А знаешь, все еще будет

У каждого человека на земле есть свой соулмейт. Своя родственная и самая преданная на свете душа. И когда одному из них исполняется 16 лет, на запястьях друг друга, словно татуировки, вырисовываются имена пары. Ричи Тозиеру пятнадцать. И ему вот-вот стукнет шестнадцать, и он, наконец, узнает своего соулмейта. Только вот он до жути боялся этого. Боялся, что это будет кто-то кроме Эдди Каспбрака. Ричи боялся потерять этого милого, и такого правильного, ювелирного астматика с милой мордочкой. Ричи так и не признался Каспбраку в собственных чувствах. Он боялся, что тот его отвергнет. В последнее время Эдди несколько раз говорил о своей гетеросексуальности и гомофобии, а также пару раз целовался с какой-то девочкой в школе. Кудрявому балаболу от этого становилось еще хуже. Рядом с Эдди он чувствовал невероятный спектр эмоций. Внутри него бушевала буря. Он был так влюблен в эти темно-каштановые, почти черные, и аккуратно уложенные волосы, маленькое и круглое, такое невинное и будто искусственно созданное личико, малюсенькие, но такие притягательные губы, которые так хотелось поцеловать. Эти чертовы короткие шорты, оголяющие уже загорелые под летним солнцем ноги от бедер до костей лодыжек сводили Тозиера с ума. Каждая секунда нахождения рядом с Каспбраком стоила ему огромных усилий. Чтобы не подойти, не обнять и прижать к себе, поцеловать, и больше никогда не отпускать. Ричи мучился и почти постоянно плакал, когда никто его не видел. *** - Да мне все равно, Эдс – спокойно заверил друга Ричи, отвечая на вопрос о соулмейте, когда они вместе со Стеном и Билом в который раз проводили время на карьере. Конечно, Тозиер врал, и еще как. - Эта метка решит всю твою жизнь, придурок ты недоделанный. Ты хоть понимаешь, что от этого зависит если не все, то почти все? – как заведенный тараторил Каспбрак – А вдруг это будет кто-то плохой, или он тебе не понравится? Вдруг это вообще парень?! Такие случаи были! – астматик почти перешел на крик. Ведь все, что отличалось от его детского и правильного понимания мира, тут же вызывало бешенный ажиотаж и суету. И Ричи и этого еще больше хотелось его «испортить» - Чувааак, успокойся, никаких проблем. Если я захочу, мне любая телка в этом городе даст. – беззаботно продолжил Ричи. – Да ты вспомни хотя бы прошлый год… Вся компания дружно заржала. Кроме Эда. - Ричи, я тебе уже говорил, что ты полный кретин?! А ты знаешь, сколько десятков болезней может передаться половым путем? Ты хоть иногда мозг включаешь, балабол? - Вообще-то я не про ту дуру из параллельного класса, а про твою горячую мамашу. Я, кстати, недавно хорошенько ее… - не успел договорить Ричи, как его перебили - Заткнись, фу, блять, Ричи, извращенец! – вновь закричал и почти кинулся на друга (?) Эдди. - Заебал шутить про мою маму. Хватит, прошу. - Да как же вы заебали друг на друга орать, оба озабоченные как 12 летние девочки – неожиданно подал голос Стенли. В его культурной и по-своему (иногда и по-идиотски) правильной картине мира, в которой, конечно же, таким разговорам и даже мыслям нет никакого места. Хотя в последнее время насчет её и Билла Денбро этот еврей сильно сомневался. - Послушай Стэн, у этого придурка какое-то нездоровая форма легкомыслия. Может, ему и правда к врачу пора. Мне мама в пять лет рассказывала, что у нее есть знакомый, который… - П-п-пожалуйста хватит, п-прекратите уже - наконец вставил свое Билл – В-вы правда, как бабки какие-то Ричи лишь ухмыльнулся. Эдди посмотрел на него с легкой обидой. Конечно, Эд безумно дорожил дружбой (?) с этим неугомонным балаболом, но никаких мыслей об отношениях у него и в помине не было. Это же, по словам Эдиной мамы, считалось страшным психическим заболеванием, и «таким людям требуется помощь врача». Поэтому Эдичка был на сто процентов, как он думал, гетеросексуален. Настолько, что он не мог даже заговорить с девочкой – внутри него сразу все ломалось, включая язык. Несмотря на свою традиционную ориентацию, Каспбраку казалось, что есть в Тозиере что-то чертовски привлекательное. Наверное, почти все. Эти черные, отражающие солнечный цвет кудрявые волосы, развевающееся на ветру, такие бесконечно серые глаза, скрытые под расплывчатыми и расфокусированными стеклами очков. Ричи был почти на голову выше астматика, поэтому с ним Эдди чувствовал себя надежнее. Может даже надежнее, чем с Биллом. - А давайте серьезно. Как думаете, у кого какой соулмейт будет? – вдруг настойчиво и резко спросил Стэн, прервав летнюю идиллию бессмысленных разговоров клуба неудачников. - Я не з-з-знаю... - задумчиво начал Билл – Столько всяких историй слышал. И плохих, и х-хороших. Я пока, честно, не д-думаю об этом. Особо не умеющий врать Билл поймал сомневающийся взгляд Уриса, и сразу же стыдливо отвел глаза. - О, малыш Билли явно запал на какую-то секси-чику. Колись давай! Может дашь мне ее на пару часиков? Билл лишь кинул в сторону друга презрительный взгляд. - Блять, Ричи, как же ты заебал? Ты можешь хоть о чем-то другом думать – вновь начал кричать Каспбрак - Да успокойтесь вы, сказал же. Бесите – Слова Стэнли вновь «заткнули» Ричи и Эдди. Повисла тишина, прежде чем Урис подал голос. - Я бы хотел, наверное… - еврей призадумался – Да не важно кого, лишь бы он был самым родным и близким мне. Всегда понимал и все такое. Ну вы понимаете. Все трое дружно кивнули. Билл с какой-то, как могло показаться, надеждой и одобрением посмотрел на эту очаровательную светло-русую макушку, эти голубые и прекрасные, как любимые Стэном птицы, глаза. - Капец вы скучные. Не знаю как вам, но мне сойдет и любая сучка из школы. Хотя нет, мамаша Эдса никому не уступит. Никогда Астматик почти с ненавистью посмотрел на Тозиера. - Да ладно тебе, Эдвард.. – не успел договорить Ричи - Я же тебе тысячу раз говорил, не называй меня так, уебок! Каспбрак забарабанил что есть мочи своими маленькими кулачками по груди Ричи. - Ну все, все хорошо, хватит – Ричи просто взял Эда на руки и начал щекотать. Как он любил его смех и улыбку на лице. Каждое прикосновение к этому хрупкому мальчику вызывали в теле Тозиера бешенный сердечным ритм, а ладони начинали потеть. - Ричи, ричи… - свозь смех сумел проговорить Каспбрак – ну все, хватит. Все-таки, Ричи был классным парнем. Да, шутки про мамку и эта идиотская пошлость нередко выводили правильного сыночка из себя, но как же с ним было тепло и надежно. В тяжелые моменты Эдди просто обнимал своего лучшего друга, чувствовал тепло и искренность, и больше ему ничего не нужно было. Если бы он знал, как в эти моменты страдал Ричи. А больше всего Тозиер боялся своего стремительно приближающегося 16 дня рождения. Какая вероятность, что его соулмейтом окажется Эдс? А если это не он? Что мне сказать ему, как признаться в собственных чувствах? А может послать все к черту и мутить с этим милым и чертовски привлекательным засранцем?