Шанс на жизнь

То, что должно случиться — случится. Развитие событий может быть разное, но итог всегда один. Эрик знал, что всё так закончится. Что так случится. Что так будет. Эрик догадывался. Эрик предполагал. Иначе не могло быть. Никак по-другому. Только так.

***

Война за власть в самом разгаре. Силы на исходе у обеих сторон. Непонятно, когда это закончится и закончится ли. Может, мы повторим историю наших предков и от Чикаго не останется ничего? Ответы на эти вопросы, кажется, даже не знает сама Джанин Мэттьюс, которая это всё затеяла. Власть. Люди любят контролировать. Любят навязывать свою точку зрения. Иногда это не получается и приходится применять силы. Так и произошло. Бесстрашные стали личными собачками Эрудиции. Макса, видимо, это совершенно не напрягает. Он ничего не видит, сидя в безупречно — белых стенах Умников. А Эрик видит всё. Каждый день. Как его бойцы умирают один за другим. Как некоторых приходится собственноручно вытаскивает с того света. Ужасное зрелище, когда жизнь покидает человека. Он просто закрывает глаза и никогда их больше не открывает. Ещё ужаснее, когда это твои друзья. Напарники, сослуживцы, с которыми ты сражался плечом к плечу несколько лет. А теперь их больше нет. Как-будто они никогда и не существовали. Остаётся только память. И она в сердце, которое может остановиться в любую секунду. Просто перестать качать кровь. Застыть навсегда. На войне в голову приходят ужасные мысли и от них не так легко избавиться. Бывший Первый Лидер Бесстрашия во всём потакает Джанин. Не знаю, что она ему наобещала, но он это явно не получит. Джанин умная. И власть она ни с кем делить не будет. Она всего лишь пользуется Бесстрашными для своих целей, восседая на мягком кресле в своём кабинете, когда Бесстрашные дохнут как собаки на поле боя. Очень честно, учитывая, что мы получим ничего. Фигу с маслом. Это максимум. Иногда Эрик всё же спрашивает у Макса, зачем они это делают и для чего это всё. — У нас большое будущее, сынок, осталось совсем немного. — отвечает ему Макс. Ну-ну. Посмотрим. Сегодня Бесстрашные в очередной раз отправляются на задание. И задание всегда одно. Его не нужно повторять и перечитывать. Его все знают. «Убить всех предателей». Громкое заявление, не в стиле Эрудитов. Они бы предпочли слова «Устранить», «Уничтожить» и всё в этом роде. Кажется у кого-то прорываются зубки. Воевать становится труднее. Приближается зима. Наступает на пятки. Идёт по пятам. Листья уже спали с деревьев, трава скрылась под землёй. Солнце совершенно не греет. Только пускает свои яркие лучи, от которых приходится невольно щурится. Земля сырая, промёрзлая. Воздух холодный, зимний. Клубы пара выходят вместе с каждым выдохом. Скоро бойцы будут отлёживаться в Клинике не из-за ранений, а из-за простуды. Вот смеха будет. Сегодня у Бесстрашных особое задание. Разведка донесла, что небольшая группа предателей пришла в Искренность. Видимо просят поддержки у Джека Кана, Лидера Искренности. Он, может, и согласится, но Джанин сразу же найдёт, как на него надавить. Она это умеет. Знает как. Змея. Несколько десятков Бесстрашных грузятся в высокие машины. Ехать недолго. Все в полном обмундировании. Придётся брать здание штурмом. Командир быстро раздаёт последние указания своим солдатам и машины трогаются с места. Отсчёт пошёл.

***

Бронированные громоздкие грузовики останавливаются неподалёку от главного здания Искренних. Высокое стеклянное здание отдаёт Правдивостью. Всё прозрачно. По-настоящему. На показ. Им же нечего скрывать, они Правдолюбы. Всегда за правду, только её и говорят и пытаются приучить это другим. Бесстрашные вываливаются из машин и приступают к операции, разделившись на несколько групп: одна пойдёт с главного входа, две другие с крыши и чёрного входа. Всё предельно просто и понятно. Бесстрашные ещё раз повторяют план действий, договариваются связываться каждые пять минут по рации, и расходятся в разные стороны. Понеслась. — Пошли. — приказывает Эрик своей группе, которую он ведёт с главного входа. С ним идёт пять бойцов: четыре парня и одна девушка. На войне нет разделения на пол. В Бесстрашии его никогда не было. Они все солдаты, в первую очередь. Группа Бесстрашных приближается к главному входу, держась стен зданий и пересекая улицы короткими перебежками. Стоит мёртвая тишина, лишь свистит ветер. Вокруг ни души. Охраны нет, это более чем странно. Слышатся первые выстрелы. Остальные Бесстрашные уже на месте. Нужно торопиться. — Уничтожьте всех предателей. До единого. — даёт указание Эрик, заходя первым в здание. Ни души, как и на улице. Главный холл Искренности встречает Бесстрашных пустотой. Как-будто здесь никогда никого не было. Солдаты расходятся в разные стороны. А Эрик отправляется на поиски. Девушки. И он должен быть первым, иначе от неё останется лишь лужица. Зачем он это делает? Эрик сам не знает. Ему это просто надо. Просто, чтобы она была жива и всё. Бывший Лидер быстро поднимается по лестнице, перескакивая через ступеньки, крепко сжимая автомат в руках. Аккуратно выглядывает из-за угла. Чисто. Поворачивает направо и пересекает стерильно — белый коридор Правдолюбов. Его чёрная форма сильно контрастирует на фоне белоснежных стен. На встречу идут свои. — Что там? — спрашивает Эрик, показывая взглядом на следующий поворот. — Чисто. — отвечает солдат Лидеру, вставая по струнке. — Куда они все делись? — недоуменно спрашивает Эрик скорее у себя, чем у них. — Предатели в корпусе «B», на 10 этаже. — отвечает солдат на вопрос своего Лидера. — Отлично, идём. — быстро проговаривает Лидер, одновременно проверяя магазин. Разворачивается на пятках и начинает путь по тому же невинно — белому коридору.

