Плен флюидов

В эту ночь вновь даю ужасающее обещание, что я проснусь снова, чтобы увидеть свет дня, который по-прежнему не может разрушить темноту внутри. Душа томится в клетке, заключённая собственной неясностью. Вдохи, которые я делаю, — пустые напоминания о том, что я все еще живу. Слабые удары сердца, что слышат другие, еще больше заявляют о том, что я не умерла. Физически я здесь, но я все еще далека от жизни. Далека от происходящего и каждый звук пропускаю сквозь особую призму чувств. В чёрной мгле изредка загораются вспышки энергии, стоит лишь воскресить в памяти дни своей молодости. Вплоть до мелочей я помню контур потрескавшихся губ, изгибы веснушчатых плеч и забавную родинку под носом. Удивительно, что минули годы, а воспоминания о приятной теплоте рук всё ещё несли в себе любовь и наивную доверчивость. Помню твое каждое движение, каждый взмах изящных пальцев. Помню, как мы с тобой, снова и снова, по кругу, прощались. Твой силуэт исчезал за углом вокзала, я пыталась поймать его, а хватала только прохладный воздух. В тот последний раз я подошла к тебе, словно подлетела к утесу. А вокруг — одна гладь и простор. Ощущение, будто мы сами создали эту независимую реальность. И всё, что мы создали, мы сами можем уничтожить. Судьба очевидно сыграла злую шутку, когда предоставила мне тебя в роли учительницы. Но даже это нам не помешало быть вместе. Как только наши взгляды пересеклись на твоем первом уроке, начался отсчёт к замиранию моего сердца, который до сих пор не имеет конца. Всё, что я полюбила, вскоре меня убило. Все последующие дни размылись в необозримую жизнь, которую я забыла прожить. Все чувства накапливались, затвердевали внутри, а потом умирали, так и не найдя подходящий способ проявить себя. Я достигла мертвой точки. И не могла сдвинуться с неё несколько лет. Другие люди не приносили желанного удовлетворения, они были лишь обреченной попыткой заглушить отголоски прошлого и найти новую любовь. И вот сейчас опускаю глаза на распростертое тело рядом на кровати и опознаю в нем нелюбимого человека. Его глаза закрыты, дыхание ровное. От лунного света ему на щеку падала тень ресниц, и они заметно мелко дрожали. Дрожали так же, как её руки, когда она махала мне вслед на прощанье или когда белым мелом чертила многочисленные линии на школьной доске. Я продолжала смотреть на него. Попытки уверить себя, что именно здесь мне и надлежит находиться, в чуждом для души месте, с чужим человеком, оказались тщетны. Терпение исчезло, как и желание придерживаться моральных устоев. Я тихо встаю, чтобы не разбудить молодого человека и на цыпочках ухожу из квартиры, предварительно надев легкое пальто. Это хаотичное решение, словно сабельный удар, потом раскололо мою жизнь на до и после. Под тканью темной ночи я уносилась всё дальше и дальше. Приходили самые безумные идеи. Не осталось ни капли сожаления. Казалось, сейчас весь мир полон потерянной и грядущей любви. И именно мне суждено было возродить утерянное. Хотелось верить, что она найдёт меня. Трясущимися руками я достаю телефон и ищу нужный мне контакт. Ее номер всё ещё мирно хранился в закромах памяти и в моем мобильнике. Спустя шесть лет опять услышать ее родной голос было… страшно. Я боялась не отказа, не грубых неосторожных слов. Боялась даже не ожидаемых ран, нанесенных мне ее откровенностью. Я боялась холодного молчания. И речи в пустоту. — Ало? Скорее всего, у неё не записан мой номер телефона. Или она делала вид, что мы незнакомцы. Но уже неважно. Главное, что она ответила. Всё вокруг мёртво и беззвучно, только я слышу голос моей давней возлюбленной. — Не разбудила? — только и смогла выдавить из себя вопрос. Какое-то время ответа не последовало. С того конца провода доносилось сбивчивое дыхание. Ей следовало всё вспомнить. — Ульян, это ты? Как же давно я тебя не слышала… — А я Вас. — Что за глупое соблюдение формальностей? Обращайся на «ты». Я уже не твоя учительница, тем более если учитывать, что между нами было… Тут она запнулась и не стала договаривать. Казалось, в ее понимании эта фраза была лишней, совершенно необдуманной после стольких потерянных лет. — Я вернулась в наш родной город. Вы… ты живёшь всё там же? — выражать речь стало труднее, удушливый ком застыл в горле. — Да, приезжай. И больше не нужно было ничего объяснять.

***

Приглушенный свет в комнате не ясно обрисовывал очертания предметов ее квартиры. Много минуло времени с последнего моего пребывания здесь. И вот я у неё. Она почти не изменилась, всё так же излучала сияние, будившее тёплое чувство в грудной клетке. Ее глаза так и остались темными и терпкими, в которых видна вечная, зияющая бесконечность космоса. В этом взгляде легко утонуть и раствориться. И я тону. Так же как несколько лет назад. Мы стояли в прихожей и молча смотрели друг на друга. Ворох мыслей, образов и воспоминаний закружил в моей голове. Уверена, у неё скопилось тоже самое. Пока мы искали первые слова, повисла долгая пауза. Приятное, ничуть не напряженное молчание. Такое молчание, будто я и моя бывшая учительница слились в одно целое. И сердца наши связывал лишь нежный звук вращения Земли. Она всё ещё преподаёт историю в школе? Полюбила ли она кого-нибудь после нашего случая? Что она сейчас чувствует? И искренне ли хотела увидеть меня? Меня волновали многочисленные вопросы. Но начать разговор нам обеим было не по силу. Поэтому проследовав за ней в гостиную, я погрузилась в краткий экскурс быта. Обстановка дома свидетельствовала о том, что ее давно никто не посещал. Произошли некие изменения: на стене пропала унылая картина с абстракцией, старый зеленый диван заменил новый серый, на подоконнике завяли суккуленты. В остальном же комната оставалась прежней, что приятно удивило меня. Внезапно я ощутила ее присутствие и шаги сзади. Создалось знакомое чувство близости, когда девушка неспешно приблизилась к спине и прижалась лбом к моему плечу. — Я скучала. Всё это время я не прекращала думать о тебе, — выдохнула она, устало прикрыв веки. Собственные горячие слезы от родного прикосновения упали на ее холодный лоб. Удушливая противоречивость даже в наших телах. Она вздрогнула, подняла на меня взгляд янтарных глаз, лицо ее сразу словно осветилось изнутри. Тянусь рукой к чужим волосам, перебираю их ласково, а пальцы скользят ниже, на щеку, затем на шею. Ее рука уже легла на талию и слегка надавила, вынуждая меня вплотную прижаться к возлюбленной. Опасное для нас расстояние. Желанное для нас расстояние. Чувства обостряются. Взглянув на манящие алые губы, я прильнула к ним, позволяя себе раствориться в этом мгновении. Хотелось остаться в нем навечно, никогда не выпускать из объятий любимую, сознаться во всем, что накопилось за трудный период одиночества, продолжать одаривать заботой, теплом и поцелуями. Преподавательница сначала медленно и нерешительно обхватывала своими губами мои, но потом наращивала темп. Вкус ее бордовой помады сохранился в моей памяти. Ещё секунда и мы сгораем. Я первая аккуратно отстраняюсь, когда воздух в легких заканчивается. Мне чертовски не хватало нежности с ней. Во второй раз я безвозвратно попадаю в плен ее магических флюидов.