твоя, только твоя штрэфонд

Камеры выключились. Вечер. Все девушки уже в палатках спят, но двоих мучила бессонница. Крис вышла из лагеря, подошла к озеру и села, ей хотелось побыть одной и не слушать как храпит Наточий, она сидела так минут 10 и обдумывала всё, что произошло, происходит. Ей всё это так не нравилось, она устала, устала скрывать те чувства, ту боль которые у неё в душе, скрывать за маской безразличия, просидев так ещё 5 минут она заплакала, заплакала от безысходности. Вторая девушка которой тоже не спалось мирно лежала в палатке смотря в потолок, Маше не удавалось уснуть уже 3 дня, по этому на испытаниях чувствовала себя овощем, девушка тоже решила пойти прогулятся, отвлечься от мрачных мыслей так сказать. Как только Лебедева вышла из палатки, она увидела силуэт, который сидел на берегу, девушка сразу узнала кто именно это был, она узнает её из тысячи, из миллионов. Когда Маша начала подходить к берегу, она услышала тихий плач. – Крис...ты чё здесь сидишь? — тихо заговорила шатенка. Желточенко резко развернулась, так как не ожидала тут кого-то увидеть, когда она увидела кто с ней заговорил, то слегка замялась. – Проветрится решила — после лёгкой паузы ответила дредастая. Маша села рядом, Крис вроде как была не против. – Тоже бессонница? – Типо того. – блондинка опустила взгляд. – Я слышала, что ты плакала, всё хорошо? Крис грустно усмехнулась и повернулась к младшей. – Ты серьёзно спрашиваешь о моём состоянии после того, как прекратила общение и отвернулась от меня? Маша виновато опустила взгляд, она не знала, что ответить, так как Крис была права, это выглядит смешно. – Ты права, я виновата, должна была следить за языком, не прогибаться под других, думать перед тем как сказать и тому подобное, но всё же, я хочу знать как твои дела! — будто на одном дыхании выдала Маша. Крис думала, что ответить, так как не хотела отталкивать Лебедеву. – Нет, не всё хорошо, после того как ты высказала своё мнение обо мне, я начала тонуть, находится не в своей тарелке и теряться в себе, я не могу с этим поделится с девочками, так как они не поймут, близняшки вечно жалуются на тебя, а у меня язык не поворачивается сказать что-то плохое, всё это время, я смотрела на тебя и скучала, за нашими обнимашками, перекурами в туалете и просто за моментами проведённым вместе. –выговорилась Крис, девушка боялась реакции младшей, в друг она её нахуй пошлёт, но вместо этого произошло что-то другое, что-то более неожиданное, Маша придвинулась ближе и без слов впилась желточенко в губы, дрэдастая сначала не поняла, что происходит, но затем незамедлительно ответила, поцелуй длился секунд десять, но девушки сумели вложить все чувства и эмоции, боль и страдания, страсть и тоску, которую они испытывали на протяжении пяти недель. Так как уже не хватало воздуха, Маша отстранилась, но всё так же продолжила сидеть в двух миллиметрах от лица желточка поглаживая её щеку большим пальцем. – Не надо слов, я просто хочу сказать, что скучала, и я больше никогда тебя не брошу, даже не надейся, потому что я тебя безумно сильно люблю, моя Штрэфонд! — прошептала Лебедева – Твоя и только твоя! — сказала Крис и снова впилась Машке в губы, так они провалились до самого рассвета, но только потом пошли в палатку.