Месть - кровавое блюдо

Мужчина в элегантном черном костюме стоял на пороге Федеральной экспертной службы, ощущая как ненависть бьется о ребра, точно запертый в клетке дикий зверь. Ну ничего, усмехнулся он про себя, скоро дверь клетки распахнется, монстр вырвется на свободу и примется терзать глотки всех, кто встанет на его пути. Уже недолго осталось ждать. Из открытых окон доносились громкая музыка, веселый смех и радостные выкрики — сотрудники ФЭС уже начали праздновать. Еще бы, подумал мужчина, глядя на глянцевое табло наручных часов, такое событие! Пятнадцать лет прошло с того момента, когда эта поганая контора заявила миру о себе. Сегодня день рождения ФЭС. Сегодня день, когда ФЭС придет конец. Войдя в просторный холл, украшенный к празднику огромными шарами и идиотскими плакатами, он кивнул охраннику. Тот, кивнув в ответ, направился к входной двери, чтобы запереть ее, и тем самым отрезать всем собравшимся пути отступления. Сегодня никто не покинет это место живым. Мужчина не спеша шел по хорошо знакомому коридору, то и дело поглядывая по сторонам. Каблуки черных, начищенных до блеска ботинок гулко стучали по полу, выбивая похоронный марш. Зловещая улыбка, больше похожая на дьявольский оскал, исказила черты красивого лица, делая его похожим на вылепленную из воска маску. Глаза горели жаждой мести, по венам струилось предвкушение, сердце в груди трепетало от волнения и нетерпения. Казалось, что даже пистолет, зажатый в руке, вибрирует и ждет не дождется своего часа. Металл приятно холодил вспотевшую ладонь, а ощущение власти окрыляло. Душа ликовала и пела гимн справедливости. Никто теперь не посмеет сказать, что он жалкое ничтожество, никто не засмеется ему в лицо и не посмотрит на него с презрением. За его спиной тенями пристроились еще несколько человек в таких же черных костюмах. Ему не нужно было поворачиваться, чтобы видеть их. Все было продумано до мельчайших деталей и каждый знал, что ему предстоит делать. Смех и оживленные голоса звучали все громче — почти все сотрудники ФЭС собрались в переговорной, как это происходило на любом празднике. Немного замедлив ход, мужчина поднял руку, давая своим людям понять, что дальше он идет один — они присоединятся к нему чуть позже и начнется настоящий праздник. Сегодня они повеселятся на полную катушку. Заглянув внутрь просторной переговорной, мужчина обнаружил тех, кого искал — своих ненавистных бывших коллег. Они были так поглощены празднованием, что даже не обратили внимание на появление человека, которого точно не хотели бы сегодня видеть. Таня Белая о чем-то громко рассказывала Юле Соколовой, и та заливалась звонким смехом. Сергей Майский и Рома Березин оживленно спорили о футбольном матче, а Рита Власова смотрела на них с таким видом, будто мечтала дать обоим по физиономиям. — Где все остальные? — услышал мужчина знакомый суровый голос начальника ФЭС — а вот и она собственной персоной — Королева Справедливости. — Кто-нибудь звонил Степану и Леониду? — Лёня уже выходит, — тут же принялась трещать явно подпитая Белая. — Он запачкал брюки и вернулся их переодеть. — Возвращаться — плохая примета, — заметил Майский чуть заплетающимся языком. — А они что, разве не вместе со Степаном должны были приехать? — спросил Березин. — Они же не сиамские близнецы, — обдав Романа холодом, произнесла Власова. — Данилов поехал за вином, которое просила купить Оксана. Скоро будет. — А где сама Амелина? Небось, все еще красит правую бровь? — хохотнул Березин и взглянул на Тихонова. — Ты почти угадал, — звонко выкрикнул Иван из другого конца переговорной. — Она две недели назад записалась в какой-то пафосный салон на процедуры по омолаживанию всей Оксаны. — Мы ее вообще узнаем, когда она явится? — спросила Белая, подливая шампанского в изящный бокал. — А то сейчас как омолодится, как придет и мы тут вместо дня рождения ФЭС будем отмечать новый день рождения Амелиной. — Одно другому не мешает — был бы повод, — гаркнул Майский. — Холодов едет из деревни. Своих отвез, мчит к нам. Мужчина, жадно слушавший веселые голоса бывших коллег, недовольно нахмурился — значит, не все они сейчас находились тут. Но откладывать больше нельзя — все должно идти по плану. Поправив выбившиеся из идеально уложенных волос пряди, он глубоко вдохнул спертый воздух, успокаивая пустившиеся в пляс нервы, и вошел туда, где царил дух веселья. Первым его заметила Рита. Он весело подмигнул ей и помахал рукой, в которой крепко сжимал пистолет. Власова резко поднялась с кресла и дернула за рукав Рому, стоявшего спиной к ней и к вошедшему мужчине. Уже через мгновение все взгляды были устремлены на незваного гостя, и не было в них больше веселости и задора, лишь озабоченность и страх. Мужчина ощутил удовлетворение — именно такого эффекта он ожидал. Он сумел застать их врасплох и теперь упивался триумфом. — Сергей? Что ты тут делаешь? — громкий голос Рогозиной колокольным звоном ворвался в сознание мужчины, лишь еще больше зля его. — Пришел на ваши поминки, — произнес он, поднимая пистолет. Раздался громкий выстрел, который и послужил сигналом к началу. Началу конца. Степан Данилов, крепко сжимая пакеты с элитным вином, направлялся к входу. Он насвистывал какую-то глупую песенку, что засела в голове с самого утра, жмурился от яркого июльского солнца и мечтал о стакане холодного морса. Пройдя еще пару метров по асфальтированной парковке, он свернул во двор федеральной экспертной службы, как вдруг услышал сперва один выстрел, за ним еще один, а затем раздались громкие крики. Вскинув голову, Степан напряг слух — кричали в здании ФЭС. — Твою мать, — нахмурился капитан, забегая за бетонный забор. — Что за.? Додумать он не успел — череда выстрелов и душераздирающие крики заставили Данилова застыть на месте от ужаса. Пакет выскользнул из ослабевших пальцев и бутылки одна за другой падали и разбивались о землю. Уже через минуту рядом со Степаном образовалась огромная кровавая лужа.