Тёмные глаза феникса

Улицы Лондона опустели. В кафе, в котором сидела девушка, не наблюдалось ни одного человека. Парень, стоящий за кассой, ушёл на перерыв, волшебница сидела в дальнем углу помещения, погрузившись в свои мысли. Это была Венн Крауч. Девушка имела знатных родителей, которые, к слову, оказались трусами, как считала Венн. Отец, Барти Крауч, служил Волдеморту. Хоть времени своей дочери он уделял не то, чтобы много, но та смогла познать, что он этому совершенно не рад. В общем, как истолковала девушка, он просто побоялся пойти против сильнейшего мага столетия. Хотя, кто не побоится? Да только самоуверенный смельчак, по типу Поттера и его друзей. А мама её просто сбежала в магловский Лондон. И больше Венн о ней ничего не слышала. Как будто запустил бумажный самолётик, а он улетел, случайно. А ты теперь ждёшь его возвращения. Чушь. Сейчас же, фамилия Крауч считалась умершей. Последний представитель — её отец — считался сгинувшим в тёмной камере Азкабана. О его жене и дочери не знали даже самые близкие кроме старшего Крауча. Именно у него Венн росла и воспитывалась аристократкой с утончёнными манерами и полным багажом знаний. Но правда заключалась в том, что старый по своим принципам дед просто манипулировал ей, ростя себе тряпичную куклу и марионетку. С детства Крауч была умной, начитанной девочкой, потакавшая своему горячо любимому дедушке. Но всё изменилось, стоило ей шагнуть в Хогвартс. При попадении, к сожалению деда, на Гриффиндор, девочку будто облили водой, заставляя проснуться. Жизнь перевернулась, суждения поменялись. Крауч познакомилась с мудрыми людьми, которые изменили её мир. Поэтому летом Венн вернулась уже не марионеткой, не имевшей собственного мнения, а умной девочкой, знавшей своё место в обществе и имевшей другой взгляд на мир. Но никому знать это было не нужно, ведь для остального магического мира девушка жила в приёмной семье, скрывающейся из-за своей «дочери-волшебницы». Она жила под фамилией Саймон. Время уже близилось к часу дня. Поэтому грифиндорка встала со своего места и, расплатившись, отправилась на улицу. Ожидая, она прикинула, что уже знала о месте, куда она отправится и проживёт остаток каникул. Вся семья её лучшей подруги, Джинни Уизли, проживала в родовом гнезде Блэков, где сейчас и находился Сириус Блэк, белый преступник в глазах окружающих. Как выяснилось после отъезда из Хогвартса, мужчину нагло подставил бывший лучший друг, сбежавший в позапрошлом году из-под «крыла» Рона Уизли и играющий не последнюю роль в воскрешении Волдеморта. Впрочем, Венн была просто рада свалить из дома пораньше, поэтому её не волновало, кто должен будет жить там. Спустя пару минут послышался хлопок трансгессии, и девушка оглянулась на прибывшего. Из-за угла дома уже выходила молодая девушка, лет двадцати. Венн практически сразу определила в ней Нимфадору Тонкс. Джинни описала в письме особенность Доры, с которой та уже успела подружиться, — метаморфомагия. Поэтому и описала внешность, которую использовала в данный момент молодая Тонкс. Видимо, ей тоже описали, как выглядела Венн, так как девушка сразу нашла её и подошла. — Привет, — она улыбнулась Венн и отдала ей бумажку с запиской. — Это адрес дома. Он скрыт Фиделиусом, и узнать местонахождение можно только от хранителя. Крауч раскрыла записку и прочитала её. Ровными буквами с витиеватыми закорючками на листке было выведено «Площадь Гриммо, 12». Отец давно рассказывал ей о семейных поместья чистокровных семей, так что она с лёгкостью поняла: штаб Ордена Феникса — поместье Блэков. Оставалось только гадать, что же наложил на дом Дамблдор, что аура, сформировавшаяся за несколько столетий тёмными заклинаниями, никак не влияла на «светлых» магов. — Спасибо, — произнесла грифиндорка и протянула руку аврорше. Та прикоснулась к ней и трансгессировала. После не очень приятных ощущений внизу живота, Венн распрямилась и осмотрелась вокруг. Перед ней стоял магловский дом, а на номерах были прописаны числа: десять, одиннадцать, тринадцать, четырнадцать и так далее. Лишь двенадцати не было. — Произнеси про себя адрес, — в ответ на её непонимающий взгляд ответила Тонкс, а та последовала её совету. И правда, через несколько секунд дом начал раздвигаться. Крауч немного поёжилась: окна на верхних этажах были разбиты, а здание выглядело слишком мрачно даже для Блэков. Нимфадора же повела её к дому, открывая дверь. Зайдя внутрь, девушка поёжилась. Магия дома сильно ударила девушку, а затем, будто извиняясь, стала ласкать её и её магию, находя в ней успокоение. Её спутница же ничего не заметила и прошла в комнату, по дороге споткнувшись обо что-то. Венн повесила джинсовку и стала оглядываться. Вещью, о которую споткнулась Тонкс, оказался держатель зонтов, сделанный из головы эльфа. Посмотрев наверх, девушка почувствовала неприязнь. Над дверью висели отрубленные головы старых эльфов, которые, судя по состоянию, отрубили пару сотен лет назад. Крауч подавила рвотный рефлекс и прошла в гостиную. Гостиная встретила её не совсем дружелюбно. Хотя это было с какой стороны посмотреть. Около стены препирались профессор Снейп, или Северус, когда они общались на едине, и мужчина, примерный ровесник зельевара. Девушка предположила, что видела перед собой Сириуса Блэка. — Да что ты говоришь, Блэк, — взревел декан Слизерина. Да, это точно был он. Хотя узнать его было не просто. Мужчина уже не напоминал того смертника, которого показывали в Пророке два года назад. Это уже был довольно ухоженный мужчина: длинные волосы и заострённые черты лица лишь дополняли образ аристократа. Кроме них в гостиной сидели близнецы и Джинни Уизли. Они расположились на диване, вновь обсуждая какую-то шалость. Рядом с Блэком стоял профессор Люпин, видимо, поддерживая. До взрыва спорящих осталось немного, поэтому Венн решила перевести понимание на себя. Это в любом случае лучше, чем если Блэк и Люпин получат какое-то гадкое проклятье в спину. — Весело тут у вас, — совсем тихо пробормотала она, но Люпин и Блэк услышали её. И уже чуть громче поприветствовала всех. Джинни набросилась на девушку и чуть не уронила ту. Миссис Уизли вышла из кухни и повторила действия своей дочери, но более скромно. Не успев ничего сказать, Крауч прошла к лестнице, куда её тянула подруга. Оглянувшись, она не увидела свой чемодан, но, не придав этому значение, последовала за Уизли. Ей предстоял долгий разговор, начиная с расспоросов о лете и заканчивая модным приговором.

