Как мне теперь уснуть?!

— Такемичи! Врач прописал тебе постельный режим так, какого черта, ты не в кровати? — сердито спрашивает Чифую. Парень, которого спрашивали, повëл плечами и пытался найти, что сказать в своë оправдание, но в голову, как назло, ничего не лезло. — Кхем, Чифую... — В кровать, живо! — приказал Чифую. Такемичи тяжело вздохнул, смиряясь со своей участью, прекрасно понимая, что сейчас Чифую начнëт говорить по типу: «Рана ещë не до конца зажила, а ты хочешь чем-то заняться, в то время как врач прописал постельный режим?!Совсем с ума сошëл?» и проведëт лекцию о том, как важно соблюдать рекомендации доктора. Чифую каждый раз так делал, когда заставал моменты, где блондин не в кровати и пытается сделать хотя бы зарядку. Ну, его беспокойство можно понять. Такемичи чуть не умер. Блондин послушно лëг на кровать и уставился на Чифую в ожидании, когда же ему дадут конфеты. Чифую всегда приносил с собой разные конфеты, когда навещал его. Но чаще всего те, что он ел в детстве. Как и откуда Чифую узнал о его любимых конфетах детства, Такемичи не знает, но это и не важно. Главное он их приносит, остальное так, мелочи. Чифую достал пакет конфет, протянул блондину, который с радостью взял и стал хомячить их, и сел на стул. Пока Такемичи кушал конфеты, Чифую достал телефон. Прочитав сообщение, Чифую широко улыбнулся. — Такемичи, минут через 10 придут ребята. У них наконец появилось свободное время, поэтому решили собраться и проведать тебя. Блондин ярко улыбнулся. Он очень рад. — Замечательно. Снова увижу их. — Ага. Повисла тишина, мальчики молчали, было слышно только шуршание конфет. Чифую неловко пересел на кровать Такемичи. Тот приподнял брови. — Такемичи, спасибо тебе– его перебили. — Ты уже много раз благодарил, не надо. — Да, но.. хотя, чего я стесняюсь? — спросил себя Чифую и притянул к себе в объятия блондина. — Хаа?.. — Молчи. Просто молчи. Такемичи растерянно хлопал глазами, затем густо покраснел. Ему было неловко и непривычно. Мало было людей, которые обнимали его. Но ему это нравилось. Пока блондин наслаждался объятиями, Чифую тоже ими наслаждался. Он слушал как стучит сердце Такемичи, чувствовал тëплое тело парня. Это заставляло его сердце биться быстрее. Чифую понимал, что его лицо всë красное от смущения, спасало то, что Такемичи не видел его лица, а то он умер бы от смущения. Спустя несколько минут Такемичи отодвинулся, и Чифую, переполненный грустью от того, что он не может больше обнимать блондина, пришлось разорвать объятия. Его лицо уже было нормальное, в то время как Такемичи всë ещë красный. Чифую, заметив это, перестал грустить, вместо этого став беспокойным. — Ты весь красный, у тебя температура? — спросил Чифую, кладя руку на лоб блондина. Такемичи неловко улыбнулся и ответил: — Нет, я просто смущëн. Просто не привык к тому, что меня обнимают. К тому же здесь душно. — Сейчас открою окно, — ответил успокоившийся Чифую, поднявшись с кровати. Он подошëл к окну, открыл его. Прохладный ветер тут же подул в комнату. Чифую собирался пойти обратно и сесть на стул, как открылась дверь и в комнату зашли: Майки, широко улыбаясь и одетый в серый худи и белые джинсы; Дракен, довольно ухмыляясь, одетый в простую футболку и шорты; Мицую одетый так же; Баджи одетый в белую кофту и чёрные штаны; близнецы Кавата в своей обычной одежде. — Чë как, Такемучи? – —просил Дракен, ставя на стол корзину с фруктами, которую взял для блондина. (Хотя тут большинство блондинов, но да ладно). — Нормально, — весело ответил Такемичи. — Сколько тебе осталось соблюдать постельный режим? Такемичи скривился. Ему уже надоел этот постельный режим. — Эту неделю и следующую. Ребята с сочувствием посмотрели на Такемичи.

***

В компании ребят время пролетело быстро, и вместо дня теперь поздний вечер. Ребята попрощались и ушли. Чифую в этот раз остался на ночëвку. Тот часто оставался у него на ночь, и обычно не возникало неловкости, но не сейчас. Наверное Чифую не заметил, как чувствует себя Такемичи, потому внимание и не обращает. Он лëг на матрас и быстро уснул. Такемичи лëг на бок и попытался уснуть, но в голову тут же настойчиво лезло, как он обнимался с Чифуей. И хоть здесь нет ничего странного или смущающего, блондин покраснел. Уткнулся в подушку, пытаясь выбросить это воспоминание из головы. Правда не сильно старался то. В конце концов ему очень понравилось обниматься. Особенно с Чифую. Такемичи поймал себя на мысли, что не прочь снова оказаться в его объятиях. «Чëрт! Так, спокойно. Вдох, выдох» думал про себя Такемичи. После нескольких вдохов, выдохов, он успокоился. Лëг поудобнее и заснул.

