Сделка

      Серёжа смотрел на Олега в каком-то ужасе, потому что не хотел верить, что всё было настолько плохо. Лучший друг стал настоящим убийцей, который не только не хотел останавливаться, но ещё и считал весь этот кошмар хорошим решением проблемы. Для Сергея это было просто катастрофой, потому что он не знал, что ему теперь со всем этим делать. Просто сдать Волкова полиции, а потом заодно признаться, что он знал обо всём ещё с первого убийства? В этом случае ему попадёт за соучастие, однако наёмник был его другом с самого детства, поэтому Разумовский не мог просто позвонить тому же Грому и сказать, что убийца сейчас находился в одной комнате с ним. Тем более, что-то подсказывало, что Олега это не остановит. Точнее, он сам, скорее всего, не позволит Серёже рассказать о себе.       На губах Волкова впервые была какая-то неприятная усмешка, словно его действительно забавляло происходящее, потому что он знал, что Сергей побоится и не решится звонить в полицию. Это было очевидно, и Разумовский слишком хорошо понимал это, ведь привязанность к наёмнику не позволит отдать Марго соответствующие указания. А Олег как будто ждал какого-то ответа, хотя у Серёжи в принципе не было никаких слов из-за волнения и паники.       — Звони, — спокойно сказал Волков, оставаясь невозмутимым, — И не забудь сказать, что ты знал обо всём ещё с убийства Гречкина.       — Олег, я прошу тебя… — Сергей подлетел к нему, хватая за рубашку, а потом упал перед ним на колени, — Нет, я… Я тебя умоляю… Остановись…       — На что ты готов пойти, чтобы я сделал это? — вдруг спросил наёмник, и его глаза недобро сощурились. Обычно это не значило ничего хорошего.       — На что угодно, — сглотнул Разумовский, кусая губы и подавляя слёзы, — Я могу заплатить тебе, если хочешь.       — Твои деньги мне не нужны, — фыркнул Олег, а потом вдруг опустил руку, неожиданно коснувшись двумя пальцами его нижней губы.       Серёжа резко вздрогнул, не понимая, зачем Волков это сделал, но подобный жест был не только странным, но ещё и несколько пугал, учитывая то, что раньше такого никогда не было. Наёмник не торопился убирать руку, а когда Сергей решил отстраниться, то Олег внезапно вытянул другую руку, зарывшись ей в рыжие волосы и покачав головой.       — Мне нравится, как ты выглядишь, — сказал Волков, почти что облизываясь, — Знаешь, я дам тебе шанс. И если ты всё сделаешь хорошо, то я остановлюсь.       — О чём ты? — сглотнул Разумовский, слегка вздрагивая, когда наёмник сжимал пальцы сильнее, пропуская сквозь них яркие пряди.       — Ты выглядишь слишком соблазнительно, стоя передо мной на коленях, — ответил Олег, — И раз уж ты сам так встал, то можешь неплохо поработать, чтобы заслужить моё одобрение.       — Олег, я не понимаю… — Серёже невольно стало как-то страшно, потому что теперь Волков смотрел таким жутким взглядом, словно планировал сделать что-то ужасное.       — Всё ты понимаешь, — усмехнулся наёмник, — Сделай мне минет, а взамен я перестану убивать этих богачей, которые так дороги тебе. Что скажешь? По-моему, справедливая сделка.       — Нет! — воскликнул Сергей, и в его глазах появилась ещё большая паника. — Мы… Мы же друзья! Так нельзя!       — Заметь, ты упомянул лишь то, что мы друзья, — пальцы Олега переместились с губ на подбородок, до боли сжимая его, — Но не то, что мы оба мужчины. И ты в самом деле думаешь, что я никогда не видел твоих взглядов исподтишка, когда переодевался при тебе? И ты правда считаешь, что я хочу дружить с тобой после того, как ты грозился сдать меня ментам? Да больно ты нужен.       Губы Разумовского задрожали от обиды и боли. Он всегда видел в этом человеке друга, верил ему, а теперь всё это, судя по всему, кануло в бездну. Сложно сказать, чья это была вина, но Серёжа совсем не хотел терять Волкова. Возможно, он всё-таки был прав, говоря про осторожные взгляды. Сергей уже давно замечал за собой немного непристойные мысли, о которых боялся рассказать наёмнику, но тот и сам как-то заметил странности в его поведении.       — Ну так что? — спросил Олег. — Если ты действительно хочешь остановить меня, то сделай то, что я сказал. А если же ты продолжишь просто сидеть так, то я насильно заставлю тебя сделать это. Поэтому либо вставай и дай мне пройти, либо приступай к делу. Когда не надо, то ты хорошо умеешь работать ртом. Пусть теперь он пойдёт хоть на что-то годное.       — Олег, пожалуйста… — Разумовский смотрел на него с мольбой, которая обычно всегда помогала, — Умоляю, не делай этого. Давай просто спокойно поговорим. Я не собираюсь вызывать полицию. Ты и сам знал, что я не стал бы звонить им. Мы можем решить всё мирным путём.       — По-твоему, это недостаточно мирно? — хмыкнул Волков. — Долго я ещё буду ждать?       — Я не хочу так… — прошептал Серёжа, — Потому что… Ты мне нравишься. Скажу больше… Я… Я люблю тебя, Олег. Давай куда-нибудь сходим, нормально всё обсудим, а потом вернёмся сюда и сделаем то, что ты хочешь, но по обоюдному согласию.       — Пытаешься позвать меня на свидание? — наёмник резко схватил его за волосы на затылке, заставляя болезненно застонать. — Ты опоздал, Разумовский. А ещё моё терпение лопнуло, поэтому ты сам напросился.       