты здесь делаешь? И который час? — Как ты себя чувствуешь? — беспокойство в её голосе, так и сквозило, а глаза на свету поблёскивали. — Всё хорошо, не волнуйся, — я сжал её руку в ответ. — Ты упал с лестницы, и пока летел в низ, получил многочисленные удары и увечья, — непрошенная слеза скатилась по её щеке, но мама её быстро убрала рукой. — Лестница? — она согласна кивнула, пока я внутри себя офигевал от того что мне сообщила мама, потому что это враньё, я прекрасно помню эту ночь, даже чересчур прекрасно. Никакой лестницы не было, была лишь тяжёлая рука Прайса и то как я уничтожил зал. — Который час? — повторил я вопрос, чтобы хотя бы понимать сколько прошло с того момента. — И где отец? — Сейчас два, отец вышел на улицу. — Я хочу домой, — мама согласна кивнула и позвала медсестру. Женщина помогла мне подняться, при этом смотрела на меня так, будто знала настоящую причину моих побоев. Ну конечно, она же меня лечит, она как никто другой, знает всю правду всех избиений учащихся. В коридорах школы было достаточно пусто, все уже разъехались, лишь пару школьников встречались нам. Мама сразу сообщила, что собранные мной вещи отец забрал из комнаты и отнёс в машину. На улице было холодно, морозный воздух обжигал лёгкие и сушил пострадавшую кожу. Отец стоял около машины и нервно курил, увидев нас с матерью, он потушил сигарету и двинулся нам на встречу. Аккуратно меня обняв, он перенял меня у матери и усадил на задние сиденья, как только мы тронулись, а отец по моей просьбе включил обогреватель, я принял горизонтальное положение, подкладывая под голову маленькую дорожную подушку, которая всегда находилась в машине у отца. Так как я любитель поспать в дороге, я отрубился. Голубое небо, яркий свет и красивый хрустальный лёд, хотел бы я сказать, что было спокойно, но нет. С одной стороны, сон завораживал своей красотой, с другой приносил некое беспокойство.