На три шага впереди.

Дождливая погода. Как бы я не любил дождь, сейчас он совершенно некстати, ведь через полтора часа у меня рейс. Все уже запланировано, а из-за своего страха перед полетами, просто не могу его отменить. Все планируется настолько тщательно, что для меня проблемно потупить в потолок. Но к счастью, во время полёта я смогу осуществить сию мечту. — Майкл, где тебя носит?! — с озадаченным выражением лица подошел ко мне Билл. Он всегда был мне как отец и друг, не как Джо, порождающий во мне неистовый гнев и страх до тошноты. Но иногда его гиперопека перегибает все палки. Хотя соглашусь, для секьюрити это очень хорошее качество, ведь это его работа — сохранять безопасность и жизнь людям. — Успокойся, Билл, я все успею, — с очаровательной улыбкой начал убеждать его я, — ты же знаешь, я во всем перфекционист. Он, не став со мной спорить, на секунду задержал взгляд на наручных часах и вышел из дома. Посмотрев в зеркало перед выходом, я достал кудряшку из хвостика и надел чёрную шляпу. Стоял прекрасный осенний день, перед моим bad-туром. Опять начнётся суета, бешеные фанаты и чокнутые папарацци. На самом деле я очень люблю фанатов, они для меня всегда были мотивацией и поддержкой. В конце концов, мне всегда не хватало любви в семье, и можно сказать, они помогают заглушать время от времени кровоточащие душевные раны. Одной из таких ран были — таблоиды. Казалось бы, что тут такого? В жизни каждой популярной личности есть они. Но это становится больнее в разы, когда ты делаешь добро, а они переворачивают все твои поступки с ног на голову, и в итоге ты становишься виноватым во всех грехах людских. Несмотря на то, что вся моя жизнь сплошная суета, я не очень люблю людные места. Наверно, это потому что в детстве Джо нас безостановочно таскал по клубам, и теперь меня блевать тянет только при виде их. Раскрыв зонт, я вышел из дома, направляясь к роскошному Роллс-Ройсу. Сев в машину, я погрузился в собственные мысли и не заметил, как заснул. Все-таки погода и недосып дали о себе знать. —<->— — Майк, просыпайся, — теребил меня кто-то за плечи. — Майкл? Клянусь, я даже через сон почувствовал хитрую улыбку Билла. И тут резко меня начали щекотать. О нет, я жуть как боюсь щекотки! Он знает все мои слабости, вот черт! Я конечно не сдерживаюсь и начинаю громко смеяться, и Билл увидев это, начал щекотать ещё сильнее. Вот гаденыш, ахаха! - Бойся меня, я знаю все твои слабости! — озвучил тот мои мысли и наигранно понизил голос. Я не выдержал несправедливости и начал щекотать в ответ. Тот посмотрел на меня с таким видом а-ля: «Дядь, ты не попутал?» Как назло он не смеётся. Неужели не боится щекотки? Или просто хорошо держится? Остановился Билл только когда я начал умолять его. Вот почему нужно прибегать к такому? Я же просто спал. Выглянув в окно, я наконец-то не видел толпы фанатов и папарацци. Это все потому, что мы сказали, что будем в другом аэропорту. Я уже привык так делать. Я всю жизнь от кого-то убегаю. Убегаю и прячусь. «Мы не можем там идти, потому что там они ждут. Сделаем вид, что пошли туда, а на самом деле здесь.». Я не могу прогуляться по парку или сходить в магазин, я ничего не могу. Я могу только прятаться в комнате, как будто я сижу в тюрьме. На пожизненном. Дождь так и не прекращался. Интересно, сколько время? -Сколько время, Билл? — сонным голосом спросил я. -На удивление, успеваем. Еще двадцать минут до взлёта, — усмехнувшись, тот вышел из машины и пошёл в направлении моей двери. -Выходи, принцесса, — с тёплой улыбкой открыл мне дверь Билл. -Принцессой меня ещё не называли! — лукаво улыбнувшись, я вышел из машины. —<->— Я нервно теребил край рубашки и изредка поглядывал в иллюминатор. Почему я не могу найти родственную душу? Почему так сложно? Мне уже 30 лет и я хочу обычной семейной жизни. Праздновать праздники, чего не делал с рождения по религиозным убеждениям матери. Ужинать в кругу семьи, обсуждая последние новости. Вы скажете: "У тебя же есть все о чем только можно мечтать! Какая семья?", но ведь счастье за деньги не купишь. Если проблема решается деньгами, то это далеко не проблема. Спать совершенно расхотелось, когда я увидел газету, лежащую на подставке. Что обо мне только не пишут таблоиды. Какой я, черт возьми, Wacko Jacko? Я тоже человек, у меня тоже есть чувства и сердце. Но я полагаю, что последнего у них нет. Вместо сердца пачка долларов. Они все сделают ради денег. Одним словом — животные. Хотя, даже они, как бы странно не звучало — человечнее. Как же все-таки клонит в сон, но спать не хочется. Снова бессонница? Но будто опровергая эти мысли, мои веки тяжелеют, и я проваливаюсь в сон, полный тревожности, но всё-таки сон. —<->— Разбудил меня стук в комнату. -Войдите, — сонно отрезал я. -Мистер Джексон, мы почти прилетели, — ещё больше будила меня своим голосом бортпроводница, — вы себя хорошо чувствуете? -Да, все в порядке, спасибо, — потягиваясь и расправляя плечи я сел на кровать. -Вам говорили когда-нибудь, что вы очаровательно спите? — с некоторым смущением смотрела на меня девушка. -А вы следите за мной? — бросив на неё лукавый взгляд и не дав ответить на вопрос, я поспешил удалиться. Поникнув, я в который раз прохожу по борту самолёта, и из раза в раз кидаюсь в терзания. А что если это не та жизнь, которая принесёт мне счастье? Определённо не та. Деньги не принесут такого счастья, как настоящие отношения, построенные на уважении, взаимопонимании, духовности и искренности. И из раза в раз мне приходит одна и та же мысль: «я был рождён даровать счастье людям, настоящего которого у меня самого не имелось.» Я захожу в уборную и даже не смотря в зеркало, умываюсь. Приятно прохладная вода обдаёт мое лицо, заставляя глаза щипать, тем самым возвращая в реальность. — «Я недостаточно хорош», — промелькнуло у меня в голове. Я чертов идеалист во всем. К сожалению, это минус для меня и моего эмоционального состояния, но плюс для всех остальных.