Согреть Россию

Сегодня утро было суетливым, страны собирали сумки, чтобы пойти на море.К счастью прогулка под дождём для России и Беларуси не обернулась в своих последствиях чем-то серьёзным и осталась лишь приятным воспоминанием. — Вань, солнцезащитный крем возьми, а-то мы сгорим. Кажется солнце решило нас сжечь. Произнесла Наташа, кладя в сумку бутылку воды. — Видимо. Даже ему мы не нравимся. — Хмыкнув, ответил он. Собравшись, вся компания двинулась в сторону пляжа. Выбрав место на песке и сняв с себя верхнюю одежду, Германия, Италия и Америка отправились купаться, остальные же решили остаться на суше и заняться другими делами. Япония например отправился за коктейлем, Франция бесстыдно изучал своим взглядом фигуры красивых девушек и парней, а Англия читал какой-то детектив. Россия с Беларусью в свою очередь отдыхали на шезлонгах, закрыв глаза, пока Наташа не произнесла: — Мне кажется крем нас не спасёт. У меня уже кожа красная… Иван вздохнул, после чего пошёл за пляжным зонтом и поставил его, чтобы он закрывал их обоих. Также он принёс для сестры мохито со льдом, себе же он взял лимонад. — Спасибо, Ванечка, — довольно произнесла она и продолжила: — У тебя голова от жары не кружится? — Не за что. Нет, не кружится, не переживай. Брат и сестра наслаждались морским бризом, пока их идилию не прервал бегущий к ним Фелициано с такими криками: — Смотрите, смотрите, что я поймал!!! Ваня и Наташа взглянули на то, что было в его руках. Это была какая-то прозрачная жижа, по всей видимости медуза. Россия нахмурился. — Пусти её. — Строго произнёс он. Италия надул губки. — Почему-у-у? — Да пусть играется, главное, чтобы не пытался достать пасту со дна. — Вмешался в разговор Германия, который по всей видимости совсем недавно занимал роль спасателя. — Со дна? — Не поняла Беларусь. — Водоросли. Это были водоросли. — С тяжёлым вздохом ответил Людвиг. — Не пусть. Хватит мучать бедное животное, оно ничего плохого не сделало. Иван нахмурил брови, смотря Германии в глаза. — Медуза не чувствует боли, какая разница? — Ага, она не чувствует боли также, как её не чувствуют люди. — Спарировал Брагинский. — А даже если бы она её не чувствовала, то разве это значит, что мы должны её убивать? Убивать ради чего, ради того, чтобы Фелециано поигрался? Глаза России сверкнули в недовольстве. Образовалась напряжённая атмосфера, которую не чувствовал лишь Италия, тыкая медузу в предполагаемое «пузико». — Ты драматизируешь. У неё нет мозгов, от её смерти не убудет. — Кротко ответил Людвиг, сжав в напряжении кулаки. — Ты действительно так думаешь? Задал вопрос Иван, но он не требовал ответа, потому что Россия встал со своего шезлонга, забрал у Фелециано медузу и, отойдя ото всех, пустил её в море. К его возвращению на том месте уже никого не было. — Он совсем не изменился. — Буркнул Брагинский, отпив свой напиток. — Люди не меняются, Ваня. — Со вздохом произнесла Наташа, бросив на него взгляд. Некоторое время в воздухе всё ещё ветало что-то неприятное, пока не растворилось в милой беседе с сестрой. В остальном день прошёл отлично, вода была тёплой, еда вкусной, а настроение хорошим. А ещё было приятно осозновать, что где-то в море обитает осчастливенная спасённой жизнью медуза. Конечно, если она все же способна что-то чувствовать.