Детективное агентство "Анна и её духи". Пятое дело.

— Значит, Белый камень обладает такой огромной силой, что любое упоминание о нём должно остаться сокрытым! — задумчиво произнес Штольман, выслушав успокоившуюся Аню, которую он от греха подальше закутал в собственный теплый халат. Очень уж легковесная у неё была домашняя амуниция. Аня в халате утонула, зато все отвлекающие части оказались спрятанными. Отвлекаться теперь можно было только на изящные пальчики ног, которые выглядывали из-под полы. Но это уже вполне можно было пережить. — Да! — кивнула Аня. — И до последнего потомка Гийома и Раймонды нет никакой возможности добраться, кроме как через тебя? — уточнил Штольман, которому не нравилось это. Однако он понимал, что Скрябин не знает о том, что для того, чтобы отыскать талисман, нужен живой носитель крови Белибаста, могущий на словах передать, куда следует отправляться. Неизвестная ему женщина, которая много лет молчала в стенах католического приюта, была в безопасности. Об Ане этого сказать было нельзя. Она одна теперь осталась связующим звеном между альбигойской общиной и Скрябиным. Так просто он это не оставит! Аня снова покивала. — Она сказала, что все они из одного гнезда, — сказала она Штольману. — ты понимаешь, о чём идет речь? — Да, — всё ещё о чём-то размышляя, ответил Яков. — Откровенно говоря, я тоже размышлял о том же самом! Я думаю, что Полина, Скрябин и Умрат родные братья и сестра. По многим признакам об этом можно судить, а теперь и твой дух это подтверждает. Анна улыбнулась. Он говорил так, будто ничего такого сверхъестественного не было в том, что он сделал такой вывод. — Аня, что ты говорила о том, что у меня есть что-то, чтобы сохранить твой разум? — Штольман наконец остановился и посмотрел на неё. Процесс приведения фактов к общему знаменателю закончился, теперь пора было действовать. — Раймонда сказала мне перед тем, как уйти, что если я хочу остаться в своём уме, то я должна спросить, что у тебя есть от мертвой шаманки, — отрапортовала Анна одним махом. — Так и сказала: в своём уме? - уточнил Яков. Аня кивнула. Штольман щёлкнул пальцами. Когда он застрелил Полину Аникееву, то мысли его после этого были заняты Анной, которая серьёзно заболела, поэтому всеми следственными мероприятиями занимался редко трезвый Коробейников под руководством дерганого Николая Васильевича, на которого свалилось неожиданное отцовство, женитьба и этакая нервотрепка на службе. Яков, разумеется, участвовал в процессе, оформлял бумаги и делал доклады для того ведомства, которое наделило его нужными полномочиями. Однако мыслями он был в больнице, где в забытьи лежала Аня. Тело Полины перевезли в Петербург, документы по делу приняли вышестоящие чины, и только две недели спустя, когда Ане стало легче, Яков решил самостоятельно восстановить весь путь, по которому Полина провела Аню к домику и планировала вести дальше. Лежал снег, и погода не благоволила к длительным прогулкам, но Штольман прошел каждый шаг, представляя, как всё было. Обследуя охотничью сторожку, в которой держали Анну, Яков заметил, что между досками пола что-то блеснуло, когда он поднёс туда лампу. Исхитрившись, он достал оттуда цепочку и кулон с красным камнем, которые не снимая носила Полина. А ведь в самом деле, Штольман еще удивился, заметив этот факт. Даже надевая какое-нибудь иное украшение, она носила кулон под одеждой. Яков несколько раз замечал, что знакомая ему цепочка виднеется в вырезе платья или показывается из-под воротника. Это его озадачило. Теперь, выслушав слова Раймонды, он подумал о том, что давно приходило ему на ум. Ведь не просто так Аникеева не расставалась с этим амулетом! Штольман полагал, что в змеином гнезде нужно иметь противоядие от укуса. Если принимать слова духа за чистую монету, то значит, этот кулон делает невозможным гипнотическое воздействие на того, кто его носит. Якову думалось, что будучи в компании таких доброжелательных и простодушных людей, как её покровитель, Скрябин и Умрат, Полина должна была подстраховаться, чтобы однажды не стать такой же часовой бомбой, которые она делала из других. Вот она и не снимала своего амулета, опасаясь за свою жизнь. Яков открыл ящик стола и достал оттуда красный камень на длинной цепочке. В тот раз он просто приобщил его к тем материалам, которые сохранил по делу Крутина. Официальное следствие уже передало бумаги дальше, да и для расследования факт потери кулона не имел значения, поэтому Штольман оставил его себе. И вот теперь, судя по всему, он сослужит им отличную службу в битве со злом.