ЭДО 2103

По итогу, «Йошивара» крепко впилась в них зубами. Насколько ему было известно, Акеми устроилась работать в чайный домик, на который она давно облизывалась. Не как мадам для болтовни, а медиком, и, кажется, она была счастлива. Она даже переехала в их общежитие, впрочем, не бросив и свою клинику, хотя Сакура не мог понять, на кой ляд ей сдался этот подвал после того, как ее новая комната была больше его раза в два и роскошнее. Впрочем, как он мог осуждать? Он тоже любил цепляться за старые и дорогие сердцу вещи. Может, в общем-то, Акеми не продала его потому, что там теперь обитал Сатоши. Сложно было сказать, как охранник или нет, но раз Акеми все равно туда регулярно наведывалась… Наверное? И было ли куда Сатоши идти кроме этого местечка? Забавно, что, в итоге, не только кое-кто нагло поселился у кого-то, видимо, это было заразно. Хотару все так же продолжила работать на «Йошивару» и в приказном тоне заставила его переехать к себе. И даже разрешила перетащить фигурки. А еще с ними был Ягью, конечно же. И теперь его преследовала не одна тень, а целых две, отчего Сакуре иногда казалось, что он не начальник какого-то не столь важного отдела, а кто-то неимоверно важный. Впрочем, учитывая все произошедшее и узнанное… Наступил праздник ханами, и они наконец-то отдохнули. Боже! Как давно они не отдыхали, Сакура понял это лишь сейчас. Наконец-то Ямаока исполнил свою мечту и затащил их в караоке, где он напился вусмерть и творил такое, за что им всем потом было очень и очень стыдно. Пересеклись с Хондой и Сузуки, которые были просто в восторге от последней миссии, потому как после нее успели поучаствовать в увлекательной погоне от полиции по всему Эдо, о чем потом передавали в новостях. — Ну, это моя работа, в конце концов, — типичным полусонным тоном отозвался последний и пожал плечами. — Все в порядке. Ушли тихо. Тачку, правда, немного помяли, но все нормально… — Ничего не нормально! — заорал Хонда. — Ну, что поделать. Буду снова на него работать, чтобы выплатить долг. Сакура отвел коллег на корпоратив, на который пришлось разориться из собственного кармана; а потом, уже своей компанией, они пошли в дешевый бар, хотя, конечно, могли выбрать и что-то подороже. Но кому оно было нужно, когда весь этот лоск не передавал всей той души дешевой выпивки и закусок, что подавали тут? Сущность нищеброда было не убить. Стоя во главе стола со стаканом воды — алкоголь ему все еще было нельзя (тоска; как и Хотару, а вот это уже было хорошо), Сакура поднял его и произнес самым грандиозный тост, какой только пришел ему в голову. Квинтэссенция краткости и литературности в одном флаконе. Некоторые писатели бы локти себе искусали, лишь бы так выражаться. — Ну, будем. — Бля-я-я, Сакура, это самый дерьмовый тост в мире! Ну вы и чайники! — Сатоши горестно закатил глаза и поднялся, пихнув Сакуру локтем в сторону. Он сверкнул ослепительной ухмылкой и поднял рюмочку. — За успех! Нет, ну и чем это лучше, в самом деле?! И все они, включая Кайю (с ее голографической чашечкой) и Ягью — без своей маски он выглядел в тысячу раз лучше — подняли свои бокалы и чокнулись. Вода на вкус была… водянистой, и Сакура лишний раз пожалел, что катану им пришлось красть до праздника, а не после. Мог бы сейчас приложиться к бутылке… Он резко скосил взгляд в сторону, когда к нему прильнула Акеми и с лукавым взглядом поинтересовалась: — Ну и как тебе на вершине пищевой цепочки? На короткой ноге там с гендиром «Йошивары», да? Мы все слышали. Некоторое время Сакура молчал, пытаясь прикинуть, что же конкретно поменялось, но затем лишь пожал плечами. — Да никак? Ничего не поменялось. Только шрам добавился. — Отпадный, — глубокомысленно заметил Сатоши, и Кайя скривилась. — Фу, нет! Не слушай его! Тебе не идет! Ягью отпил немного из чашечки и заметил: — После того, как на тебя стал работать я, новых шрамов у тебя больше не будет, Инами. Так я сказал. И выставил вперед руку, словно тост, затем выпив. Это ему теперь смутиться, да?.. Впереди их ждало неопределенное будущее. Темное, страшное. Но они пойдут к нему вместе, и уж всей своей группой они-то точно смогут преодолеть любое препятствие на пути, раз до этого смогли улизнуть из рук «Накатоми Дзайбацу». После такого уже ничего не казалось непобедимым и страшным: ни «Накатоми», ни Мотизуки и ее интриги, ни даже весь Эдо, если он откроет на них охоту. Если они захотят, то, пожалуй, могли бы сжечь и весь город. Осталось только чиркнуть зажигалкой. — Знаете, — с улыбкой смахнув слезу, Кайя хихикнула. — Нас ждет целая куча непонятной херни, с которой нам придется разбираться. Потому что даже я ни черта не знаю, что происходит. Н-да, тосты у нее были тоже так себе.