(из)бить

у юты сегодня день рождения. он не хочет просыпаться, но встает раньше остальных мемберов и садится на постель спящего хёна. — хён. хён, проснись, пожалуйста. — накамото трясет парня за плечо и будит, добиваясь своего. — можешь в комнату никого не впускать? никого не хочу видеть. н и к о г о. — хорошо. все в порядке? — мун сонно трет глаза и садится, зевая. — кстати, с днем… — пожалуйста, не надо. тэиль давит в себе удивление и обеспокоенность, дотронувшись до руки японца. — все точно в порядке? — да. просто не хочу сейчас кого-либо видеть ещё. просто прими, хен. я ничего объяснять не хочу и кого-то видеть здесь кроме тебя. — юта коротко улыбается и плетётся на свою постель, падая. — тебе завтрак сюда принести? — парень садится и приглаживает волосы, рассматривая бесформенную кучу на постели соседа. юта отрицательно мотает головой. — хорошо. я выйду и закрою за собой дверь на ключ. если захочешь выйти, второй лежит на твоей тумбочке. еще один кивок темноволосой макушки. — если захочешь поговорить или тебя что-то гложет, я всегда рад выслушать и помочь, юта. — тэиль мягко тянет имя друга. — ты можешь мне доверять… — я понял, хён. спасибо. и остальным скажи, что я просто неважно себя чувствую. мун чешет макушку и понимает, что это, пожалуй, миссия невыполнима; первым забьёт тревогу тэен, а потом и джонни, явно не ровно дышавший в сторону японца. все мемберы будут волноваться за своего друга и просто так не отстанут — уже проверено. — я могу подарить тебе подарок в честь… этого дня? — осторожно заканчивает тэиль и расслабленно выдыхает, когда видит еще один кивок. — я положу его вот здесь. мун оставляет небольшой сверток на постели накамото и выходит из комнаты, не забывая пару раз прокрутить в замочной скважине ключ; его ведь попросили. парень бредет на кухню и понимает, что вот оно — первое препятствие. первым всегда поднимался джонни и делал себе кофе после тренировки, а потом и остальные подтягивались на завтрак. разговора явно не избежать. — доброе утро, хён. — со широко улыбается ему и отставляет кружку, подперев голову рукой. — юта уже проснулся? «кто бы сомневался, что он желает доброе утро как предлог, дабы вновь спросить о японце» — совсем беззлобно замечает про себя тэиль, решая, что ему стоит разобраться в отношениях младших. — он еще спит. думаю, может себе позволить, не так ли? — мун лжет и не чувствует угрызений совести, начиная заваривать себе чай. — конечно. интересно, ему понравится мой подарок? — со старается подавить свое отстраненное настроение и блаженную улыбку, мешая чайной ложкой в пустой кружке. — он не говорил, что хотел бы сегодня делать? — нет, но у меня есть смутные предположения. — да? какие же? тэиль мысленно хлопает себя по лбу и несколько раз ругает, пытаясь придумать хоть какую-то отмазку, но ситуацию спасает вошедший в кухню тэен и донхёк. — доброе утро. — доброе утро, хёны. донхёк плюхается на место рядом с со и кладет голову на руки, явно пытаясь поспать еще. — юта-хён еще спит? — бормотание донхека громче чем тихие зывывания тэена очередной песни и у муна начинает дергаться глаз. — мой подарок уже руки жжет, не терпится подарить и посмотреть реакцию. — кстати, мне тоже интересно. марк что-то говорил о… твоем сюрпризе, — ли отвлекается от своих мыслей и ставит перед макнэ чашку с соком, возвращаясь к своим тараканам. — главное, чтобы наш с доеном подарок понравился. мы на него кучу времени убили. — вы с доён-хёном вместе подарок делали? — брови донхёку ползут вверх и он ухмыляется. — конечно. так в бюджетном плане проще, ведь сумму делили пополам, да и две головы лучше думают. — лидер начинает резать себе фрукты и косится в сторону хэчана. — а это умно́, хён. — макнэ раздасованно хлопает рукой по лбу. — надо было тоже с минхёном объединить усилия. тэиль допивает чай и тихонько ускользает из помещения, в котором становилось все больше народу; все просыпались и это означало лишь то, что вопросов не избежать. юте плохо. нет, не в физическом плане, хотя так, было бы куда проще; закинулся бы таблетками и вновь широко улыбался всем. исцеляющая улыбка. накамото горько усмехнулся, дрожащими руками поглаживая