Список инцидентов Межвселенской Голо Эксаляции

      В тёмном зале, слабо освещенном не из-за желания нагнать жути, а сэкономить на свечах, собрался весь цвет людских наций, верных учениям Верховной. Это были чистокровнейшие из аристократов, которые на удивление выглядели красиво, учитывая частые кровосмешения их предков. Хотя, когда у тебя имеется горы золота, которые можно отдать врачевателям и магам, единственные кто смогут с тобой посоперничать по эстетичности так это только ангелы. И всё же они собрались здесь не для участия в конкурсе «Леди/Лорд Мира 980», а ради важных политических переговоров.       — Многоуважаемый графы, графины, маркизы, короли, королевы, императоры… Не держите зла, но давайте пропустим перечисление наших титулов? — подождав буквально пол-секунды, князь Лорадин продолжил, — Возражения отсутствуют. Сегодня мы собрались здесь, чтобы обсудить ситуацию с Лескатией… — и полный мужчина в довольно скромном одеянии для своего сословия был внезапно перебит.       — Опять?! Да сколько можно про эту Лескатию говорить-то, а? — Габриелян Эректус гневно ударил по столу кулаком, с тремя перстнями, — Клянусь всем светом Её, коль я услышу название этого проклятого клочка тьмы ещё раз, то я тут же закину туда этого человека на радость демонам!       — Прошу вас успокоится, благородный курфюст, мы не собираемся снова приближается к ней. Это касается и вас, сеньор Петани! Никаких больше «можем повторить»! Да-да, мы больше не будем пытаться отбить эту землю у монстров. Военной силой.       — А чем же ещё, Лорадин?       — С помощью искусства, разумеется, — знать всех мастей переглянулась, а затем сконцетрировала внимание на князе, подошедшего к простыне. Сдернув её, он открыл им доску с схематично изображённой обложкой печально известной «Энциклопедии девушек-монстров», а также не менее схематичных человечков, — Как всем известно благим словом и мечом, мы добъемся большего, чем просто добрым словом. Так в писании сказано, да? Так вот, монстры судя по всему узнали про эту хитрость и используют украденных, а то отвергнувших наши идеи и купившихся на обещания сладкой и безбедной жизни творцов, чтобы создавать лживую пропаганду. В начале мы пытались её запретить, но запретный плод сладок и это ухудшило наше положение, — человек перечеркнул книгу мелом и подрисовал некоторой части людишек рога и две окружности между палочными ручками, — Потому нам следует придумать свой ответ не только книженции и тем калякам, но и вообще в целом разработать новый культурный пласт для замены и создания коллективного «иммунитета», дабы в последущем разбить всю эту погань, — Лорадин отградил оставшихся шипастым щаром с колючками и крестом, символом анти-мамоньей коалиции, сверху. А затем тот с старательной яркостью стал замазывать мелом всех тех, кто не попал в круг, да так, что полностью истратил оставшийся мел.       — Я решил всех вас опередить и сделать первый шаг, — продолжил он, — Моя персона попросила откликнуться неполживых и правдивых сынов Ордена, готовые за символически плату приняться за любой заказ. На сегодня это три храбрых мужа, которые написали для нас три композиции, связанные с Леск-… Тем-местом, — небрежно пнув доску в бок, та отъехала, показав всем трех людей и ещё, не иначе, как магическим образом спрятаных за ними оркестром.       — И так, позвольте вам представить первого музыканта: сер Гай экз Бехтени, один из немногих особ голубых кровей, покинувших То-место до падения, — из ряда вышел седой старик с ухоженными усами и бордкой, одетый в не-то жёлтую, не-то зелёную, не-то серую военную форму, которая популярна в наиболее развитых странах, — Его песня называется «Была державная Лескатия».       Как следуя прокашлявшись, Гай начал заунывное пение с высоким уровнем драматизма и довольно трогательной мелодией:

Была Державная Лескатия;

Была великая страна

С народом, мощным, как стихия,

Непобедимым, как волна.

Но под напором черти дикой,

Пред ложным призраком «свобод»

Не стало родины великой,

Совратился скованный народ.

Да будут прокляты потомством

Дочери, дерзнувшие предать

С таким преступным вероломством

Свою беспомощную Мать!