***

Небольшая группа предателей во главе с Фором пришли в Искренность, вести переговоры с Джеком Каном, их Лидером. И я в их числе. Нас схватили на подходе к главному зданию Искренности, отобрали всё оружие, которого было и так чертовски мало, и повели к их Лидеру. Лидер Искренности отказался нас слушать и собирался сдать нас Джанин Мэттьюс. Фор попросил дать нам шанс и позвал его на отдельный разговор. В итоге Лидер поддержал нас. О чём они говорили, и что сказал ему Фор, никто не знает. Кажется, что мы об этом никогда и не узнаем. Бывшие Бесстрашные окружили здание Искренности и уже прорвались внутрь. Оружия мало. Почти нет. Мы отстреливались как могли, но патроны быстро закончились. Фор решил рискнуть. Это был единственный шанс. Мы разделились и начали водить Бесстрашных по коридорам кругами, для того, чтобы они запутались. Стерильно — белые коридоры давят на глаза, автомат на их фоне смотрится несуразно. Жаль он пустой. Фор по рации приказал всем явиться в главный холл фракции, немедленно. Здесь слишком много поворотов, прям как в Лабиринте. Преодолеваю очередной коридор и выхожу к месту встречи. Огромное помещение встречает меня сборищем Бесстрашных. Бывших Бесстрашных и Предателей. Они смешались в одну большую кучу. Сейчас невозможно отличить, кто есть кто. Бесстрашные и предатели сделали из своих фигур плотное кольцо. Пробираюсь сквозь людей, и когда достигаю точки, с которой видно всё то, что происходит внутри круга, застываю от зрелища, представшего передо мной. Посередине своеобразного круга стоит Фор, направивший дуло пистолета прямо в лоб бывшему Пятому Лидеру Бесстрашия. Тот же стоит на коленях и смотрит ему прямо в глаза. Твёрдо. Дерзко. Решительно. Он даже смерти не боится. — Давай, Фор, стреляй. — говорит он. — Я смог жить с руками по локоть в крови, а сможешь ли ты? Фор сжимает челюсть. Эмаль скоро сотрётся, а зубы превратятся в порошок. Он снимает пистолет с предохранителя, кладёт палец на курок. — Будь смелым, Эрик. — говорит мужчина, обхватывая покрепче пистолет двумя руками. — Фор, не надо. — произношу я, сама того не понимая. Больше двадцати пар глаз обращают свой взор на меня. Фор и Эрик медленно поворачивают свои головы. Фор смотрит недоумённо, во все глаза. Прищуривается, как-будто пытается прочитать меня. Эрик же смотрит, не скрывая удивления и злости. — Что…? —низким тихим голосом спрашивает Фор. — Что ты творишь, Дружелюбная? — сквозь зубы произносит Эрик. — Пойдём поговорим. — выдаю я Фору. Разворачиваюсь и начинаю путь по направлению к ближайшей отдельной комнате, убедившись, что он идёт за мной. — Держите его на прицеле. — на ходу отдаёт последние указания Фор. — Он пойдёт с нами. — говорю я, решительно взглянув ему в глаза. Открываю дверь первой попавшейся комнаты. Это какой-то кабинет. Посередине помещения стоит стеклянный рабочий стол, к нему прилагается белое кожаное кресло. Рядом со столом стоит два стула. Отлично, нам подходит. Прохожу на середину комнаты и занимаю один из стульев. Эрик разваливается на соседнем. Он такой расслабленный, будто его сейчас не пытались убить. Фор не утруждается занять какое-нибудь место. Он стоит на том же месте и пилит меня взглядом. — Что ты творишь?! — после затянувшегося молчания кричит Фор. — Ты спасаешь этого монстра, зачем? — подходит ближе. — Мы так долго этого ждали. И теперь ты хочешь всё это испортить? Я этого не позволю. — заканчивает свою эмоциональную речь и отворачивается к окну. — Я спасаю ему жизнь. — коротко отвечаю я, начиная сверлить его спину. — Зачем?! — восклицает Фор, поворачиваясь ко мне лицом. — Он дважды спас мою жизнь, теперь моя очередь. — спокойно произношу я, начиная наблюдать, как брови Фора соединяются между собой, на лбу появляются складки. Цепким взглядом он смотрит то на меня, то на Лидера. Сам же Лидер ухмыляется, смотря на это представление. Смешно ему, посмотрите. — Фор, давай он просто уйдёт и всё. — предлагаю я. — Ага, а потом ты будешь подбирать трупы с улиц? — скорее утвердительно, чем вопросительно говорит Фор, поворачиваясь обратно к окну. Я молчу. Не знаю, что сказать. Я просто должна отдать свой долг. Выполнить цель. Узнать ответы на свои вопросы. И успокоиться. — Есть только один вариант. — после длительных раздумий произносит Фор. — Он уйдёт за стену. Я смотрю на него молча, хлопая глазами. Что он сейчас сморозил? — Фор, но… — не успеваю я выложить свою мысль, как меня прерывает твёрдый голос Эрика. — Мы согласны. — произносит он, смотря прямо на Фора. Фор медленно поворачивается и устремляет свои карие глаза в его серые. Не моргая. Я делаю то же самое. Прости, мы…? Фор переводит взгляд цепких глаз на меня. Молчит. Раздумывает. И просто кивает. — Чтобы тебя здесь не было к вечеру. — проговаривает Фор, разворачиваясь на пятках, и не глядя на нас, скрывается за дверью кабинета. Я перевожу взгляд на Эрика. Он уже смотрит на меня своими проницательными холодными глазами. — Прости, мы…? — первая прерываю молчание я, желая узнать ответ на свой вопрос. — Да, мы. — решительно выдаёт он. — Или ты хочешь продолжать жить в этой войне? — делает небольшую паузу. — Джанин не успокоится, пока не убьёт всех предателей. Что потом будет, я не знаю. — спокойно произносит он, переводя свой взгляд на разрушившийся Чикаго за окном. Я перевожу взгляд туда же и начинаю размышлять. С одной стороны я согласна с ним, жить такой жизнью уже надоело. Наскучило. Это не жизнь, а выживание. Борьба. Джанин действительно не остановится, пока не перебьёт всех. Это я уже давно поняла. А с другой стороны. Что там за стеной? Нам постоянно твердят, что там ничего нет. Земли, не оправившиеся после войны. Родители говорят, что там живут монстры. Чудовища. Мутанты. Ехать с ним туда, это ехать в неизвестность. Возможно, на верную смерть. А может и на верное счастье. — Ну что, ты со мной? — спрашивает у меня Эрик, переводя взгляд с окна на меня. — Я согласна. — уж слишком решительно произношу я, хотя внутри меня борется две стороны. Эрик улыбается. Да, улыбается. Не ухмыляется, не скалится, а по-настоящему улыбается. Как обычный человек. — Пойдём. — произносит он, вставая с места. — Через два часа выезжаем.

