Авис

Лежать больной не в кайф. Температура меня поглотила, я не могла и пошевелиться. Меня сковала такая слабость, на поделать что-то не хватает сил. Мысли плыли, глаза то закрывались в попытке заснуть, то открывались от принятия невозможности сделать задуманное. Справа от меня было окно, там шёл кислотный дождь. Звук бьющих капель по стеклу приятно успокаивал. Рядом был персидский ковер с причудливыми узорами, две кресла и маленький столик. На нем лежали инструментарий, все абсолютно самодельные, на обычных покупных ничего не работало. Я была техником, мне прострелили через глаз мозги. Не буду о грустном, продолжу лежать на диване под тёплым одеялком. А хотя, я соврала, оно было холодным. Я дрожала под ним, стиснув зубки. Медленно хлопая глазами, я смотрела на маленький черный квадратик с бирюзовыми линиями. Это была моя броня, на чем я специализируюсь. Но я задумывалась, ведь благодаря моим инструментам руки создают истинные шедевры искусства. Что-то в голове говорит мне как делать все, подобно музыке. А руки сами тянутся делать, но почему-то не сегодня. Сейчас я ждала своего спасителя, он назвался Кью. Мое пребывание в центре это удивительная вещь. Меня убили, я ничего не помнила, даже имени. Но увидела его, паренька с черными волосами и челкой, вместе с темно-синим пиджаком. Он представился сначала как Уиллоби, но позже попросил звать его Кью. Его взгляд был хищен, однако я видела в этом спасение. Не знаю какая была моя жизнь раньше, но сейчас я живу благополучно и могу приносить пользу. Когда я думаю о пользе, то слезы наворачиваются на глаза сами. Может я была бесполезна и гнетала саму себя раньше? Этих воспоминаний море уже не зачерпать, все давно высохло и обножило песок. Мне плевать, что делает он со мной, то что считает за питомца и странно ведёт себя. Он подарил мне новую жизнь, где я могу быть чем-то большим, чем человек. Пчихнув, я перекинула взор на стекло. Там летало большое количество птиц, что вызвало вопросы. А если прищуриться, то они выпячивали странные каналы в виде тирешки. Глюки, это мои глюки. Надо поспать, но заставить не могу. Тут даже часов не было, но по ощущениям сейчас день. Скоро должен прийти он, Кью. Я бы не сказала, что он совсем отвратный человек. Каждый раз, когда я болела, он заботился обо мне. Конечно по своему, но разве это не говорит о чем-то? Меня точно будут звать сумасшедшей, но мне и так живется хорошо. Могу рассказать о себе. Я Мия Кларк, как сказал однажды Уиллоби. У меня черные волосы с редкими прядями бирюзовых волос. Простреленный глаз черного цвета, в то время как другой синего. Я предпочитаю носить обычную сиреневую юбку с черными колготками и белой рубашкой с эмблемой цветочка на рубашке. Но сейчас я в пижаме белого цвета. Как только я закрыла глаза и открыла их, то увидела его с двумя бумажными пакетикам, возможно еды и лекарств. Он поставил синий стул рядом со мной, предварительно убирая вещи на стол. Я была рада, даже спать захотелось пуще прежнего. Слабо улыбнувшись, я увидела, как он поднес руку ко мне и выстрелил как из пистолета пару раз. — Я бы тебя столько раз мог убить в таком состоянии, но приходится нянчиться с тобой. Что же ты за человек такой? — Брось, Кью... У меня ужасный иммунитет, ты знаешь прекрасно. Но все же ты взял меня с собой. Это очень мило, не находишь? — Будешь мне тут за эмоции пояснять? Интересно, с каких пор твой инстинкт самосохранения улетучился? Вроде это базисная вещь в природе эбен. Ну, это даже прекрасно, я притащил таблетки которые по идеи должны тебе помочь. — Господи, надеюсь это не антибиотики... — К сожалению или счастью, это и есть антибиотики. Противные до ужаса, посмотрим что у тебя сильнее, желание жить или нелюбовь к ним. — Это слишком жестоко!... Но он не ответил, а просто отошел с лекарствами на кухню, оставив мою персону глупо хлопать глазами. Все равно я верю, что он хороший человек и у него есть что-то человечное спрятанное за тонной тьмы. Он не идеален, но я бы пощупала его, если б не моментальный ответ в виде аплеухи. Его ухмылка выше всяких похвал, тело изящно простое, а в волосах можно копошиться долгое время. Ой, Боже.... Простите, не знаю что на меня нашло. Порой у меня просыпаются совсем странные желания, которые невозможно контролировать. Это пугает, как и то, что меня ждет. Надолго закрыв глаза, я ждала своей участи от Кью и спустя время меня растолкали. Он держал перед моим лицом ложечку с тортом и я сильно удивилась, пуще прежнего покраснев. Это он что делает? Поощряет мои страшные мысли в голове? — Ешь уже, дура. Иначе силой запихаю. Я еле как съела кусочек, пережевывая его. Но я почувствовала что-то твердое внутри похожее на таблетку. А потом по всему рту разнеслась горечь, перебивающаю даже самое сладкое на нашей планете. Я резко присела, наполовину сбросив одеяло, прижав руки ко рту и громко замычав. Как это мерзко, я уже чувствую подступающий ком к горлу. Мне неожиданно поднесли воду и я взяла ее, стараясь выпить это, за место того чтобы выплевывать все на пол. Чуть ли не подавившись я осуществила задуманное. — Вот как... То