Пока цветёт ива

Утро для неё началось просто великолепно. Ещё не открыв глаза она уже наслаждалась щебетанием первых птиц и понимала на улице сегодня ясный и достаточно тёплый день. Пролежав буквально пять минут под это пение птиц, Гермиона всё же отрыла свои карие глаза и посмотрела за окно. Оттуда небесная гладь лила свой яркий свет, который проходя через стекло будто по волшебству превращался в радугу на её руке. Конечно же, Гермиона знала, что здесь нет никакой магии, а лишь свет преломляясь через стекло рассеивается, но разве это не чудесно на самом деле? «Пора браться за дела»-, всё-таки придя в себя, подумала девушка. Конечно, несмотря на то, что сегодня у всех факультетов выходной, у Гермионы как всегда много работы. Ведь как староста Гриффиндора она должна была и подать список всех, кому сегодня можно в Хогсмид, и назначить дежурных среди провинившихся, а также не забыть про пару дополнительных рефератов, которые она обещала мистеру Бинсу. Поэтому, сладко потянувшись напоследок, девушка сняла свою ночнушку, подмигнула красавице, которая решила не неё посмотреть из зеркала, и, достав из шкафчика красно-золотое платье-свитер, связанное миссис Уизли в честь их с Роном назначение на должность старост, надела его. Ей всегда нравилось, как это платье лежит на её теле, чётко подчёркивая и бёдра, и грудь. Полюбовавшись собой, Гермиона лёгким взмахом руки зажгла камин и, сев за стоящий рядом стол, всё же принялась за работу. Она усердно исписывала пергамент за пергаментом, что лишь когда подняла голову поняла, что потеряла контроль над временем и, если она не поторопится, останется без своего заслуженного выходного с Роном и Гарри. Взяв свою любимую бездонную сумочку и накинув на себя тёплую мантию, Гермиона вышла из своей комнаты и, громко цокая каблуками сапожек, быстро спустилась в уютный холл Гриффиндорского факультета, где остались лишь те, кто провинился и не может пойти с ними. Гермионе было их очень жаль, ведь она прекрасно помнит все свои вылазки с ребятами, и то как страдал Гарри, когда ему запретили посещать Хогсмид. Однако Гермиона понимала, что у неё нет времени на воспоминания, ведь когда как не сейчас стоит бежать создавать новые? Спустившись в центральный холл, по пути закинув в кабинет истории доклады, Гермиона, хоть и запыхавшись, не смогла не засмеятся. Рон пытался угомонить кучу третьекурсников, облепивших его с вопросами о аттракционе с маггловскими драконами, реке из сливочного пива и нелетающем квидичче в Хогсмиде, пока Фред, Джордж и Гарри стояли да накидывали новые и новые вопросы для юных волшебников. Увидев же Гермиону те сразу приняли серьёзный вид и успокоились после чего раздались её громкие хлопки. Все гриффиндорцы в миг утихли ведь знали, что играть на нервах своей старосты, себе ж дороже. Гермиона уже хотела начать рассказывать про правила при посещении Хогсмида, однако Рон её перебил, сказав, что уже всё объяснил и они лишь ждали свою подругу. Гарри подошёл к Гермионе и тихо прошептал: «Пожалуйста, отдохни хоть сегодня. Поверь, мы сможем проследить за нашими «малышами»» — после чего, кивнув в сторону Рона, подмигнул ей. На улице всё же было прохладно, ко как Гермиона и предположила, это достаточно тёплый для февраля день. Потихоньку спускаясь горой к Хогсмиду трио общалось, веселилось как раньше. Гермионе этого на самом деле не хватало, но она понимала, что это именно она и её желание сдать СОВы на максимальный бал мешали им отдыхать так задорно. После того как ребята дошли до посёлка, то на автомате все вместе глянули на «Три метлы» и спросили друг у друга: «Ну что, по пивку?», после чего заливаясь смехом потопали в бар. Но стоило лишь усесться за столик и заказать у мадам Розаритты три порции сливочного пива, как в окошке возле ребят раздался стук. Рон буквально мгновенно отреагировал на происходящее и почти что крикнул: — Гарри, это Букля! Что она здесь забыла?! , — на что тот лишь развёл руками и потопал за своей совой. Вернувшись, Гарри распечатал письмо и прочитав лишь первые пару строк передал его Гермионе, не понимающей что происходит. Быстро пробежавшись глазами по листу бумаги в её руках, девушка одела только снятую мантию и попрощавшись с ребятами вышла из бара. «Чёртова Макгонагалл! — подумала Гермиона. — Почему ей это так важно именно сейчас?» Молодая волшебница всё ещё надеялась, что срочное дело профессора будет достаточно быстрым, и если она поспешит, то успеет вернутся назад к своим друзьям. Поэтому практически без раздумий Гермиона свернула с оживлённой тропы на тихую, никем не замеченную дорожку, ведущую к Визжащей Хижине. Промахнувшись лишь единожды, девушка нашла тайный ход к Гремучей иве и через пару минут уже была на территории школы. Гермиона вылезла из-под корней дерева и заметила, что слегка заляпала одежду. Не успела она что-либо с этим сделать, как услышала по другую сторону дерева знакомый, сильно бесящий её голос: «Вы это слышали?». Обернувшись и не успев достать свою палочку, Гермиона осознала, что её правая рука уже в плену у этого чёртового Малфоя, с едкой ухмылкой смотрящего на неё. «Что здесь забыла такая прилежная ученица как ты, Грейнджер? — начал свои издёвки Драко. — Неужто ты, староста Гриффиндора, пай-девочка, занимаешься какими-то грязными делами в Визжащей иве? Ты же понимаешь, что я расскажу эту историю профессору Снейпу и об этом узнает весь Хогвортс? Хотя, чего ещё ожидать от нечёсанной, грязнокровки в каких-то запачканых обносках. И где твои бравые рыцари-недоумки? В трёх соснах заблудились?» Гермиона всё это время стояла так и не сумев подобрать слов. Открыв свой рот, она смогла лишь закричать, так как Драко в этот момент сильно сжал её запястье, после чего сказал: «А если ты ждёшь кого-то на свидание, то поверь, никому нахрен не сдалась такая уродина как ты. Ты думаешь у тебя реально есть какие-то хорошие шансы кого-то встретить? Если б моя жизнь стояла на кону, даже если б это было ради престижа моей семьи, то я лучше б сдох, чем имел дело с такой грязной сукой как ты». У девушки на глазах начали проступать слёзы, однако это не остановило Малфоя. Тот из-зо всех сил бросил Грейнджер на землю, после чего развернулся и пошёл обратно к своим друзьям, которые тихо ожидали его всё это время. Сквозь слёзы Гермиона видела, как распускаются на иве почки, и понимала, что в этот раз Малфой перешёл черту, за которую не стоило, ведь то, что было сейчас на уме, этому ублюдку явно не понравится.