В клочки разорвана порфира,

Растоптан верховный венец,

И смотрят все королевства мира

О, Лескатия, на жалкий твой конец!

Когда-то властная Царица,

Гроза и страх своих врагов -

Теперь ты жалкая блудница,

Раба, прислужница рабов!

Да будут прокляты потомством

Дочери, дерзнувшие предать

С таким преступным вероломством

Свою беспомощную Мать!

В убогом рубище, нагая,

Моля о cumъ пред толпой,

Стоишь ты, наша Мать родная,

В углу с протянутой рукой.

И в дни мамоньей деспотии

В бродяге, нищенке простой

Никто не узнает Лескатии

И не считается с тобой.

Да будут прокляты потомством

Дочери, дерзнувшие предать

С таким преступным вероломством

Свою беспомощную Мать!

Свою беспомощную Мать…

      — Это… Неплохо…       — Даже у меня слеза навернулась       — Не знаю, по мне слишком вычурно, но полагаю кому-то зайдёт.       После коротких обменов мнениями, сер Бэтхени достал из кармана булочку, как говорил хранившиеся ещё с Лескатии, и хрустнул ей.       — Дальше идёт маркиз Игнатий Тальквидо, выходец из так называемых интилегентов, — обычный, ничем не примичательный человек средних лет встал так и бросил такой взгляд, будто все окружающие либо равны ему, либо ниже, — Его бабушка была совращена лично Друэллой, и он сам видел то, как более шестидесяти миллионов людских детей сидели в приюте Саши Фолмун, пока половина армии монстров их охраняла. У каждой было только один меч на двоих, как он говорил. Его произведение называется «Кубки».       Прозвучал прокуренный голос с нотками пессимизма, под более дерзкий акапонимент, чем прошлая:

Они не думают, не чувствуют, не слышат,

Они не видят ни зги.

Они не любят, не страдают, не ищут,

Не напрягают мозги.

У них руки — лопаты, глаза — огоньки,

А вместо лиц — фаличные кубки.

«Кубки», не отдадим мы вам страну!

«Кубки», мы объявляем вам войну!

У них свои мессии, боги и кумиры

В лице демонических лилим.

У них — свое понятье счастья и мира

В виде нелепых доктрин.

«Чем пошлее, тем лучше» — закон дураков,

Вот цель этих штампованных «кубков».

«Кубки», не отдадим мы вам страну!

«Кубки», мы объявляем вам войну!

Они в создании своем не виноваты,

Их выпестовала повелительница,

Которой выгодно плодить дегенератов,

Чтоб над Верховной возвыситься.

И куда ж мы приплыли за множество веков,

Если весь Орден стонет от «кубков».

«Кубки», не отдадим мы вам страну!

«Кубки», мы объявляем вам войну!

      — Оригинально, в этом есть потенциал.       — Нет, это ужасно, слишком мрачно! Нам же нужен гимн грядущей победы.       — А мне норм.       Игнатий, не дожидаясь окончания дебатов, вышел из помещения с чувством, что он всех переиграл и уничтожил.       — И наконец, последний на сегодня, это Алекс Рудо, бард из труппы Буоевестники, — ещё один обычный мужчина, правда чуть более долговязый и с красными очками, — Выделился тем, что предложил надеть на себя вот это и влится в общество мамоно, уничтожим его изнутри. Его мотив называется… «Мне не нужен твой тверк»?       Прежде чем понять, что это означает, Алекс дал сигнал оркестру и та создала какофонию из через чур быстрых звуков. В тоже время, бард скорее заговорил со слабой рифмой, а не пел от души:

Мне не нужен твой тверк

Мне не нужен стриптиз, зая

В верховенстве не шаришь?

Сука, я тебя не знаю

Теомат, ангелат

Корапт, мат

Саша за феодализм

Добро пожаловать в Орден

Мы залетаем в Орден — церковнный

Я в рясе с Богиней Верховной, я жутко модный

А со мной моя монашка — мы не женатами восемь лет

Книга в рюкзаке — много писаний

От таких вещей у Друэллы сбой кровообращения

От таких вещей Предавший в тайне полысеет

От таких вещей у Падшей вновь мироточенья

Биг Саша Тейп на бите — Носкрим на дампира

Фитангиды валкирьи с нами, друг, юзай интеллект

Мимил Мильти ты не знаешь? Ну-ка хоть заколгугли

Не читал, но осуждаешь — ты прямо как Сафферита Сферика

Сесть на кукан здесь ай как легко

Если ты туповат вроде лилим Иласс

Целомудрее сознания — удел многих

Но в практике пойдут лишь те, кто подкачает пах

Мне не нужен твой тверк

Мне не нужен стриптиз, зая

В верховенстве не шаришь?