шею. кто бы его исцелил? залезть под одеяло и спрятаться от всего в мире, как это было в детстве не получается; слишком жарко и юта начинает задыхаться. полностью избавиться от всего лишнего на постели тоже не получается, ибо в комнате прохладно. парень делает над собой усилие и отбрасывает одеяло в сторону, достав из шкафа несколько худи и все как назло оказались енхо. губы непроизвольно трогает улыбка и накамото вспоминает, как именно они оказались у него. натянув на себя самую любимую, юта возвращается в постель и строит гнездо из подушек, мягких игрушек и злочастных одеял, сооружая «крепость». свободный капюшон закрывает добрую половину лица и юта с некоторым удовольствием зарывается носом в ткань, пахнущую одеколоном джонни. пахнет чем-то родным и приятным, щекочущим рецепторы и возбуждающие на шальной поступок. как только на телефон приходит первое уведомление, накамото отключает его, так и не посмотрев, что же именно ему написали. сегодня его режим оффлайн. ничего не хочется. апатия? депрессия? эмоциональное выгорание? ему сложно подобрать слово, подходящее под это состояние; хочется убежать далеко-далеко и потеряться в толпе неизвестных людей, зарыться пальцами в волосы джонни и очень долго не отпускать, сжимать в своих объятиях и слушать милую болтовню американца или лежать здесь и забыть про все и вся, а может, уйти и танцевать босиком на асфальте, исцарапать в кровь ноги и разбить пальцы о стекло в ванной. хочется. но вот чего именно? тактильной связи хочется сильнее всего, решает юта и обнимает плюшевую игрушку, подаренную енхо. куда ни ткни — енхо. кажется, юту это не смущает. тэиль сбегает от мемберов в ванную комнату и быстро проводит утренние процедуры, соображая, где бы ему провести день. юта явно не хочет компании, а избегать мемберов в замкнутом пространстве очень и очень сложно; в лучшем случае, они выбьют дверь в комнату, в худшем — мун даже думать не хочет. ручка двери дёргается и в помещение заходит доён. — юта еще спит, верно? остальные ребята так громко обсуждают свои подарки на кухне и ставят ставки, чей же лучше. — парень с порога бьет старшего новым потоком информации, вставая рядом у раковины. — доброе утро, хен. хотя его таким уже сложно назвать. — доброе. тэиль хмурится и его мозговые извилины вновь перешли в движение, напряженно работая. — у юты ведь сегодня отдельный прямой эфир и потом совместный с нами, верно? — мун хмурится, когда вспоминает это и вновь начинает думать. — да. но стафф говорил, что это будет после обеда и ближе к вечеру, то есть, будет время повеселиться. надеюсь, у нашего хёна есть идеи хорошенько повеселиться и расслабиться. " ага, как же. он хочет только уединения " — замечает старший и кивает доену, уходя в свою комнату. оглядываясь, тэиль быстро проскальзывает в комнату и закрывает, прокрутив ключ пару раз. юта не хочет жалости, мун уверен. японец вновь уснул или слишком хорошо притворялся, но парень не стал его беспокоить, заметив, что и подарок и телефон лежат на тумбочке. старший выдыхает и щурится, подозрительно рассматривая темное худи на накамото, почти не удивляясь, узнав вещь, принадлежащую енхо. " если виноват в депрессивном настроении енхо, юта бы не стал его вещь одевать, верно? или он так старается понять что-то… " — мун мученически выдохнул и запустил пятерню в волосы, удивляясь своим мыслям. — хён. тэиль смотрит на юту и хмурится; тот сопит, свернувшись в калачик среди своих вещей, больше походивших на гнездо. кто…? — хён. внутри что-то щелкает и он смотрит на дверь. — чону, это ты? — старший быстро подходит к двери и прислушивается, слыша шуршание и тихую ругань. — юта-хён спит? — блять, если еще хоть кто-то спросит об этом, я вас изобью дубинкой. спит ребенок, спит! тэиль не знает, но явно догадывается, откуда взялась эта агрессия, но ничего уже с собой поделать не может или не хочет. срывается, хоть и знает, что нельзя, что мемберы не виноваты, но остановиться не может. он мог бы уйти в студию и посвятить этот день вокалу или бороздить просторы интернета в поисках очередной ненужной вещи. но он старший. он должен заботиться о своих младших и юту бросать нельзя; мемберы