***

Вид за окном не меняется уже несколько часов. Вокруг пустырь. Земля, покрытая тонким слоем инея. Иногда попадаются небольшие кустарники, засыхающие от мороза. Я отрываю взгляд от окна и растираю руки. Холодно. Уже наступила зима. Снега ещё нет, но он скоро выпадет. Зима в Чикаго никогда не была суровой. Максимальная температура за последние десять лет составляла минус одиннадцать градусов. Снег выпадал тонким слоем в пару сантиметров. Но дети всё же умудрялись строить снеговиков и играть в снежки. А какая зима здесь, за Стеной? — Побольше печку сделать? — спрашивает Эрик, переводя взгляд с дороги на меня. Видя утверждение на моём лице и замёрзший красный нос, как у Деда Мороза, он ловкими движениями нажимает на пару кнопок и прокручивает рукоятку до максимума. Окна по бокам мгновенно запотевают. Смысла смотреть в окно нет. Один и тот же пейзаж уже успел наскучить. — Как думаешь, что там? — спрашиваю я у Эрика, переводя взгляд голубых глаз на него. Он ведёт машину одной рукой, вторая облокачивается на подлокотник. На мгновение Эрик переводит взгляд на меня, а после устремляет его обратно на дорогу и произносит: — Не знаю, проверим. — говорит он и тепло улыбается. Я улыбаюсь ему в ответ, хотя внутри липкий страх медленно поднимается к горлу. — Не бойся. — говорит он, приобнимая меня за плечи. — Прорвёмся. Я невольно улыбаюсь в ответ на его слова. Я верю тебе, Эрик.