Последствия чрезмерного употребления сладкого

      Чжун Ли с огромным трудом удалось уговорить её покинуть свое Царство Эвтюмии и уделить время внешнему миру. Со слов юной Путешественницы, Вельзевул давно не покидала своего скрытого от чужих глаз мира, но для мужчины никогда не было проблем с тем, чтобы наведаться к ней по собственному желанию. И никакие особые силы старейшего архонта не были нужны. Двери её внутреннего мира всегда были открыты для него.       А чтобы вывести её наружу, достаточно было лишь пообещать ей «заморские» сладости из Ли Юэ.       И вот так они оба оказались в её спальне на мягкой перине удивительно скромной постели. По словам Вельзевул, спальня нужна была Сегуну, раз уж тело ее брало на себя весь физический груз их тяжелой работы.       Сейчас она безмолвно читала купленную ею во время их совместной прогулки книжку. Чжун Ли достаточно было пробежать глазами по паре страниц, чтобы понять, что чтиво то весьма сомнительного характера, но сейчас она была увлечена процессом, и он не смел её отвлекать.       Ему достаточно было того, что сейчас она комфортно расположилась в его объятиях и спиной откинулась на его грудь. И он мог прижать её к себе крепче, мог носом зарыться в восхитительные густые темные волосы, наслаждаясь так любимым им запахом. Её запах никогда не был резким. Всегда нежный и еле уловимый мягкий аромат. Сладкий. Она всегда пахла очень сладко, словно сама была самым вкусным в этом мире десертом.       И он безумно любил это в ней.       — Эи.       — Да? — сразу отозвалась она и оторвалась от своей все еще сомнительной книжки, через плечо поворачиваясь к старшему. Краем глаза она едва успела заметить какое-то движение, и в следующий момент грубые мужские пальцы с удивительной осторожностью ущипнули её щеку.       Повисло молчание, но Чжун Ли с толикой скрытого наслаждения не мог не заметить, как тонкие брови хмуро свелись к переносице.       — Моракс, что ты делаешь?       — Ах, похоже, я поддался импульсивному порыву. Прости мне это.       Вельзевул тихонько фыркнула и мягким жестом смахнула его руку, после аккуратно потирая ладонью щеку.       — Если так подумать, кажется, с тех пор, как ты, Мико и Путешественница стали приносить мне так много подарков, я набрала в весе.       Чжун Ли не сдержал легкой улыбки. Они не виделись около месяца, но изменения, произошедшие с её телом, сложно было не заметить. Черты её лица в самом деле немного округлились, как и бедра, которые он так любил сминать. Она стала мягче, и пусть это не было холодным расчетом самого Чжун Ли, — впрочем, были у него подозрения в сторону одной кицунэ, — он с трудом сдерживал сладкое трепетное наслаждение от того, как чудесно его женщина ныне выглядела. И он готов был урчать от удовольствия и нестерпимого желания прикоснуться, когда Эи легонько елозила по кровати ногами, то просто сгибая в коленях, то закидывая одна на другую, от чего появлялись очаровательные складочки.       И что-то звериное в нем так и кричало:       Она будет чудесной матерью моих детей.       И он находил это самым красивым, что ему довелось повидать за его долгу жизнь.       — Не думаю, что с твоим телом произошли сильные изменения, — слегка приврал он. — Тебя это беспокоит?       — Не то чтобы я сильно беспокоюсь о своей внешности, — вздохнула Эи, вновь сгибая ноги в коленях, и Чжун Ли с неподдельным восторгом воззрился на чудесные складочки над краем ее чулок. — Но мне хотелось бы научиться контролировать себя в отношении сладкого.       И Чжун Ли не сдержался, с улыбкой выдыхая:       — Ты прекрасна, поверь мне.       Вельзевул вновь сконфуженно нахмурилась. Она уже привыкла к этой тяге её мужчины лишний раз потрогать её. Это почти никогда не перерастало в откровенные приставания, но порой его нежности было так много, что она просто не знала куда себя деть. А порой этот глупый ящер и вовсе вынуждал её опаздывать на запланированные важные встречи лишь потому что ему непременно нужно было «ещё пять минут» полежать с ней наедине, устроив голову на её груди или коленях.       Она почувствовала, как его руки неторопливо разжали крепкие объятия, а широкие ладони осторожно, будто ожидая запрета, скользнули под её короткие одеяния и накрыли живот, где из-за чуть угловатой позы появились ощутимые неровности. И он нежно огладил их пальцами.       — Здесь.       Касания пошли ниже, и в следующий момент ладони крепко сжали ее бедра, сминая их собственнически, но ни капли не грубо. На мгновение размеренное дыхание мужчины словно оборвалось.       — Здесь.       Он слегка задержался, прежде чем перенести свои ладони на ее чуть приоткрытую грудь. И даже она стала заметно мягче, что не могло не вызвать восторг.       — И даже здесь. Эи, я не знаю ни одной частички тебя, что способна тебя испортить. Ты и в самом деле прекрасна.       В ответ на эти слова бесконечного восхищения губы её тронула слегка насмешливая улыбка.       — И где только ты научился таким сладким речам? Я услышала тебя, Моракс. И… спасибо тебе.       Она вновь вернулась к своей книге, а Чжун Ли прижал её к себе и, блаженно прикрыв глаза, уткнулся в ароматные волосы.       Вельзевул задумалась над тем, что, возможно, с этих пор настырность её ненасытного дракона выйдет на новый уровень.