есть твои рецепторы настолько чувствительны и ничем другим не перебить горечь. Ты странная, может мне бракованный питомец попался? — Кью, каждый человек не любит есть горькое. — заприметив его ухмылку, я отвернулась. — Ладно, может я преувеличила и не каждый человек. — Ты дурная, но тем не менее интересная. Стараешься казаться полезной... А что если я тебе скажу обратное? — Это будет ложью, в противном случае меня давно бы выперли и не держали питомцем в хороших домах. — Ха, замечательно. Если хочешь, то бери из пакета выпечку и ешь, мне необходимо уже уходить, у меня ещё куча дел. — Я не могу есть с такой температурой... И погоди! Ты серьёзно хочешь оставить меня одну и не хочешь помочь выздороветь? — Понять не могу, ты либо тупая, либо на проблемы нарваться хочешь. Я уже принес тебе все необходимое, на что тебе моё нахождение здесь. — Ну... Я поработала над броней "сова"! — Воу, полегче подруга, я сейчас от анифилактического шока умру. Я честное слово не знаю, чем его ещё можно удержать. Даже ложь не сработала. Но я внезапно осознала, как он любил говорить мне странные вещи про мир и называл их "сказками". Может он не будет против, если я попрошу именно это? Это было бы прекрасно. — Кью-ю, расскажешь мне сказку? Если я засну, то можешь спокойно идти с чистой душой от меня! — Надо было тебя добить, когда только увидел твое перерождение. Или заменить на более надёжную модель питомца. Но тебе пока везет, как и мне. — его ухмылка дрогнула. — Я тебе рассказывал сотни раз эти сказки и тебе не надоедает. Посмотрим, как истинные дела мира умиротворенно заставят тебя заснуть. — Класс! Начинай! — сказала я, ложась под одеяло обратно. Он присел на синий стул, скрепил руки на груди и его ухмылка исчезла с глаз. Только серьёзность и ничего более. — Однажды, была бесконечная пустота. Эта дама заправляла всем балом в грядущем мире. И в этой системе было такое же безграничное существо, стремящееся захватить собой все пространство. Но оно не знало, что вечно будет гоняться за бесконечностью. — пока он это говорил, я закрыла глаза. — Потом, безграничное нечто нашло идею. Оно начало стягиваться в одну точку, родив этим границы. Они уничтожили понятие бесконечности, давая нечту поглотить все пространство. Но излишки границ начали разрывать на составляющие части безграничную сущность. Оно сослало агрессивные границы в круг, обрамленный чистыми границами и надолго заснул. Честно говоря, такие сказки скорее на какую-то новую библию похожи. С чего он мог взять, что это именно сказки? Или у него были проблемы с пониманием слов? Он часто путал некоторые понятия, говорил странные вещи и любил надумывать то что сейчас говорит. Я не упрекаю, но все это ощущается как нечто чужеродное. Словно он не от мира сего. Как под такое вообще засыпать, особенно с моей температурой? — И вот оно вновь пробудилось, под страхом и шуршанием границ. Границы не были вечны, как оно само. И ему приходилось думать, что теперь делать. Желания возвращаться к прошлой жизни отсутсвовало. Но что-то живое откликнулось в мире агрессивных границ. И так прошел разговор двух новых существ. Они договорились поставлять себе необходимые энергии. Но каким образом? Боюсь, я тебе не расскажу дальше, твой ум слишком мал для этих знаний. — обратился к ней Кью, встав на свои ноги. — Ты как обычно оборвался на этом моменте... — А ты как обычно не заснула, давай я тебя этим стулом ударю? Поверь, ты быстро заснешь. — он поднял стул на руки и замахнулся на Мию. — Нет, нет, нет! Я сплю, честно, можешь идт- Но он ударил меня стулом. Моя голова и так была забита свинцом, а теперь громогласное землятресение разрывало мою голову. А он продолжал, как будто он забивал гвозди этим стулом в мою голову. Я схватилась за голову. А если бы он переборщил? Боюсь представить, что могло произойти со мной. Но он этого не сделает, ведь я его ценный экземпляр. Может он и вправду подумал, что сможет меня так заставить заснуть? — Стой! Можешь идти! Хватит! Он остановил стул рядом с моей головой, подождал пару секунд и поставил тот на землю обратно. Я в этот момент тяжело дышала, руки и голова болели. Жадно глотая свои слюни, из-за пересохшего горла, я осторожно убрала руки и посмотрела на него. Он улыбался шире обычного. Вы можете сказать, что я сейчас его буду оправдывать, но я сама заслужила такое за ложь. Не стоило его провоцировать, когда тот весь в делах. А то совсем буду казаться бесполезной, как сейчас благодаря болезни. — Видишь, парочка ударов и ты уже спишь и не мешаешь мне. Теперь я пошёл, эти серые боги совсем оборзели. Прямо как и ты. И он ушел, оставив меня одну. Я посмотрела на стул и мой глаз нервно дернулся. Всё, нужно отдохнуть, перевести дыхание и лечь спать... Упав на подушку лицом с немного влажными глазами, я чувствовала неимоверный жар. В большинстве своем из-за того, что дышала потоком пламени на подушку. Нужно как-то загладить свою вину, подумала я и легла на спину. Живу в таких удобствах и помешала Кью... Что же моя дурья бошка творит? Вот если бы я меньше заболевала... Тогда бы все было совсем иначе.