Сергей попытался дёрнуться, но Олег не позволил, быстро расстёгивая брюки и чуть спуская их вниз. К счастью, отчаяние, мелькнувшее в глазах жертвы, немного тронуло его, поэтому он холодно сказал:       — Так уж и быть. Ещё одна попытка. Я не хочу насиловать тебя, поэтому давай ты всё сделаешь сам. Но если начнёшь сопротивляться, то обещаю, что будет больно. И только минетом мы не ограничимся. Ты ведь не хочешь узнать, как я буду трахать тебя прямо на твоём столе?       Разумовский помотал головой, поняв что не следовало спорить с Волковым, потому что цена могла быть слишком высокой. Тем более, он сам это начал, когда вовремя не встал. Сглотнув, Серёжа снова поднял глаза.       — Я… Я не умею…       — Это твои проблемы, — пожал плечами наёмник, — Подумай обо всех, кого я убью, если ты не будешь стараться.       Немного помолчав, Сергей всё-таки решился, хотя как такового выбора у него не было, ведь Олег, вероятно, не шутил, говоря, что может быть намного хуже. Подняв руку, он неуверенно коснулся пальцами его члена, который уже был твёрдым. Разумовскому было неловко из-за всей этой ситуации, но он осмелился провести рукой по стволу, хотя Волкова только это явно не устраивало, потому что он надавил рукой ему на затылок, заставляя приблизиться ближе. Пришлось открыть рот, осторожно взяв головку. На язык попала чуть солоноватая смазка, хотя неприятно не было, поэтому Серёжа немного подбодрил себя, начиная неуверенно облизывать её. Наёмник втянул в себя воздух, довольно кивнув. Сергей взял чуть-чуть глубже, посасывая и помогая себе руками.       — Неплохо, но недостаточно глубоко.       Олег мгновенно сделал резкое движение бёдрами, входя почти полностью, и Разумовский глухо застонал. Серёжа почувствовал, что теперь ему было нечем дышать, а Волков всё-таки не собирался сильно сдерживать себя, жёстко толкаясь в его горячий рот. На глазах выступили слёзы, а в горле начало слегка першить. Сергей попытался немного расслабиться, но это не очень-то помогло, потому что наёмник уже с каким-то удовольствием трахал его, не слушая тихие стоны, если член входил слишком глубоко. Его начало тошнить от этого, однако потом Олег неожиданно отпустил его, позволяя несколько раз жадно глотнуть воздуха.       Согнувшись пополам, Разумовский закашлялся, понадеявшись, что на этом Волков решил остановиться, но не тут-то было. Не прошло и минуты, как наёмник снова заставил его открыть рот, вновь входя в него. В глазах всё ещё блестели слёзы, а Олег не собирался останавливаться, загоняя член так глубоко, как только мог. Этот ужас никак не кончался, и Серёжа понимал, что после такого ему точно будет больно глотать. Внезапно Волков опять остановился, погладив Сергея по голове и показав, что ему хотелось увидеть каких-нибудь действий и от него.       Чтобы наёмник не начал вновь трахать его сам, Разумовский принялся уже более уверенно облизывать член бывшего лучшего друга, проводя языком по каждой венке и собирая им собственную слюну. Потом он переключился на головку, начиная посасывать её и ласкать самым кончиком языка. Олег наконец-то довольно застонал от этих действий, а Серёжа с грустью подумал, что таких унижений в его жизни ещё не было. Но и выбора не наблюдалось, если он хотел остановить Волкова, поэтому приходилось терпеть, уже самостоятельно заглатывая чуть-чуть глубже и стараясь дышать носом. Наёмник продолжал поглаживать его по голове, иногда сжимая пальцы и вынуждая Сергея насаживаться ртом сильнее. Разумовский не понимал, как их отношения докатились до такого, но если он и хотел когда-то отсосать Олегу, то определённо не в такой обстановке, где его опять принялись грубо иметь в рот. Серёжа застонал, когда Волков толкнулся больно сильно, попав по задней стенке глотки. Головка постоянно упиралась куда-то туда, причиняя дискомфорт, а смазки стало больше, и теперь она смешалась со слюной, медленно стекая в горло.       Дыхание наёмника стало тяжелее, а потом он внезапно схватил Сергея сильнее, не позволяя ему отстраняться и с тихим стоном кончая. Разумовский что-то испуганно промычал, когда и так ноющие стенки горла обожгла горячая сперма. Она брызнула резкой и густой струёй, отчего Серёжа тут же подавился, но Олег не отпустил его до тех пор, пока тот не проглотил всё, что было, а когда ему позволили отстраниться, то остатки попали на губы и щёки.       Сергей сел на свои ноги, опять громко кашляя. Он сжал руки, после чего поднял голову, увидев, что Волков как раз оделся, но до сих пор стоял перед ним.       — Я сделал то, что ты хотел, — каким-то безжизненным голосом сказал Разумовский, — И ты обещал остановиться.       — Ты и правда поверил в это? — усмехнулся наёмник, смотря на растерянного Серёжу, который был в недоумении. — Ещё чего. Неплохой минет, но тебе не мешает практика. Я не остановлюсь, даже не надейся. А ты можешь жить с мыслью, что продался мне как какая-то последняя грязная шлюха, даже позволив кончить себе на лицо. И ради чего?       Олег прошёл мимо него, направившись на выход, а Сергей не выдержал, отползая к стене, вытирая щёки дрожащей рукой и притягивая к себе колени. Было очень больно. Всё это напрасно. Волков просто использовал его, но даже не думал выполнять свою часть сделки. Подло и мерзко. Разумовский тихо всхлипнул, понимая, что теперь в башне было очень тихо. И, скорее всего, так теперь будет всегда, раз наёмник выбрал Чумного Доктора, а не его.