***

Голубоглазый резко проснулся и сел на кровать, пытаясь не заплакать. Ему приснился кошмар, где все мертвы, один он жив. Несколько минут блондин успокаивался. Он снова лëг, но было страшно снова засыпать. Ведь Такемичи может снова увидеть мëртвых ребят. Снова будет видеть их, холодеющие на его руках, тела. Снова не сможет ничем помочь и будет только смотреть на то, как они умирают. А потом слушать их голоса, их обвинения в том, что он не смог защитить их, не смог спасти их. Что он был слишком слаб, слишком медленный, что если он поторопился то успел бы помочь им. Что.. Его поток мысли был прерван Чифуей, который проснулся от всхлипов Такемичи. — Такемичи? Что случилось? — с тревогой спросил Чифую, уже успевший сесть рядом на кровать голубоглазого. — М-мне просто к-кое-что приснилось, — заикаясь, ответил Такемичи. Он больше не всхлипывал. — Кошмар, да? — понимающе спросил Чуфую. Это было больше утверждение, чем вопрос, но Такемичи кивнул. Блондин не был уверен, что сможет сказать что-то понятным образом. В данные момент он не доверял своему голосу. Чифую продолжил, после его кивка, — Я не знаю, что тебе снилось, но этого никогда не случиться. Верно. В конце концов Баджи и Дракен должны быть мертвы, но сейчас они живы и здоровы. Он не дал им умереть. Так что его сон, где все мертвы, нереален. Но даже осознание этого факта, никак не поможет уснуть. Кошмар был таким реалистичным, что отпало всякое желание спать. Чифую вздохнул. Он подумал, что Такемичи ему не поверил. Поэтому он решил немного расслабить его. Или по крайней мере попытаться успокоить. — Подвинься пожалуйста, — Такемичи послушно сделал о чëм его попросили, немного в замешательстве смотря на своего друга. Чифую лëг рядом. — Повернись, — уже в приказом тоне сказал Чифую. Голубоглазый также послушно повернулся к нему спиной, придя в ещë большее замешательство. Он не понимал зачем это, пока не почувствовал чужие тëплые руки, которые гладили по его спине. — Эм.. Чифую? — Тебе не нравится? Мне прекратить? — Нет, мне нравится, просто... немного неудобно, тебе не кажется? — спросил Такемичи, которому эта ситуация показалась весьма неловкой. В тоже время, Чифую не знавший, что твориться в голове блондина, после его вопроса перестал гладить. Чуть подумав, он пришëл к выводу, что гладить его через футболку действительно может причинять неудобства Такемичи. К тому же это отличная возможность для него. Поэтому Чифую приподнял футболку, оголяя спину. Он снова начал гладить, но на этот раз голую спину парня. Такемичи покраснел. Ему стало ещë больше неловко. Тем временем Чифую не замечал состояние голубоглазого. Он вырисовывал различные узоры на тëплой гладкой спине, заставляя тело Такемичи покрыться мурашками. Чифую ближе пододвинулся к блондину, не переставая рисовать на его спине узоры. Несмотря на то, как ему было приятно, Такемичи счëл это слишком... просто слишком и отодвинулся от Чифую, повернувшись к нему лицом. Тот выглядел удивлëнным действиям парня, так как был уверен, что тому приятно. — Ты же сказал, что тебе неприятно. Так что поменялось? Такемичи замялся. Честно? Он сам не понимал. — Хаа, я кажется понял, что ты хочешь попросить! — с широкой улыбкой сказал Чифую. На самом деле, он не знал точно, чего хочет блондин, но кто ему мешает попробовать кое-что. Он сел на Такемичи, засунул руку под его футболку и стал проводить рукой по часовой стрелке по его животу. Такемичи закрыл лицо руками от смущения. Он хотел, что угодно, но не это! Но на задворках сознания мелькнула мысль, что на самом деле он не сильно то и против. Другой рукой Чифую убрал руки с лица блондина. — Не закрывай своë красивое лицо. Мне нравится смотреть на твоë лицо, когда ты смущëн, напуган, радостен, печален, злой. Поэтому не лишай меня удовольствия наслаждаться твоими искренними эмоциями. — Не г-говори таких смущающих вещей! — Это чистая правда! – сказал Чифую, а после чего рассмеялся. — Ладно, прости. Больше не буду. После этих слов, Чифую слез с него, встал и направился к двери. — Я на кухню, воды попью, — и ушëл. Такемичи недовольно пыхтя, проклинал Чифую. Как он теперь уснëт-то?! Голубоглазый повернулся на живот и уткнулся в подушку. Его лицо пылало от смущения и неловкости, хотя казалось, Чифую не сделал ничего, что могло бы выходить за рамки приличия!