Сука, я тебя не знаю

Теомат, ангелат

Корапт, мат

Мерсе за феодализм

Добро пожаловать в Орден

Мне не нужен твой тверк

Мне не нужен стрип, зая

В верховенстве не шаришь?

Сука, я тебя не знаю

Теомат, ангелат

Корапт, вот

Парше за монархизм

Добро пожаловать в клуб

Демонизм — несправедливая штука

В будущеем мире насилуют дети

А Повелительница себе отрезала груди

Хотя б немного похудеть

Мы обсуждаем кризис перетраха

Нас интересует борьба Носкрима с Кастором

Нас интересует, чё там с мамоньем беспокойством

И когда у мозгохлестов передохнут все подсосы

Серьёзные темы, дикие зарубы —

Аж

у мальчика Эльта выпадают зубы

Говноритуалы в виче в кровь стирают губы

Экстремисты шабаша покидают лесбо-клубы

Че там «Феод», че там, че там «Запофест»?

Че там, че там Ева Мистиф, кто там, кто там ду зе бест?

Наш дискуссионный Орден — только не корапьте героев

Я Биг Саша Тейп, в который воплотился Носкрим

Мне не нужен твой тверк

Мне не нужен стриптиз, зая

В верховенстве не шаришь?

Сука, я тебя не знаю

Теомат, ангелат

Корапт, мат

Оливия за монархизм

Добро пожаловать в Орден

Мне не нужен твой тверк

Мне не нужен стриптиз, зая

В верховенстве не шаришь?

Сука, я тебя не знаю

Теомат, ангелат

Корапт, мат

Аманомия Коёи за феодализм

Добро пожаловать в клуб

Мне не нужен твой тверк

Мне не нужен стрип, зая

В верховенстве не шаришь?

Сука, я тебя не знаю

Теомат, ангелат

Корапт, мат

Орден Ледяного Цветка за монархизм

Добро пожаловать в Орден

Мне не нужен твой тверк

Мне не нужен стрип, зая

В верховенстве не шаришь?

Сука, я тебя не знаю

Теомат, ангелат

Корапт, мат

Мы тут все за феодализм

Добро пожаловать в клуб

Забыл найти раба для Саффериты Сферики (Пэ-пэ-пэ)

Забыл найти раба для Саффериты Сферики (Пэ-пэ-пэ)

Забыл найти раба для Саффериты Сферики (Пэ-пэ-пэ)

Забыл найти раба для Саффериты Сферики (ДЦ!)

      Когда Рудо раскрыл глаза, молодой автор осознал, что привязан к костру.       — Эй, что за дела?! Вы не так поняли мои слова? Типа же, эти герои раньше не такие кринжовыми были, да ведь? И я в конце концов вождь движения, который изменит мир.       — Только через мой труп, ты, широколюдская дешевка!       — Мои уши испытали изнасилование мозгохлестов без мозгохлестов…       — Твои стихи не просто говно, а опасное радикальное говно!       Вдруг в комнату ворвался человек с большой, серой бородой и такими же взъерошенными волосами на голове. Он кидал в голову каждого, кто вставал на его пути, целый том некого «Капитала». Откуда у него их столько, и как он их всех нёс, осталась загадкой. Добравшись до связанного Рудо, тот отвязал его и, взмахнув рукой, открыл красный портал, после чего молниеносно протороторил:       — Нет времени объяснять! Ты должен найти злобных краснопузых орков-чекистов с мелкой эльфийской пыточницей полу-лесбухой, и убедить их использовать твой рэп на дело монстролетарской революции! От этого зависит судьба мультивселенной! Быстро, за булочку, за Троцкого! — после краткой инструкции дедушка буквально швырнул Алекса в портал, а сам растворился в дыму. Неловкое молчание прервал один из аристократов:       — Мне понравилось.       После этих слов в орденском замке начался сущий кошмар.