Dreamcore: Центр мечты.

      — Прошу. — белобрысый элегантно поклонился, будто дворецкий, что ожидает, когда его гость ступит вперёд. Долго ждать не пришлось — Веня ступил на порог загадочного дома, с каждым неуверенным шагом входя в глубь помещения. За его спиной раздался хлопок, что свидетельствовал о закрытии входной двери, и теперь он остался в кромешной тьме со странным человеком в маске…       Обладатель серых волос замер, будто чего-то ожидая. Находиться в темноте, по сути, даже не зная с кем, заставляло юношу непроизвольно напрягаться: кто знает, что на уме у этого до боли уж странного масочника. Однако, самые устрашающие додумки Вениамина не оправдались – заместо оглушительного удара по затылку прозвучал щелчок, и ранее абсолютно тёмное помещение уже освещала громадная люстра на потолке. Парень, подняв голову, пару секунд внимательно смотрел на источник света, и после того как опустил взгляд вниз, про себя заметил, что послеобраза¹ не последовало.       Встревоженный взор попаданца направился на обитателя сея домика, а тот, в свою очередь, будто этого и ожидая, вдруг оживился. Масочник стянул с себя ботинки и направился в неизвестном для нашего главного героя направлении.       – Сейчас я устрою нам небольшое чаепитие, располагайся. – приглушённо прозвучало с другой комнаты, по всей видимости, кухни. – А там и обсудим все вопросы.       Вениамин вздохнул. Видимо, самое время осмотреть прихожую. Прежде всего парниша успел заметить, что здание, которое казалось достаточно таки небольшим, внутри наоборот было намного больше и просторнее, будто самая настоящая магия! Прихожая была поистине громадной: слева от входной двери красовался вход в кухню, впереди оказалась мраморная лестница, что вела куда-то совсем высоко, а справа, по всей видимости, уборная. Разглядывая помещение, Веня отметил про себя, что потолки тут достаточно высокие и декорированы прекрасными узорами в виде всяческих цветов. Стены представляли собой аккуратные ряды из белого кирпича, а мебель, коей было не особо много – из белого дерева. На шкафах да тумбочках расположились вазоны с прекрасными растениями, которые, однако, почему-то не цвели вовсе. Вот, между делом, попаданец совсем не понимал, зачем растить цветы, которые не цветут?       Парень повертел головой да заметил у входной двери полку – на ней красовался небольшой серый мишка, держащий красное сердечко, и фотография, на которой, кажется, был изображён тот странный масочник... Ох, наверное, вернее быть Серафим, а его за руку держала распрекрасная девица, неподвижно стоя. Её уста сомкнулись в невинно-детской улыбке, в то время как у юноши рядом на лице была всё та же маска с неизменной ухмылкой. Что вообще можно прятать за маской? Шрамы, что оставило тебе прошлое как напоминание о былом, или, быть может, неидеальный лик свой? А смысл прятать своё лицо, будь это семейное фото? Это узнать Вениамину уж вряд-ли суждено. Хотя, кто знает...       – Чай готов. – на веселе восклицает владелец домика да выглядывает из-за дверного проёма. – Приглашаю на кухню.       Гость отпрянул от полки, будто от иглы, и двинулся в нужном направлении. Войдя в кухоньку, что представляла из себя ещё более просторное помещение, он случайно споткнулся о порожек, но, к счастью, не упал. Веня поднял взгляд: два окна, что тускло освещали таких же светлых цветов кухню. Вот перед ним очертился маленький столик с двумя чашками чая, слева непосредственно сама кухня, а уж где-то далее и выход на своего рода балкон.       Перед взором серо-голубых очей мелькнула фигура Рафа: он, по всей видимости, отодвинул стульчик от столика, дабы гость мог присесть. Правда вот Вениамина это чутка смутило, ведь не понаслышке он знает, что такие жесты преимущественно проявляют юноши к девицам. Не подав какого-либо виду, он сдержанно кивнул в знак благодарности да занял данное ему место.       – Что-ж, начнём по порядку. – белявый садится напротив своего чудного гостя и притягивает к себе чашку с чаем. Указательный палец опускается на край керамического изделия, и Раф проводит им по кругу. – Как зовут тебя?       – Вениамин... – неспешно отвечает серый, наблюдая, как ввысь поднимается пар из обоих чашек, кружась в прекрасном танце перед тем как исчезнуть с лица земли навеки вечные. Напиток, кстати, достаточно приятно пахнет.       – Хорошо, Вениамин. Я тебя слушаю. Второй отзывается на своё имя, и на миг ухмылка на чужой маске кажется почему-то зловещей. Однако Веня не обращает на это должного внимания – сейчас он сосредоточен на том, чтобы разузнать, что вообще, собственно, происходит. Последние слова масочника звучат как сигнал о том, что вот, уже можно выплёскивать весь шок от сложившейся ситуации. Правда, в какой-то миг парень решает быть более сдержанным.       – Куда я попал? – гость внимательно следит за действиями второго, уж можно считать, что его собеседника.       – Ты попал в Дримкор. – белявый делает краткую паузу, кажется, рассуждая, как преподнести следующее просто и понятно для обычного человека. – Прекрасное место, с прекрасным и не очень обитателями. Ты можешь подумать, что это просто сон, но уверяю, что если ляжешь спать, в своей постели уж вряд-ли очнёшься. – голос его звучит непринуждённо, а сам Рафим выглядит до боли расслабленно. – Ещё вопросы?       Но Вениамин не спешит ему верить. Почему это он вообще должен верить какому-то чудиле? Нынче он уверен почти на все 99,9%, что ему это снится. Ну, может, на 99,8%... Не глядя на такую уверенность, доля сомнений всё ещё его терзает, но ведь он не покажет этого, правда?       – Как мне попасть домой? – обладатель серых волос берёт чашку и делает глоток, по-прежнему не сводя глаз с странного человека. Мысленно замечает, что несмотря на то, что чай по идее должен быть горячим, жидкость лишь с приятным теплом обволакивает ротовую полость, а ведь он предположительно должен был обжечься...       Вместо ответа второй жмёт плечами. Изящные, тонкие пальцы берут чашку, но к устам он её преподносить не спешит. Да и к каким устам? Пластмассовым? Или с чего эта маска вообще сделана?       – Погодите, в каком это смысле... Вы не знаете? – юноша замирает. Хотя, с чего бы это ему вообще волноваться? Это же просто сон, конечно. Осознанный сон. И плевать, что Вениамину никогда не снились сны, и плевать, что будь это осознанный сон, он ни за что не попал бы в такую передрягу... Наверное.       – Не знаю, мой милый друг, не знаю. Пока гость пребывает в неком ступоре, из прихожей доносится лёгкий скрип, на который уже Серафим обращает внимание. Парень поднимается со своего места и шагает в направлении выхода из столовой, а ему на встречу бежит пришедший человек. Неожиданно для себя, Веня вдруг тоже вскакивает с места и смотрит на чужую спину, которую с таким трепетом сжимает две маленькие ручонки.       – Я скучала! – молвит человечишка, чей голос тонкий и высокий, словно у маленького ребёнка. Похоже, таковым она и является. Ладони спускаются ниже по ровной спине и в конце концов девочка отпускает Рафима. – Как ты тут без меня?       – Чудно, всё хорошо. – масочник делает пару шагов назад, открывая вид на Веню. – У нас сегодня гости, как видишь. Всё это время стоявший как столб Вениамин неловко выпрямляет спину и закидывает руку за шею, почёсывая её. Прямо на него сейчас смотрит маленькая, хрупкая девочка, что напоминает куколку из фарфора – аккуратная, ухоженная, при том ещё и неописуемо красивая. Бледно-розовое личико выражает удивление, большие глазки очерчивают фигуру внимательным взглядом. Погодите-ка, где-то он это уже видел...       Ножки, обутые в белые балетки, ступают за порог, и девица идёт навстречу к обескураженному юноше.       – Меня Маргарита зовут, а как я имею честь к тебе обращаться? – крохотная ладошка поправляет обе белые прядки, павшие на личико, и Марго, подойдя буквально в притык к гостю, глядит на него снизу вверх. – Он, они, она? Как твоё имя?       – Меня зовут Вениамин... – молвит паренёк, после чего его уверенность тут же исчезает. Растерянный взгляд ползёт по лакированному паркету, поднимается по босым ногам, по брюкам в светлую полосу, по рубашке и наконец-то останавливается на бледной маске. – Вениамин Уллисов...       – А местоимение какое? – с нескрываемым любопытством вновь спрашивает блондинка. Её брови сводятся к переносице, ранее беззаботное лицо уже выглядит опечаленным. – Мне кажется, он меня не понимает. – а вот теперь она, похоже, обращается к Серафиму.       Веня закусывает нижнюю губу, не зная, что ответить. Он и в принципе не понимает, что от него сейчас требуют. Местоимения? Что-то такое он слышал на уроке русского языка, в далёких, начальных классах, но сейчас ничего и не помнит...       – Я думаю, если бы этот деликатный вопрос для него имел какое-либо значение, он обязательно сказал бы. – будто учуяв замешканность гостя, Рафим решает вмешаться в разговор. Юноша шагает прямиком к девчушке и кладёт ладонь на её макушку, легко оглаживая белоснежные волосы. – Но ты молодец, что заботишься о комфорте других.       Маргарита усмехается, но по-детски, по-доброму; разводит руки в стороны, всё-же решая ответить.       – Я знаю, я молодец. – гордо заявляет она.