хоть и взрослые уже, но все еще бывают детьми, которые не контролируют порой свои поступки. они могут сделать накамото только хуже. енхо подставляет лицо под тёплые струи душа, прикрывая глаза и еле сдерживая тихий стон блаженства. мягко массируя уставшие после тренировки мышцы плеч, парень расплывался в улыбке, желая как можно быстрее увидеть реакцию юты на его подарок. японец занимает слишком много места в его мыслях и сердце тоже. но енхо не против. он очень даже рад. и все же, что-то настораживает его; юта не хотел приближения своего дня рождения, избегал разговоров о его праздновании и много молчал. или же енхо все утрирует и это сказывалась усталость? натягивая футболку, парень рассматривает себя в зеркало и не может сдержать улыбки, приглаживая влажные волосы. настроение… настроение сегодня выше облаков. [10:03] — все мемберы, кроме тэиля и юты собрались в гостиной. [10:07] — тэен начал говорить, но был резко перебит донхёком, который постарался всех втянуть в игру. [10:08] — донхёк потерпел неудачу и погрузился в мысли, поумерев свою гиппер активность. [10:20] — марк начал сомневаться, что юта спит и они с тэилем решили втихаря выпить весь алкоголь. [10:21] — марк не успел закончить свой мысли и был перебит юно, который отказывался верить в это. [10:25] — чону напомнил о резкости слов муна и сказал, что телефон юты не доступен. [10:30] — все мемберы подключились к разговору и начали шуметь, особо не вникая в суть вопроса, который обсуждали. юта просыпается второй раз за день уже ближе к двенадцати. все тело ломит и в горле жуткая сухость, в глаза будто насыпали песок, а в ушах стоит гул. накамото садится и хрипит, пытаясь позвать хёна, но терпит крах; из его горла вырываются лишь нечленораздельные свисты и кашель. накамото шарит рукой по постели в поисках телефона, но видит его на тумбочке и замирает. а нужно ли ему это? прочистив горло, юта все же обращается к муну: — где остальные? — ушли в магазин за продуктами… к этому дню. — мун заикнулся и замолчал. — они хотели отпраздновать и устроить что-то вроде… вечеринки. — ясно. кстати, спасибо за подарок. юта не старался выдавить из себя улыбку и лишь кивнул головой, выходя из комнаты, быстро добежав до душевой и закрывшись в ней, словно боялся быть пойманным. а ведь так и было. оглядевшись, накамото стянул одежду и вспомнил, что забыл взять сменную. лень было тащиться за своей и он заглянул в небольшой шкафчик, куда парни обычно клали свою чистую. вытащив на свет футболку и худи с шортами, что принадлежали енхо, парень мельком подумал, что это похоже на зависимость. зависимость от старшего. прохладный душ позволял освежиться и протрезвиться; прийти в себя и вновь ясно взглянуть на мир, без противной пелены. японец крутит в голове словно мантру лишь имя старшего, неосознанно думая о том, каково было бы его стонать. в ряд стоящие гели для душа приковывают внимание и юта видит свой, который уже надоел; вновь захотелось сделать идиотский поступок. рука тянется к гелю енхо, которым тот так дорожил и донхёк не упускал случая поиздеваться над ним. ароматная субстанция приятно ложится в ладошку накамото и тот с удовольствием размазывает её по телу, прикрывая глаза от наслаждения, распускавшегося по телу словно сакура весной. теперь он пахнет им. пахнет енхо. и юте от чего-то приятно и на сердце становиться легче, словно он делает все правильно. неспешно натягивает футболку и смотрит в зеркало, приглаживая почти высохшие волосы. шорты старшего на нем еле держаться, но юта исправляет ситуацию и смотрит на свои непозволительно сильно обнажённые ноги, задумываясь. а хену нравятся его ноги? глупый вопрос и японец быстро натягивает худи, погружаясь в свой эфемерный мир любви. ощущение легкости и свежести окрыляет и юта почти верит, что настроение скоро тоже станет лучше. он слишком поздно слышит щелчок входной двери и шум мемберов, вернувшихся с продуктами и веселым настроением. он не хочет их видеть. не хочет. только не сейчас. с опозданием юта вспоминает, что забыл телефон и тэиль в их комнате ни о чем не догадывается. черт. — как думаете, юта уже проснулся? — донхек проходит мимо двери в