***

Девушка быстро спускалась вниз по лестнице. Джинни предложила ей наперегонки дойти до столовой. Вообще, это было нечестно, ведь Уизли жили в этом доме уже продолжительное время, а Венн только приехала. Но отказаться было нельзя: Джинни уж очень хорошо придумывала действия для проигравших в споре. Тем более, призраки дома Блэк, которых видела Венн, подсказывали ей более короткие пути для прохода. Она с детства видела призраков. Из-за этого также обожала прорицание. Ей очень легко удавалось увидеть предсказания, и, что не мало важно, большинство из них сбывались. Вообще, призраки довольно интересные создания. Все волшебники, не видевшие призраков, считают, что призрака довольно легко отличить от настоящего человека. Но это не так. Призраки, которых видят только определённые люди, имеют вид живого существа. Тело лишь немного прозрачное, а цвета одежды и кожи довольно натуральные. Поэтому чтобы с точностью определить, человек перед тобой или привидение, надо знать, что этот человек мёртв или физически не может находится в этом месте. Вот и теперь, думая, что их никто не слышит, они подсказывали грифиндорке дорогу. Венн отодвинула пострет основателя рода и заметила за ней проход. Извинившись перед Тьерри Блэком, она прошла через тонель, который вышел её комнате около гостиной. Пройдя к столовой она уселась за стол и принялась выслушиваться в диалог Грюма и Блэка. Последний, заметив её обернулся и задал вопрос, который она никак не ожидала услышать. — Где твои вещи, Саймон? После того, как тебя утащить наверх Джинни, ты не возвращалась, но твоих вещей нет. — Я думала их перенёс домовик, — растерялась Венн. — Когда я зашла в комнату, они стояли около кровати. — Странно, — нахмурился Блэк. — Кикимер очень своеобразный и в данный момент никому не служит, а верен только моему брату. — Может я ему понравилась, — ухмыльнулась Венн и задумалась. Если Блэк сказал правду, то это, возможно, связано с отцом. Дед говорил, что он дружил с одним Блэком. — А как звали вашего брата? — внезапно спросила Венн и, получив в ответ краткое «Регулус», вновь погрузилась в свои мысли. В её голову кралась идея появиться в банке и проверить свою родословную. Но сейчас это было возможным под надёжным крылом миссис Уизли. За размышления и она не заметила, как пришли остальные и начался ужин. Джинни, севшая рядом, натостойчиво трясла её за плечо, в надежде разбудить. Крауч очнулась и, не уловив смысл диалога взрослых, повернулась к подруге. — О чём они? — Думают, как вытащить Гарри из его дома, — тут же ответила рыжеволосая, принявшись есть. — И к чему они пришли? — Будут лететь на мётлах. — Но это не безопасно, — ответила ей Венн, сведя брови к переносице. — Гораздо лучше будет трансгессия или порт-ключ. — Но мы не взрослые и не нам решать. Тем более, думаю это не безопасно для него. На него ведь дементоры напали, в министерстве грозяться исключить. — Ну точно не исключат, об этом директор позаботится, — хмыкнула Венн. — А так это ни на что не влияет, Джин. Просто странно. — Ладно. Просто у тебя странное понятие странного, — улыбнулась ей Уизли. — Не страннее, чем у Луны, — улыбнулась она в ответ и принялась за ужин. Это действительно было странно. Налёт дементоров — не шутки, этими тварями могли управлять только Министерство Магии и Волдеморт. Только кому это было нужно?