Последний ужин

      Рарог просыпается поздней ночью. Он стар и слаб. Он не ел с прошлого месяца и уже порядком истощен. Его длинные голые конечности выглядят особенно тощими в молочном свете Луны. Его ребра болезненно выпирают сквозь жесткую серую кожу. Как можно скорее ему надо найти ужин. Любое животное больше 40 килограммов подойдет, и он протянет еще месяц - полтора до следующей охоты.       После того, как угодья рарогов сократились из-за масштабной экспансии людей, они перестали жить общинами, разделились и под влиянием страха – ослабели, спрятались и до сих пор умирают в одиночестве где-то в глубоких холодных пещерах. Белых пятен на карте становится все меньше, рарогам негде больше укрыться, негде спастись. После века активного изобретения нового оружия на людей стало сложнее охотиться. Человеческих поселений стало больше, люди стали сильнее, научились приручать солнце, покорять его смертоносную силу и приносить с собой в ночь. Десятки семей рарогов были поглощены маленькими людскими солнцами за минуты. Не в силах сопротивляться этой смертоносной силе – они предпочли исчезнуть и не бороться с захватчиками. Старый рарог помнит те страшные времена и несет их бремя в одиночку. Рарог не хочет вспоминать об этом, но рядом слышны громкие крики людей, и они будоражат воспоминания. Яркое зарево их ручного солнца освещает опушку леса.       Люди сидят вокруг костра. Мужчины ведут громкие и оживленные беседы, запивая их ароматным ягодным пивом. Их женщины сидят рядом, обнимая своих мужей за плечи. В палатке за их спинами – причитают несколько женских голосов. Кричит женщина. А через минуту ее крик стихает, сменяется облегченными вздохами и криком ребенка. Мужчины поднимают выщербленные кружки, пьют до дна и идут поздравить мать, их жены спешат поднести дары, а взамен посмотреть на ее румяного пухлого малыша.       Рарог бредет прочь от этого страшного места. Но куда бы он ни шел, отовсюду веет опасностью и смертью. С севера дует ветер, приносящий запахи за километры отсюда. Его нос особенно чувствителен к одному редкому аромату - он чует сородича. Они идут навстречу друг другу, но старый рарог все еще незаметен для второго – ветер сейчас его союзник. Старый рарог не знает, принесет ему эта встреча быструю смерть или неожиданный союз. Он может встретить как полного сил самца, стремящегося плотно поужинать, так и истерзанную жертву людей, едва уносящую ноги от преследователей. Скорее всего, эта встреча станет для него последней. Уставший, он продолжает путь навстречу своей судьбе – вперед его влечет еще один запах. Лось с лосенком остановились на водопой. По их аромату рарог догадывается, что один из них ранен и не может продолжать путь.       Сородичи встречаются около ручья. Друг напротив друга, по разные стороны от воды. Каждый из них может преодолеть его за один прыжок, но оба медлят, приглядываются, принюхиваются. Запах свежей крови рядом притупляет ощущения, но старый рарог точно знает – перед ним молодая самка, возможно, последняя в роду и точно последняя в его жизни. Лосиха жалобно стонет – задние ноги перебиты людскими ловушками, скрытыми в густой траве.       Старый рарог, впервые за долгое время, точно знает, что произойдет дальше. Он уступит самке лосиху и лосенка. С матерью она легко справится сейчас, а осиротевшего лосенка оставит на будущее. После ее ужина они спарятся и его подруга навсегда скроется в предрассветных лучах, унося с собой беспомощного лосенка. Утро они встретят порознь. С первыми лучами солнца рарог ослепнет от их чарующей яркости и останется у ручья, дожидаться людей, которые уже идут за добычей – он почует их радостный дух задолго до их прибытия. Разочарованные и разозленные они быстро оборвут его неожиданно долгую жизнь. Сожгут его уродливое худое тело. И он исчезнет из этого мира в полном одиночестве, как и полагается старым трусливым рарогам. Пройдет немало ночей, прежде чел остатки его тела истлеют, но уже через год, с приходом весны, молодая самка, которую он встретил у ручья, произведет на свет с десяток его потомков, увековечив его существование в этом жестоком мире.