ванную и весело смеется над шуткой марка, шумя пакетами. — не терпится его поздравить. на душе у юты скребут кошки. даже не кошки, гигантские снежные люди, которых не существует, но накамото плевать. ему не хватает тактильности. хочется объятий. ему нужен хён. нужен енхо и его медвежьи объятия, в которых можно утонуть. но тут мемберы и они могут понять не так. юта боится и готов расплакаться от жалости к самому себе. кусает губу и сжимает пальцы в кулак, неловко переминаясь с ноги на ногу. нужно решиться хоть на какой-то шаг. голоса затихают и накамото осторожно открывает дверь, выходя в коридор. горизонт чист и он спешит в свою комнату, но слышит голос со из гостиной. — не поверите, но я уже соскучился по нашему японцу. он слишком долго спит, не думаете? юта натягивает капюшон пониже и подходит к проходу, замечая, что почти все вышли, оставив енхо наедине с телефоном. быстро. юта незаметно влетает в гостиную и прыгает на колени старшего, мгновенно обвивая руками шею и прижимаясь всем телом как можно ближе, чтобы не осталось ни миллиметра между ними. енхо тяжело выдыхает и обнимает в ответ, с присущей только ему грубостью сминает худи и футболку на спине японца, тихо посмеиваясь. накамото дышит быстро, стараясь надышаться запахом со и запомнить. его дыхание щекочет кожу и посылает табун мурашек, будоража. — доброе утро, львенок. хорошо спалось? — я хочу большого плюшевого медведя. мягкого и пахнущего только тобой. прямо сейчас, енхо. — юта шепчет тихо и почти неразборчиво, дрожа от собственной просьбы, зарывается пальцами в волосы парня, перебирая. — я на эту роль не подойду? — я хочу медведя. ты слышал. — юта отрезает и прикрывает глаза, наслаждаясь моментом, он откровенно кайфует от такой близости и слышит учащенное дыхание джонни… или это его собственное? — пожалуйста, енхо. прошу тебя. — хорошо. — со расслабляется и готов стонать; накамото сам залез к нему на колени и еще о чем-то просит. он определенно в прошлой жизни спас жизнь императору, иначе такое везение никак не объяснить. — ты пахнешь мной. и на тебе моя одежда. объяснишь? — не сейчас. медведя. не забудь. юта отстраняется и смотрит через челку на парня, решаясь. наклоняется и быстро оставляет смазанный поцелуй на щеке удивленного енхо, вскакивая и убегая из гостиной, запирается в комнате и пытается отдышаться. он сделал это. тэиля в комнате нет и юта рад, иначе бы сложно было объяснить весь его внешний вид и состояние, скачущее из стороны в сторону будто качели. он больше похож на неловкую девственницу, чем на всемирно известного айдола и мечту всех девушек (и парней). енхо расплывается в глупой улыбке и мягко касается горящей щеки, не веря. это случилось. юта идеален. он стал заложником своих чувств к японцу и явно не против пробыть в заключении как можно подольше. парень встает с кресла и спешит к выходу, вспоминая, где бы он смог найти подарок для накамото. — джон, ты куда? мы ведь все купили… или что-то все-таки забыли? — тэен появляется в коридоре, помешивая в миске не понятную кашицу. — я за медведем. — хорошо, только… стоп. каким медведем? — для мое… юте еще один подарок нужен. — енхо обрывает себя и шарит в поисках кошелька в куртке. — он проснулся или… он ведь не выходит из комнаты и телефон выключил. — тэен нахмурился. — да что ты лыбишься-то, шпала? колись давай. — юта попросил ему медведя подарить. он со мной говорил. ли удивленно поднял брови и перестал двигать ложкой, с прищуром посмотрев на старшего. — и ты сразу побежал покупать? — у него день рождения и почему бы и нет? пусть порадуется в этот день. тэен согласно кивает и откидывает все мысли, возвращаясь на кухню. он промолчит сейчас, но потом молчать не будет; отношения между енхо и ютой явно вышли на другой уровень. и этот уровень далеко не дружеский. юта думает. слишком долго и много думает, погрузившись в свои мысли, он не слышит тэиля. настойчиво тряся за плечо японца, тот что-то говорит. — прости, я… — ты… там джонни хочет с тобой поговорить, — мун протягивает юте свой телефон и отходит. — да? — предпочтения в цвете для мишки есть? — юта буквально кожей ощущает улыбку хёна и его пробивает словно током; слишком приятно и хочется, чтобы это ощущение не покидало. — ассортимент мягко говоря… очень обширный. — из… чего выбирать можно? скажи, какие тебе нравятся? — накамото начинает дрожать и плотнее обхватывает себя руками, не видя, как напрягся мун. — знаешь, сложно сказать. тут они все очень… — чёрный есть? — ммм, да. но он больше чем остальные. другие в основном светлые и размером поменьше. чёрного хочешь? — д-да. я хочу чёрного. повисает тишина, но енхо трубку не кладет и о чем-то говорит с человеком на заднем плане, а юта не находит в себе сил отключиться и отдать телефон муну. — ты ещё тут? — енхо, вернись быстрее в общежитие. пожалуйста. — юта уже вздрагивает всем телом и первый раз всхлипывает, пытаясь подавить внезапно накатившую панику и слёзы. — енхо-я… — юта, что случилось? ты плачешь? юта, кто тебя обидел? юта… — просто купи медведя и бегом в общежитие, джонни. у тебя пятнадцать минут, — тэиль вырывает трубку из пальцев взахлеб рыдающего юты и шипит на со, обнимая японца. — иначе я не впущу тебя в комнату, как и всех остальных по просьбе юты. — понял, хен. скоро буду. тэиль откладывает телефон в сторону и крепко обхватывает накамото, который заливал его плечо слезами и комкал футболку, вздрагивая. он не понимает, что происходит с накамото; не понимает его настроения и состояния, не знает чем помочь и что сделать. это бьет по нему сильнее всего. — я такой слабый и ничтожный, хён. юта начинает хихикать и слёзы катятся по щекам быстрее, но он не обращает на них внимания и отталкивает парня от себя. лицо накамото искажается; он хмурится, кусает губы и пытается что-то сказать, но очередная волна слез душит его и он валится на подушки, поджимая коленки к подбородку. он не понимает свое состояние. он не знает, что это, но явно догадывается. ему больно без особой причины и хочется лезть на стену, лишь бы это все прошло. сделать что угодно. время летит незаметно и дверь в комнату со стуком открывается от урагана, носящего имя 'со енхо'. тэиль хмурится и быстро ретируется, запирая их вдвоем снаружи. обеспокоенный со быстро снимает обувь и куртку, кладя медведя на постель муна. — эй, юта. малыш ю-ю, повернись ко мне, прошу. — голос старшего нежен и заботлив, от чего накамото дрожит еще сильнее и пытается залезть под одеяло, но сильные руки хена ему не дают позорно скрыться. — ю-ю, я рядом. пожалуйста. японец всхлипывает и смотрит в лицо американца сквозь пелену слёз, робко трогая его за лицо; хочется убедиться, что старший не выдумка и по настоящему тут. рядом с ним. — ну, ты чего? малыш ю-ю, иди к хёну. — енхо садится на постель и тянет на себя младшего, позволяя оседлать свои бедра. — хён рядом и не позволит никому обидеть тебя. хён поможет тебе со всем справиться, малыш ю-ю. веришь своему хёну? юта быстро кивает головой и обнимает старшего, заливая очередным потоком слёз его футболку и шею. в объятиях комфортно, тепло и безопасно; юта расслабляется и позволяет себе вылить все, что так долго копилось и наконец-то отпустить. мягкие поглаживания со по волосам и пояснице успокаивают, дают чувство защищенности. — извини, твоя футболка теперь… мокрая. — юта нерешительности шепчет на ухо енхо, когда слезы высохли и пришло чувство умиротворения. — ничего. тебе лучше? — старший прижимает его к себе еще ближе, повернув голову, чтобы зарыться носом в волосы младшего и блаженно вдыхать аромат своего же шампуня. — да. юта медленно рисует пальцем узоры на спине старшего, чувствуя каждую напряженную мышцу и тяжелое дыхание. ему хочется спать. — енхо, могу я тебя попросить… не уходить? останься со мной тут, пожалуйста. — все, что захочет малыш ю-ю. юта слабо улыбается и тянет парня в гнездо. сейчас ему тепло и уютно; енхо крепко обнимает и дышит в шею, посылая мурашки и электрические разряды по всему телу. прижимаясь ближе, дыхание накамото выравнивается и он проваливается в сон. енхо долго не может уснуть, наблюдая за младшим и охраняя его покой. сейчас он похож на маленького беззащитного птенчика, изо всех сил вцепившись в него, безмятежно сопя куда-то в район груди. — малыш ю-ю. — енхо блаженно выдыхает и мягко целует парня в щеку и гладит. — люблю тебя.